Чтение онлайн

Я качаю головой и вытираю руки о лежащее рядом полотенце. На хлопке остаются жирные пятна. Кондиционер в мастерской не работает. Сьюзен позвонила в ремонтную компанию, отвечающую за моё здание. Пока они не появятся, здесь чёртова жаровня. Я раздражённо рычу, спуская комбинезон и завязывая рукава вокруг талии. Белая майка под ним прилипает к моей коже. Без комбинезона она обязательно испачкается, что её не отстираешь, но мне все равно. Это лучше, чем альтернатива, а именно смерть от теплового удара. Пот капает с моего лба. Если станет ещё хуже, мне придётся полностью избавиться от комбинезона.

Я слышу своих ребят в соседней мастерской. Слышно жужжание пульверизатора. Лязг инструментов о металл. Они тоже ворчат по поводу жары. Мы все это чувствуем.

Почему отдельные рабочие пространства, спросите вы? Проще говоря, я справляюсь со своей работой лучше в одиночку. Я беру на себя более сложные заказы. Я не тороплюсь. Я не люблю шутки. Терпеть не могу светские разговоры. Я сварливый ублюдок, способный испортить хорошее настроение и дружбу, которые процветают у большинства сотрудников. И вот я здесь, один… именно так, как мне нравится.

Дверь в мою мастерскую открывается. Прерывание обычно раздражает меня до чёртиков, но на этот раз это приветствуется. Всё, о чём я могу думать, это «спасибо, чёрт возьми!»

— Кондиционер здесь. — Я указываю на потолок, не глядя на ремонтников. Несколько больших вентиляторов охватывают оба рабочих пространства. Мой голос низкий и хриплый. Вероятно, от молчания. — Не мешкай! — рычу я, хватая безоткатный молоток. Он большой. Больше, чем большинство. Я сделал его на заказ вместе с парой других инструментов в моей мастерской. Я сам большой. Шесть с половиной футов чистых мышц. Я сильнее большинства, поэтому мне нужен молоток, который больше нормы.

Я собираюсь приступить к работе над корпусом великолепного — по крайней мере, он таким будет, когда я закончу с ним — Мустанга 66-го года, когда слышу, как дверь захлопывается. Очередная волна аромата печенья окутывает меня. Мой член дёргается. Какого хрена?

Я перевожу взгляд на человека, который только что вошёл в дверь. Это не ремонтник. Даже близко, чёрт возьми. Это женщина, и на ней крошечные шорты. Её ноги тянутся на многие мили. Какого чёрта она здесь делает?!

— Потерялась? — ворчу я, сильно хмурясь.

Её глаза расширяются. Они орехового цвета и обрамлены густыми ресницами.

— Ты медведь… Она была права. — По крайней мере, я думаю, что незнакомка так сказала. — Рыжий медведь… — хихикает она. — У тебя там чертовски большой молоток. — Она смотрит на инструмент в моей руке. Она снова хихикает, и звук выстреливает прямо в мой спинной мозг и в мой член. Мои яйца напрягаются.

Большой. Молоток.

Хм… да!

Вспыхивает раздражение.

— Убирайся отсюда! Клиентам сюда вход воспрещён! — я указываю на дверь.

— В том-то и дело… Я не клиент. Я хочу быть, но я… понимаешь… Я в затруднительном положении… — она облизывает губы. Они полные и розовые. Чертовски пухлые. Ещё больше раздражения проносится сквозь меня вместе со здоровой дозой желания. Люди обычно не оказывают на меня такого воздействия. Я благодарен, что мой комбинезон завязан спереди, потому что мой член твёрд как камень. Если она думает, что безоткатный молоток в моих руках большой, что ж, она ещё ничего не видела.

— Сьюзен! — кричу я. Эта женщина должна уйти, и она должна уйти прямо сейчас!

Она поднимает обе руки, как будто пытается успокоить меня.

— Сьюзен знает, что я здесь. Она сказала, что мне нужно поговорить с тобой. — Женщина делает шаг вперёд. Её запах становится сильнее. Я не могу не сделать глубокий вдох. Мне хочется застонать. Мой рот наполняется слюной.

Скорее всего, у неё овуляция. В конце концов, я отчасти зверь. Большая часть меня управляется инстинктами. Существует глубинная потребность в продолжение рода. Большинство дней я подчиняюсь зверю. Иногда, однако, это чертовски раздражает меня! Хорошо, что я только наполовину зверь. Не самая большая часть. Я в состоянии сопротивляться. Необходимость отодвинуть это желание в сторону выводит меня из себя.

— Видишь ли, я… — продолжает она, продолжая наступать.

— Убирайся! Вон отсюда! — почти рычу я. — Я пытаюсь работать. Сьюзен… какого хрена! — рычу я.

Я ожидаю, что заблудившаяся человечка вылетит отсюда. Смоется как можно быстрее. Я почти ожидаю, что она обмочится или закричит, но этого тоже не происходит. Она хмурится и делает ещё один шаг ко мне. Ко мне. Она желает умереть? Не то чтобы я действительно убил бы её, но она этого не знает. Я огромный. У меня есть борода. Я весь в татуировках. В то же время в моей руке молоток и тот факт, что мой голос звучит отчасти звериным прямо сейчас. Большинство людей чувствуют опасность и убегают. Только не она.

Кажется, я её нисколько не отпугиваю. Она хмурится ещё сильнее.

— Ты ведёшь себя грубо. Ты не должен так разговаривать с клиентом. — Она ругает меня. Меня! Чёрт! Мой член сходит с ума. Люди не противостоят мне. Они плачут. Они бегут. Они даже умоляют. Но не эта крошка. Она выдерживает мой взгляд. Она выглядит сердитой. Она даже упирает руки в бока.

Я бросаю молоток на рабочий стол, и малышка вздрагивает, когда он лязгает. Значит, не совсем осталась безучастной. Я скрещиваю руки на груди, что, как знаю, сделает мою грудь ещё более мощной в моей майке. Мои руки бугрятся мышцами.

— Ты только что сказала мне, что не являешься клиентом. У тебя есть десять секунд, чтобы сказать мне, кто ты и что тебе нужно, прежде чем я физически удалю тебя из моего помещения. — Я делаю шаг к ней, но она стоит на своём.

— Мне нужна помощь. Моя машина сломалась прямо на улице…

— Я не могу тебе помочь!

Она моргает.

— Что? Пожалуйста… это не займёт много времени…

— Сьюзен даст тебе номера нескольких буксирных компаний. Одна из них…

Она качает головой. Её глаза кажутся огромными и затравленными. На секунду у меня возникает искушение помочь ей. Какого хрена?