Чтение онлайн

Теперь Ирла Шерши, вклиниваясь в паузу, подтвердила:

— Верно! Иляна первый ребенок четвертой жены.

— Я не знал, что в Аддии такое особое отношение к первым детям, — вскинулся Лушка, вопросительно глядя на меня.

— Это мало кто знает, — кивнула я. — Но ты заметил, что у Аддийских правителей первый ребенок от первой жены всегда сын? — Я усмехнулась, — потому что по их законам именно первый ребенок от первой жены независимо от его пола является настоящим наследником султана.

— Не может быть! — перебила меня баронесса Шерши и округлила глаза так сильно, что на секунду показалось, будто они прямо сейчас выпадут из орбит. Иногда маска «глупышки Ирлы» раздражала неимоверно. Как сейчас.

— Именно, — кивнула я, стараясь игнорировать ужимки баронессы. — Просто девочкам, которым не повезло родиться первыми от первой жены, не торопятся перевязывать пуповину... И поэтому сам факт первой беременности скрывают от всех. Вдруг родиться ребенок не того пола...

— Ничего себе порядочки, — поежился Лушка. И я была с ним согласна. Ужасный обычай, который тем не менее отлично показывает реальное отношение к женщинам в Аддии...

— Но вернемся к нашим загадкам, — закончила я короткую лекцию. — Если император не договориться с Эбрахилом, значит он начнет войну накануне свадьбы Иляны и Грилорского принца. Это примерно четыре года. Если же Абрегорианская принцесса станет женой Эбрахила, то император введет войска на территорию Грилории гораздо раньше... Ведь ему можно будет не бояться союза Грилории и Аддийского султаната. Верно, господин Род Форт?

— Верно, — кивнул он. — Если император договориться с Эбрахилом, то он не станет ждать ни одного мгновения. И война начнется не позже чем, через год или два максимум.

Жерен нахмурился и застучал пальцами по столешницу, герцог Юрдис тяжело вздохнул и отвернулся, жилка на шее Орега забилась еще сильнее, а Лушка сокрушенно опустил голову. Это было неприятно, но каждый понимал, что Род Форт прав. Если у Грилории не останется союзников, то нас можно будет брать голыми руками...

— И это значит, мои дорогие друзья, — я вздохнула. Мне было откровенно страшно от того, что ждет нас впереди, — нам пора начинать действовать более активно. — При любом раскладе мы должны избавиться от Грегорика до того, как он породнится с Эбрахилом, и до того, как император начнет войну. В противном случае мы можем оказаться у разбитого корыта... Либо от Грилории не останется камня на камне, либо Грегорик очень сильно укрепит свои позиции...

— Согласен, — первым подтвердил мои слова Род Форт. Его менее всех устраивало возможное усиление союза между Грилорией и Аддийским султанатом. И он был слишком умен, чтобы не понимать, война, которую хочет начать император, ударит и по самой империи.

— Аддийские султаны еще никогда не отдавали своих дочерей иностранцам, — задумчиво произнес герцог Юрдис. — Если Грегорику удастся провернуть подобное и породниться с Эбрахилом, нам будет сложно убрать его без последствий. Мы не можем допустить разрыва отношений с Аддийским султанатом. Иначе конец будет предсказуем, Грилория падет, оставшись без союзника.

— Значит мы должны переиграть их всех, — решительно закончила я. — и начинать надо прямо сейчас. Ждать больше нельзя.

— Это очень рискованно, — задумчиво произнесла баронесса. — Мы рассчитывали на гораздо больший срок, чем год или два...

— Я с вами, ваша светлость, — улыбнулся Жерен.

— И я, — кивнул Орег...

— Я тоже, — все так же задумчиво присоединилась к нам Ирла Шерши.

Несмотря на кажущуюся легкость, это было трудное и очень важное решение. Заговор против короны небыстрое дело. У Третьего советника на это ушла вся его жизнь. А у нас было всего два года. Или даже год... Значит нам придется действовать более рискованно, чем раньше. У меня лично шея заныла, словно ощущая на себе веревку, на которой нас всех повесят, если поймают.

С силой сжав кулаки, спрятанные в складках платья, так чтобы ногти впились в ладонь, причиняя боль, разогнавшую упаднические мысли, я обвела моих соратников взглядом. Они сидели за круглым столом в пыльной кладовке и смотрели на меня. Возле каждого горела свеча, освещая лица, застывшие в тревожном ожидании... Все ждали моего решения. И раз уж я взяла на себя роль главы всего заговора, то мне и брать на себя ответственность за возможный успех или провал...

План нашего заговора мы уже обсуждали, но теперь надо было действовать немного иначе. Я выдохнула, избавляясь от страха, и начала распоряжаться:

— Госпожа баронесса, ваша светлость, вам нужно срочно заняться вербовкой Высоких родов. Мы уже обговаривали, что нужно делать. — Баронесса и герцог Юрдис кивнули, принимая мое решение. — Орег, в Республику Талот придется уходить сухопутным путем. Ждать больше нельзя. Собери своих людей, которые будут изображать купцов. Товар для вида я тебе выделю... В Тантане вас встретит купец Ин Го Лин. Его надо предупредить, что все начинается чуть раньше. Потом тебе нужно будет вернуться сюда как можно скорее. Ты нужен мне здесь...

— Понял, — коротко ответил Орег, качнув головой.

— Жерен, — я повернулась к верному другу, — с тебя связь с ночными правителями городов на всем протяжении пути. Пусть они приглядят за караваном. Мы не можем рисковать. И готовь своих ребят. Возможно нам придется задействовать силы ночного города.

— Сделаю, — подтвердил Жерен.

— Лушка, сынок, — повернулась я к нему. — Собирайся. Ты отправляешься в Республику Талот вместе с Орегом. К тому моменту, как мы начнем игру, тебя не должно быть в Грилории. Если мы не добьемся успеха, то господин Род Форт поможет тебе связаться с императором. — Я взглянула на «моего дядю». — Вы поедете с моим сыном, — распорядилась я. Он кивнул.

— Мам, — Лушка слегка порозовел от смущения, — Анни просила, чтобы я забрал Катрилу с собой, когда отправлюсь в Тантану... Ей надо учиться в университете, а это можно сделать только в Республике Талот. Мам, ты знала, что Катрила очень талантливый математик? Анни говорит, у нее большое будущее, — торопливо добавил он, покраснев еще больше.

Это было так мило, что я против воли улыбнулась. Мой сын был по уши влюблен в компаньонку своей сестры. А она в него. Уж как они умудрились влюбиться мне не понятно, ведь виделись они совсем мало. Видимо, Анни была права тогда, в детстве, когда говорила, что этого не избежать.