Чтение онлайн

Сняв помятый шлем, Вульф вытер пот со лба и оперся на испачканный черной слизью меч.

— Ты в порядке? — спросил подошедший Хродгар. Лицо его было испачкано потом и грязью, покрыто ссадинами и кровоподтеками. Зажав меч под мышкой, он держался за предплечье, из которого алыми потоками струилась кровь.

Вульф кивнул и оглядел братьев и двух друзей. Их одежда и доспехи были залиты кровью — алой человеческой кровью, а с лезвий их мечей и топоров капала темная слизь. Угрюмые и усталые, они стояли перед ним, ожидая приказов.

Подставив разгоряченное лицо холодному предрассветному бризу, Вульф сказал:

— Идем, нам надо помочь товарищам.

У восточной стороны сражение все еще продолжалось. Подбегая, Вульф с облегчением обнаружил, что троллей и людей оставалось примерно поровну. Осознав, что они давно потеряли свое единственное преимущество — количество, турсы уже не проявляли такого энтузиазма, который у них был в самом начале атаки. Теперь они уже не ревели, а лишь отчаянно хрипели, начиная медленно, но верно отступать под ударами людей.

Присоединившись к своим, Вульф оказался плечом к плечу с Хвинером — одним из воинов в дружине отца.

— Как там, на вашей стороне? — задыхаясь, спросил Хвинер между взмахами секирой.

— Мы победили, — ответил Вульф, — Но нас осталось всего шестеро.

— Здесь нас тоже не много. Твой отец тяжело ранен.

— Проклятье!! — процедил сквозь зубы Вульф.

Закусив губу, он наносил удары направо и налево, снося уродливые головы и разрубая коренастые тела.

Прошло еще некоторое время, прежде чем оставшиеся несколько троллей наконец бросили оружие и пустились наутек. Им вслед полетело несколько копий и дротиков, но никто не сдвинулся с места, чтобы преследовать и добивать их — все были слишком измотаны долгим ночным сражением.

Подняв оружие в воздух, оставшиеся в живых воины разорвали предрассветную тишину победным кличем, который прокатился над фьордом и землей, и его отдаленное эхо достигло слуха человека, стоявшего на вершине близлежащего холма. Облокотившись плечом о ствол дуба, человек смотрел вниз на горящий забор гарта, пылающие строения, на которые перекинулся огонь и ликующих людей. Одетый в темно-синий плащ и широкую шляпу набекрень, он был почти неразличим в предрассветной мгле.

Он отвернулся от зрелища полусожженной деревни и посмотрел на восток, где узкая полоска зари окрасила алым горизонт. Таинственно улыбнувшись, человек беззвучно растворился в воздухе.

Вульф склонился над телом отца. Его родня вместе с воинами дружины собрались вокруг, со скорбью глядя на умирающего князя. Старый воин лежал на земле, его рука по-прежнему сжимала меч, а шлем, увенчанный волчьим черепом, лежал рядом. В груди зияла страшная рана, из которой сочилась кровь. Хоть турсово копье не задело сердце, однако легкое было пробито насквозь. Никто не сомневался, что жить вождю осталось не долго.

Вульф присел на одно колено рядом с отцом, приложил пальцы к его горлу. Биение сердца ощущалось очень слабо. Веки Хрейтмара дрогнули и медленно приоткрылись.

— Отец! — взволнованно произнес Вульф. Легкая искорка надежды сверкнула в его сердце.

— Вульф… — голос Хрейтмара был тихим и хриплым, — Мы все-таки… победили…

— Конечно, — ответил Вульф, — мы уничтожили почти всех, лишь пятерым удалось удрать.

— Мо… молодцы, я знал… ильвинги сильнее всех.

Окровавленые губы Хрейтмара шевельнулись в попытке улыбнуться. Левой рукой он сжал плечо сына.

— Я…я ухожу, сын… врата Чертога Павших открыты, наши предки… те, кто… ушли раньше нас… они ждут.

Хрейтмар разразился приступом кашля, из горла брызнула кровь.

— Теперь ты… в-вождь… ильвингов.

Рука Хрейтмара ослабла и сползла с плеча Вульфа, глаза медленно закрылись. Могучий князь был мертв.

Вульф сжал челюсти, чтобы не закричать. Он встал и оглядел столпившихся вокруг людей. Он встретил печальный взгляд матери и отвернулся. Ее серые глаза блестели, тонкие бледные губы дрожали. Она посмотрела вслед сыну, который повернулся и ушел прочь от того места, где лежал отец.

Воины подняли тело вождя и отнесли в дом. Остальные вместе с женщинами принялись помогать раненым, многие из которых все еще лежали рядом с трупами своих товарищей и отвратительными темно-зелеными тушами троллей.

Светало. Весело покрикивали чайки, наслаждаясь теплом восходящего весеннего солнца. Прохладный западный бриз нес соленый запах моря и приятно шевелил волосы.

Вульф уселся на камень, лежащий недалеко от берега, и вытянул усталые ноги. Прислонившись спиной к скале, он ощутил неожиданно навалившуюся чудовищную усталость. Мышцы рук и ладони ныли от утомления, взмахов тяжелым мечом и бесконечных ударов. Колени слегка дрожали от напряжения, а голова гудела от бессонной ночи и оглушительного рева турсов. Вульф позволил отяжелевшим векам закрыться, и начал проваливаться в бездонный колодец полумрака и расслабления под убаюкивающий шум прибоя.

Он проснулся оттого, что чья-то рука трясла его за плечо. Он приоткрыл глаза и тут же зажмурил их от слепящего света полуденного солнца.

— Вульф, вставай!

Он узнал голос сестры и встал, повернувшись спиной к солнцу. Теперь жмуриться пришлось Вальхтеов. Ее рыжие волосы горели в солнечном свете, словно огонь. Большие зеленые глаза на белом лице смотрели на старшего брата снизу вверх. Ее острый, прямой нос и тонкие губы всегда напоминали Вульфу его мать.

— Что случилось? — спросил он.

— Пришел посланник от Хордлингов.

— Опять?

— Да, — Вальхтеов заслонила ладонью глаза от солнца, — Он принес вести от Фолькхари, сказал, что хочет видеть князя. Мать послала меня разыскать тебя.

— Идем.

Они поднялись по склону холма и вошли в гарт с западной стороны. Забор был почти полностью уничтожен огнем, сгорели также сарай и дом Храфна. От обгоревших стропил все еще вился серый дым, уносимый береговым ветерком. Из стен многих других строений торчали копья троллей. На уцелевшей дозорной вышке стоял усталый часовой, оглядывая местность в поисках приближающейся нелюди. «Бедняга, — подумал про него Вульф, шагая к своему чертогу, — Он не спал с ночи. Надо будет послать кого-нибудь сменить его».