Чтение онлайн

– Что у тебя с рукой?

– Упала, вот что.

– Это как же надо было упасть, чтобы разбить себе руку почти у предплечья?!

Я опустила глаза и постаралась перевести разговор в безопасное русло.

– Слава, может, кофе хочешь или поесть?

– Ты мне зубы не заговаривай. А ну, развяжи бинт.

– Зачем? – растерялась я.

– Хочу посмотреть, как ты упала.

– Да пошел ты. Ты что, мне не веришь?

– Я твою хитрую натуру знаю. Это ты своих друзей разговорами лечи, а меня не надо. Последний раз спрашиваю, что с рукой?

– Упала.

Брат встал и схватил меня за руку. Я взвыла от боли и закричала:

– Пусти, дурак, больно!

Не обращая внимания на мои крики, Славка развязал бинт и посмотрел на меня округлившимися глазами.

– Это же пулевое ранение!

– Я не знала.

– Прекрати немедленно! Иначе я возьму ремень и выпорю тебя как следует! Я смотрю, ты слишком самостоятельная стала в последнее время! В больнице была?

– Нет.

– Так поехали.

– Зачем? Это сквозное ранение. Пуля прошла насквозь. Рану мне обработали.

– Нельзя обрабатывать огнестрельное ранение кустарным способом. Запомни.

– Зачем мне запоминать?! Надеюсь, каждый день в меня не будут стрелять.

– Даже те, кому нельзя показываться на людях, кто в розыске, и то обращаются в больницу, получив ранение, потому что при таких делах требуется квалифицированная врачебная помощь. У тебя может начаться заражение крови.

От последней фразы у меня потемнело в глазах.

– А как же на войне? Санитаров на всех не хватало, а стреляли чуть ли не в каждого. Люди сами раны перевязывали и ничем не обрабатывали.

– Слава Богу, мы не на войне, поэтому давай ключи от машины, я отвезу тебя в больницу.

– Там обязательно спросят, кто стрелял. Сообщат в милицию. Меня начнут мучить разными вопросами…

– Я отвезу тебя туда, где не задают вопросов и никуда не сообщают.

– У тебя есть свой врач-хирург, которому ты доверяешь?

– Есть.

– Я тоже знала хирурга, которому доверял один человек, только этот хирург оказался обычным дерьмом…

– Хватит рассуждать. Поехали.

Через полчаса мы сидели в частной клинике в кабинете у хирурга. Врач внимательно осмотрел мою руку и улыбнулся.

– Надо же, пуля прошла насквозь. Вам повезло.

– А что было бы, если бы она там осталась?

– Если бы она там осталась, обязательно началось бы нагноение.

Побледнев, я спросила:

– У меня заражение?

– Нет. Сейчас я обработаю рану, но вам придется потерпеть.

– Вколи ей обезболивающее, чтобы девчонка не мучилась, – попросил Славка.

Я с благодарностью посмотрела на брата. Когда рана была обработана, я поблагодарила врача и пошла в машину. Славка задержался. Вернувшись минут через десять, он сел рядом и серьезно спросил:

– Кто в тебя стрелял?

– Зачем тебе?

– По-моему, это неуместный вопрос.

– Что ты сделаешь с этим человеком?

– Убью, конечно.

– Ты это серьезно?

– Скажи, это как-то связано со мной? В тебя стреляли из-за меня?

– При чем тут ты? – удивилась я.

– А кому ты тогда нужна?

– Ты считаешь, я никому не нужна? – обиделась я.

– Я не это имел в виду Ладно, давай говори. Ты просто обязана рассказать мне все.

– Ты слышал про зека, который сбежал из тюрьмы?

– Слышал, – нахмурился брат.

– Он спрятался в мусорном баке, а потом перебежал в мою машину. Он прострелил мне руку, чтобы я его побыстрее везла.

– Ты хочешь сказать, он ехал с тобой в машине?

– Да.

– Господи, какой я дурак! Надо было бы мне самому отвезти документы.

– Тогда бы он сидел в твоей машине и прострелил руку тебе.

– Что было дальше?

– Мы доехали до дачного поселка, и он держал меня там ровно двое суток.

– Ты запомнила, где находится этот дачный поселок?

– Нет, – соврала я.

– Как же ты не запомнила, если была за рулем?

– Я потом сидела сзади, он вел. У меня же была прострелена рука.

– Бедная ты моя девочка. Славка прижал меня к себе и стал гладить по голове. Он всегда жалел меня как маленькую.

– Почему ты мне ничего не рассказала? Он тебя изнасиловал?

– В первую ночь он взял меня силой, но во вторую я уже не сопротивлялась, – вздохнула я.

Славка широко раскрыл глаза и перестал меня гладить.

– Ты хочешь сказать, что трахалась с этим зеком по собственному желанию?

– Да.

– Ах ты, гадина!

– Сам такой.

– Теперь я понимаю, почему ты предпочла промолчать. И в кого ты такая уродилась?!

– В тебя, – улыбнулась я. – Марта рассказывала, как в первый раз ты завел ее в ресторанную кухню и там изнасиловал.

– Чтобы я ее насиловал?! Она, по-моему, не сопротивлялась.

Славка закурил сигарету и повез меня домой.

– Как же он тебя отпустил?

– Не знаю. Отпустил, и все.

– А сам куда двинулся?

– Не знаю. Он мне не сообщил.

– Врешь! Я надеюсь, ты его дома не прячешь?

– Больно надо. Ты же видел, что у меня никого нет.

– Я в шкафах не проверял.

– Так пойди и проверь, – засмеялась я.

– И проверю.

– Да мы с ним больше никогда не встретимся.

– Я думаю. Съезжу к Генке в тюрьму, узнаю, что это за козел и где он может отсиживаться. Найду, живым закопаю. Пусть других трахает, но не мою сестру!

– Откуда он мог знать, что у меня есть такой замечательный брат. Кстати, нашего дядю Гену в тюрьме не любят. У него там плохая слава и неважнецкий авторитет. Дерьмо он порядочное.