Внутри
Шрифт:
«А что, если вселенная сама мне дала шанс проявить себя в убийстве, как я этого и хотел? Но для начала дала мне убийство во спасение».
Он подошёл к животному. Олень смотрел на него огромными карими глазами. В них были слёзы, и слёзы текли по его морде. Изо рта сочилась кровь, брюхо поднималось и опускалось неравномерно, он дышал очень тяжело, с хрипами.
– Зрелище не для слабонервных, конечно, – заметил Марк.
Любая девушка бы уже сейчас устроила истерику от увиденного и затопила бы слезами всё вокруг.
У Марка комок встал в горле.
– Как его убить? – хотел подумать он про себя, но сказал это вслух.
– Можете камнем, в голову, – тут как тут отозвался советчик.
И уже нёс ему большой камень, который подобрал, отойдя чуть вглубь от обочины. Марк взял его, и на душе в тот же момент повис такой же камень. Всё это время, пока Марк решался и репетировал удар, олень смотрел на него жалобными глазами, то ли умоляя о скорейшей смерти, то ли, наоборот, отговаривая Марка от этого поступка.
У Марка вспотели ладони, да и не только – он весь был мокрый как мышь. Его трясло.
«Я делаю ему во благо, я убиваю его, чтобы он не мучился», – уговаривал сам себя Марк.
Марк подошел к голове животного, замахнулся; он отчётливо отражался в глазах невинного зверя. В глазах оленя читался страх, когда понимаешь, что смерть уже рядом. Он захрипел ещё сильнее, и кровь брызгами пошла из пасти.
Удар. Ещё удар – для закрепления результата. Второй удар он уже делал с закрытыми глазами, потому что то, что он увидел после первого, его ужаснуло. От красивой и благородной морды оленя осталось лишь кровавое месиво. Марк отбежал к кустам, и его вырвало. Про те отвратительные ощущения, когда камень встречался с головой животного, он и думать не хотел. Этот звук удара он хотел стереть из своей черепной коробки раз и навсегда.
– Во что я ввязался? – держась за дерево, тяжело дышал Марк. – Он больше не мучается, поехали, – только и выдавил он из себя.
Дальше дорога пошла менее привлекательная. Марк уже не смотрел с воодушевлением в окно, а, понурив голову, пялился в одну точку. Иногда поглядывал на свои руки – они теперь вызывали неприятные ассоциации. На душе было тяжело и гадко.
«Неужели так всегда бывает, когда кого-нибудь убиваешь? Или со временем становится проще…»
Он не успел развить мысль дальше, потому что они свернули с главной дороги и по земляной внутри леса пробирались к большому каменному забору. Фантазии насчёт огромного готического особняка с лихвой оправдались.
Глава 21
Подъехав к большим стальным воротам, водитель открыл своё окно и проговорил в динамик в стене:
– Здесь назначена встреча некому Марку – он приехал.
После непродолжительного звукового сигнала ворота стали открываться. Машина въехала. За забором красовалась огромная территория, ухоженная, с изысканным ландшафтным дизайном: палисадники, клумбы, прудики и даже фонтан. Всю эту роскошь венчал собой огромный особняк, возведённый точно по копии какого-нибудь замка. Остроугольные крыши, флигель, огромные винтажные окна и даже горгульи, восседавшие, как стражники на посту.
– Приехали, командир, оставляю вас в этой красоте, – с грустью проговорил водитель.
Марк, конечно, был впечатлён увиденным, но он ещё был под тяжестью происшедшего на дороге, и поэтому только молча кивнул и вышел из автомобиля. Прошёл к крыльцу главного входа, поднялся по красивой мраморной лестнице и позвонил в дверной звонок.
«Наверняка сейчас выйдет чопорный дворецкий и, кланяясь, пригласит в дом», – шаблонно представил Марк.
Дверь открыла сама хозяйка этой красоты.
Конец ознакомительного фрагмента.