Чтение онлайн

Сартас разрубил очередную корягу, вздумавшую испробовать на прочность его шею, и опасливо отодвинулся в сторону. Бездна! Так и поверишь, что Белик в действительности — сущее чудовище. Мало того что Гончая. Мало того что не простая, а самый что ни на есть вожак. А теперь вот выяснялось, что они многого о нем не знали! Вон как взревел! Даже сошедший с ума дворец неожиданно присмирел! Интересно, как малыш это делает? А главное, зачем?

Правда, Сартас быстро пришел к выводу, что не хочет просвещаться на эту опасную тему. И не хотел бы встретиться с Беликом ночью где-нибудь в глубине Проклятого леса, тем более — знать, чем аукнется потом эта встреча.

Едва отзвучало эхо страшноватого зова, Белка сорвалась с места, на ходу срывая со спины чехол из черного палисандра. Прямо в прыжке выхватила из ножен мечи и с ходу врубилась в ближайшую стену. Для чего и зачем, объяснить не соизволила. Просто пожалела времени. Зато чертоги жалеть не стала — взяв привычный темп и почти расплывшись в воздухе, она буквально врубилась в выросший перед нею кордон, безжалостно его кромсая, проламываясь сквозь него, как сквозь обычный валежник.

— Белка! — возмущенно ахнул Элиар, не рискуя далеко отойти от Мелиссы.

— Ты что делаешь?! — одновременно гаркнули Шранк и Аззар. — Вернись, Бел!

Она только раздраженно мотнула головой, упорно прокладывая себе дорогу в густом переплетении веток, листьев, корней и чего-то совсем уж непонятного, что чертоги рискнули выставить перед ней в качестве заслона. Гончая не замедлилась даже тогда, когда оттуда в нее двойным залпом ударили ядовитые шипы. Просто уклонилась, причем так быстро, что эльфы даже не сразу поняли, отчего ее путь оказался усеян острыми щепками. А Белка по-прежнему кромсала эльфийский дворец, да так, что уже проложила в нем настоящую просеку, внутри которой с бешеной скоростью мелькали удивительно узкие, изящные и потрясающе легкие клинки, которыми она действовала с абсолютной уверенностью.

— Боги… — прошептал Сартас, безошибочно узнав, что за мечи светились в ее нежных руках.

— Как это может быть? — вздрогнул Маликон, когда Гончая на миг застыла, позволив ему без помех рассмотреть родовые мечи Л’аэртэ, которые прямо у него на глазах окутались зеленовато-рыжим пламенем.

Чертоги тоже узнали эту магию. Беспокойно заметались, не зная, как быть, когда рядом звучат сразу два настойчивых зова крови. Кажется, на какое-то время даже растерялись и почти не сопротивлялись, когда жалящая сталь снова врубилась в их полуразумную плоть. От нового удара дворец почти вскрикнул: магия зачарованных клинков заставила его застонать и съежиться от боли. Родовые мечи Л’аэртэ требовали подчинения. Они красноречиво доказывали, что настоящий хозяин все еще здесь, живой, и ему невозможно было не подчиниться.

От очередного удара чертоги содрогнулись, а затем заплакали и, будучи не в силах больше противиться, со стоном распустили израненные ветви, по доброй воле открывая в стене проход и не смея больше перечить хозяину проклятых мечей.

«Оставь… пожалуйста, не надо… ты можешь идти…» — словно шептали они.

Однако Белка не ушла. Остановившись в проеме, она с силой вогнала полыхающие огнем мечи в стену, вынудив чертоги еще больше расширить коридор. Убедилась в том, что выход не закроется до тех пор, пока она не пожелает. Затем негромко, предупреждающе рыкнула, заставив дворец убрать свои щупальца от остроухих, и медленно обернулась. Спокойная, настороженная, как дикая кошка перед броском. Хладнокровно оценила произведенные разрушения, растерянных эльфов, усеянный обломками пол. Встретилась взглядом с хранителями знаний и сухо велела:

— Всем оставаться на местах. Чтобы ни звука от вас! Даже не дышите, потому что сейчас мне будет трудно.

— Белик, ты что делаешь? — напряженно спросил Корвин.

Она быстро подняла голову и впервые за последние часы взглянула на недавних попутчиков в упор. Дико горящими, но абсолютно бешеными глазами, в которых светились насмешка, нетерпение и вместе с тем холод. Лютый холод приближающейся смерти. И это было так страшно, что даже Сартас невольно попятился.

— Что с ним? — дрогнувшим голосом выдохнул Корвин, но ни Маликон, ни Иттираэль не знали ответа.

И лишь Аззар схватился за голову и застонал, шаря по округе полубезумным взором, но его, разумеется, никто не слышал.

В это время темнота в проходе неожиданно сгустилась. Там что-то шевельнулось, царапнув острым когтем деревянные балки. Кто-то глухо заворчал. А затем над головой жутко улыбнувшейся Белки зажглась вторая пара хищно прищуренных глаз.

— Вовремя, — шепнула-рыкнула Гончая, когда огромная глотка с двойным рядом зубов аккуратно перехватила ее за талию и бережно подвинула в сторону. — Вы как раз к завтраку…

Карраш, негромко заурчав, стремительно выдвинулся из темноты, и перворожденные непроизвольно отшатнулись — взрослый мимикр был велик. Он громадной скалой возвышался над хрупкой фигуркой Белки и недобро смотрел на инстинктивно вжавшихся друг в друга эльфов, готовый в любой момент показать зубы.

— Молодцы, — шепнула Гончая, хлопнув по костяному боку, усеянному бронированными пластинами.

Карраш шумно выдохнул. Предупреждающе приподнял верхнюю губу и медленно ступил в зал, пугая одним своим присутствием больше, чем что-либо в этом мире. Он успел сделать всего один шаг, когда в темноте снова что-то шевельнулось, а потом…

Иттираэль судорожно вздохнул, когда из проема выскользнули три массивные серые тени — одна помощнее, не слишком уступающая в размерах Каррашу, и две поменьше, но тоже совершенно жуткие: еще не достигший расцвета сил желтоглазый самец и полностью готовая к бою самочка, на кончике хвоста которой угрожающе поблескивал острый шип. Все трое потерлись холками о плечо Гончей, зашипели, доказывая, что не снятся и не являются бредом. Затем вспороли острыми когтями землю и в мгновение ока прыгнули.

— Откуда они взялись?! — ахнула Мелисса, когда хмеры бесшумной смертью пронеслись мимо оцепеневших эльфов и умело взяли их в кольцо.

Самцы расположились слева от нервно озирающих остроухих, а грозно оскалившиеся самки — справа. Хмеры перекрыли все возможные входы и выходы и лишили остроухих шансов на спасение.

Линнувиэль только раз глянул на громадного самца и сразу понял: где-то он уже видел эту нагло ухмыляющуюся морду. И не мог не узнать эти подозрительно желтые радужки, которых не бывало у настоящих хмер. Да и зубы… Торк! Он точно их где-то видел! Где? Да у проклятой гиены, что так не вовремя поцарапала ему плечо! И у Карраша — тоже! Уж не с заставы ли сбежал этот монстр?! Но Белка не только не была удивлена, а, напротив, ждала именно их.