Влечения
Шрифт:
— Вы удивительно естественно смотритесь перед камерой, — сказала она. Дженни краснела от удовольствия и, не зная, куда девать руки от смущения, засунула их в карманы своих узких джинсов. — Да-да, я серьезно говорю! Поверьте, у нас получилось несколько просто классных снимков! Но продолжим…
Наконец они закончили и сели на скамейку отдохнуть и поболтать о том о сем. Вдруг Ребекка схватила Дженни за руку.
— Не оборачивайтесь! Мне кажется, я вижу кого-то в кустах… Справа от вас, — шепнула она напряженно. — За нами следят.
Дженни испуганно взглянула на нее:
— Вы его хорошо видите?
— Нет… Не поворачивайтесь и продолжайте говорить как ни в чем не бывало… — приказала Ребекка, одновременно заправляя в свою «лейку» новую пленку. — Сейчас я сниму его. Но это нужно сделать внезапно, а то он смоется…
В следующее мгновение Ребекка подняла камеру к глазам и, медленно поворачиваясь слева направо, стала делать кадр за кадром.
— Я знала, что не ошиблась! — выдохнула она.
— Кто это? Вы его разглядели?
— Нет, но я увидела движение в кустах. Подождем, пока проявятся. Может, на снимках будет лучше видно. — Ребекка поднялась с лавки, привычным движением повесив камеру себе на плечо. — Ладно, пойдемте отсюда. Что-то мне здесь разонравилось. Как насчет того, чтобы отправиться к Стирлингу? Пусть накормит нас обедом.
Когда они приехали в агентство и рассказали о том, что с ними случилось в парке, Стирлинг покачал головой.
— Я отдам в проявку, — сказал он, забирая пленку. — Надеюсь, тебе удалось заснять этого сукина сына.
Вернувшись к вечеру домой, Ребекка обнаружила на автоответчике сообщение от Карен с просьбой перезвонить ей. С тех пор как Ребекка возвратилась из Европы, они связывались друг с другом несколько раз, но все никак не могли встретиться.
Карен схватила трубку после первого же гудка и радостно взвизгнула, услышав голос подруги:
— Бекки! Спасибо, что перезвонила. У нас тут работы невпроворот, но в пятницу босса не будет, и я смогу подольше задержаться на обеде. Давай сходим куда-нибудь, а?
— С удовольствием. Где встречаемся?
— Заезжай за мной в офис. Сгораю от желания рассказать тебе о Чингизе!
— О ком?
— Ну Чингиз, это мой новый парень. Он просто душка!
— Чингиз? Как это тебя угораздило? — рассмеялась Ребекка.
— Скажешь тоже! Его мать была помешана на Чингисхане, потому так и назвала его. А вообще он Чингиз Рок Максимилиан Флаэрти.
— Невероятно! Где ты его подцепила?
Карен сердито фыркнула:
— Что значит — подцепила? Он замечательный человек! Умный, добрый и вообще лапочка! Я в нем души не чаю! Он и тебе понравится, вот увидишь!
— Не сомневаюсь в этом… — усмехнулась Ребекка.
Ничто не изменилось. Карен все такая же. На самом деле Ребекка очень соскучилась по своей подруге и ее нескончаемой череде поклонников. И хоть Карен порой «доставала» ее, но это было так давно, что Ребекка уже и по этому тоже успела соскучиться.
— То-то!
— Значит, в пятницу, в половине первого?
— Самое то! И кстати, мы вернемся когда-нибудь в нашу любимую «Треуголку»? Мне мое житье у сестры уже, честно говоря, обрыдло.
— Заметно, — опять рассмеялась Ребекка. Ей не хотелось рассказывать о своей беременности по телефону. — Поболтаем обо всем при встрече.
— О'кей, в половине первого в пятницу, как штык! Договорились!
Стирлинг взял со стола и передал Ребекке снимки, которые та сделала в Центральном парке.
— Ничего тут нет, — расстроенно сказал он. — Тень чья-то видна, но и только.
Ребекка внимательно изучила фотографии и хмыкнула:
— Да, ты прав. Жалко. Поди тут разберись, кто это? М-да…
Она швырнула снимки обратно на стол.
— Зато с Дженни получилось неплохо, — подмигнул ей Стирлинг. — Интересно, она никогда не хотела стать моделью?
Он принялся расхаживать взад-вперед по гостиной. Ребекка видела, что Слай Капра и Джерри Рибис его занимают в данную минуту все-таки больше, чем Дженни.
— Не думаю… — отозвалась она. — Но у нее бесспорный талант. Я пока не говорила ей, боялась сглазить.
— Знаешь, я считаю, что эти снимки можно будет показать редактору «Вог». А, что скажешь? — Стирлинг взял с подоконника номер журнала и тут же, не глядя, положил его на место. Обернувшись, он чертыхнулся. — Не могу ни на чем сосредоточиться, черт! У тебя есть какие-то новости?
— Нет, — ответила она. — Сделала несколько звонков. Договорилась встретиться в пятницу с Карен в обеденный перерыв. Сядь, Стирлинг, не ходи. Ты похож на льва, которого посадили в клетку. Ты начал говорить о Дженни? Прекрасно. Я тоже считаю, что тебе нужно отдать ее снимки в «Вог». Пусть посмотрят. У нее есть все, кроме опыта, а опыт — дело наживное. Она может сделать себе карьеру.
Стирлинг присел рядом с ней на диван, и они вместе еще раз изучили фотографии.
— Ну хорошо, — пробормотал он наконец. — Я увеличу самое лучшее, а там посмотрим…
— Это помогло бы ей обрести еще большую уверенность, — задумчиво проговорила Ребекка.
В пятницу утром Ребекка проснулась совершенно разбитой, и первое, что она почувствовала, была легкая дурнота. Теперь это случалось довольно часто, и она уже научилась лечиться: надо просто поспать еще, и все пройдет.