Чтение онлайн

– Всегда стремился присвоить его, – пояснил старик. – Может, хочет оставить Око себе, но, скорее всего, пытается возвратить его Тораку. Тот, кто доставит драгоценность Одноглазому, станет его приближенным и любимцем.

– Но Торак мертв, – вмешался Леллдорин. – Хранитель райвенского трона убил его при Во Мимбре.

– Нет, – покачал головой Волк. – Торак жив, он всего-навсего спит. Не от меча Бренда предназначено ему погибнуть. Зидар вынес его с поля боя и спрятал где-то. Когда-нибудь Одноглазый проснется, и, возможно, час этот близок, если я правильно истолковал знамения. Нужно вернуть Око, прежде чем все произойдет.

– От этого Зидара одни беды, – пробурчал Бэйрек. – Нужно было тебе разделаться с ним еще тогда.

– Наверное, ты прав, – признал Волк.

– Почему бы тебе не взмахнуть рукой и не испепелить его на месте? – предложил Бэйрек, красноречиво пошевелив пальцами.

– Не могу, – покачал головой Волк. – Даже богам это не под силу.

– Значит, плохи наши дела, – нахмурился Бэйрек. – Каждый мерг отсюда до Рэк Госки попытается помешать нам поймать Зидара.

– Не обязательно, – возразил Волк. – Конечно, Око у Зидара, зато Ктачик правит гролимами.

– Ктачик? – удивился Леллдорин.

– Верховный жрец гролимов. Он и Зидар ненавидят друг друга, и, думаю, можно рассчитывать, что Ктачик попытается воспрепятствовать врагу добраться до Торака.

– Нам-то что до этого? – пожал плечами Бэйрек. – Ты и Полгара можете пустить в ход тайную силу, если на нашем пути встретятся трудности, правда ведь?

– Не всегда. На подобные вещи существуют некоторые ограничения, – уклончиво откликнулся Волк.

– Не понимаю, – недоуменно протянул Бэйрек.

Господин Волк глубоко вздохнул.

– Ну хорошо. Раз уж мы все равно начали, попытаюсь объяснить. Чародейство, как вы это называете, – нарушение обычного порядка вещей. Иногда такое нарушение ведет за собой ряд неожиданных событий, так что нужно быть очень осторожным, прежде чем пытаться совершить так называемое чудо. И, кроме того, оно производит... – Волк наморщил лоб, пытаясь получше выразить свою мысль. – Ну, можно назвать это чем-то вроде шума. Слово «шум» неточное, но поможет кое-что объяснить Другие люди, обладающие такими же способностями, могут слышать такой шум, и как только я и Полгара попытаемся что-то изменить, каждый гролим на Западе будет точно знать, где мы, что делаем, и начнет загромождать наши мозги всякими глупостями, пока не доведет до изнеможения.

– Поверьте, на то, чтобы совершить чудо, как мы это делаем, уходит почти столько же энергии, сколько простые смертные тратят на изготовление какой-нибудь вещи собственными руками, – пояснила тетя Пол. – Это очень утомительно.

Она сидела около огня, тщательно зашивая маленькую дыру в тунике Гариона.

– Я этого не знал, – покачал головой Бэйрек.

– Большинство даже не подозревает.

– Конечно, если будет необходимо, Полгара и я примем меры, – продолжал Волк. – Но бесконечно это продолжаться не может, а кроме того, нельзя заставить вещи и людей просто исчезать с лица земли. Надеюсь, вы теперь понимаете почему.

– Ну конечно! – воскликнул Силк тоном, явно указывающим на обратное.

– Все существующее в этом мире зависит друг от друга, – спокойно пояснила тетя Пол, – уничтожение одного, вполне возможно, приведет к исчезновению другого.

Дрова громко затрещали; Гарион от неожиданности даже подпрыгнул. Зал со сводчатым потолком внезапно показался совсем темным; по углам прятались тени.

– Конечно, этого обычно не происходит, – вмешался Волк. – Когда пытаешься стереть что-то с лица земли, твоя воля просто обращается против тебя самого, и если произнести «Да погибнешь!», исчезнет вовсе не эта вещь, не человек, перестанешь существовать именно ты. Поэтому нужно быть очень осторожным и подумать, прежде чем говорить.

– Теперь все ясно, – кивнул Силк, раскрыв чуть пошире глаза.

– Невозможно справиться обычными способами с большинством явлений, которые нам встретятся в дороге, – продолжал Волк, – поэтому мы и собрали вас всех здесь, по крайней мере это одна из причин. Вместе вы сможете одолеть почти все препятствия, которые встанут на пути. Самое главное – помнить, что Полгара и я должны перехватить Зидара прежде, чем тот доберется до Торака и отдаст ему Око.

Зидар нашел неизвестный мне способ прикоснуться к Оку и не погибнуть. Если он покажет Тораку, как это делается, нет силы на земле, которая сможет воспрепятствовать Одноглазому стать королем и богом, Повелителем всего мира.

На хмурых лицах собравшихся плясали отблески огня; все с ужасом думали, что произойдет, если Торак и в самом деле завладеет Оком.

– Ну вот, теперь вы все знаете, не так ли, Пол?

– Думаю, ты прав, отец, – откликнулась она, разглаживая подол серого платья из домотканой материи.

Позже, стоя у стен башни, наблюдая, как серый вечер крадется по туманным развалинам Во Вейкуна, и принюхиваясь к вкусному запаху жаркого, которое тетя Пол готовила на ужин, Гарион обратился к Силку:

– Это и в самом деле правда?

– Давай лучше верить в сказанное, – предложил тот, задумчиво уставясь в пространство. – При таких обстоятельствах любая ошибка может иметь ужасные последствия.

– Ты тоже боишься, Силк? – прошептал Гарион.

– Да, – вздохнув, признался собеседник, – но мы должны делать вид, что нам все нипочем, правда ведь?

– Наверное, стоит попытаться, – согласился Гарион, и оба направились обратно в зал у подножия башни, где огонь в очаге бросал розовые блики на низкие каменные своды, не позволяя туману и холоду завладеть сердцами людей.

На следующее утро Силк вышел из башни в богатом дублете цвета каштана и черной вельветовой шапочке, лихо сдвинутой на ухо.

– Что все это значит? – удивилась тетя Пол.

– Случайно, роясь в тюках, набрел на старого друга, – жизнерадостно объявил Силк. – Отныне я Редек из Боктора.

– А что случилось с Эмбаром из Коту?

– Неплохой был парень, по-моему, – чуть пренебрежительно усмехнулся Силк, – но мерг по имени Эшарак его знает и, вполне возможно, упомянул это имя в некоторых местах. Не стоит зря навлекать на себя неприятности.