Чтение онлайн

И они потащили его. Это было нелегко, а еще гаже становилось от глупой улыбки на лице спящего Толстяка. Никогда раньше он не выглядел настолько счастливым.

Шли дни, а Толстяк все не просыпался. Сначала они волокли его за ноги, но потом Бульбо предложил тащить его за воротник. Единственное, что их радовало, — это то, что пока спал Толстяк, расход провианта резко снизился. Но еды все равно оставалось не так уж много.

Лес оставался таким же темным и мрачным. Такое же мрачное выражение застыло на лицах гномов. Изредка до них доносилось чье-то пение и смех. Однако на них никто не нападал, из чего гномы сделали вывод, что это не гоблины. Они вслушивались в пение, но не могли разобрать слов.

Вскоре запасы хлеба и меда подошли к концу. На очередном собрании был поставлен вопрос о том, а не съесть ли им Толстяка, но половина гномов проголосовала за то, чтобы оставить его на потом. Как раз в этот самый момент Толстяк и проснулся, к облегчению одних и голодному разочарованию других.

— А где еда? — спросил он, сонно потирая глаза. — Мне снилось, что я у эльфов на фуршете с бесплатным баром.

— Еда закончилась, — сказал Нудин.

— И что, совсем ничего не осталось? — встревожился Толстяк. — Но я умираю от голода!

— Мы все тебя прекрасно понимаем, Толстяк. Если отправимся дальше, то у некоторых из нас есть шанс выйти из этого леса живыми, при необходимости подкрепившись теми, кто умрет раньше. Кстати, с возвращением. Мы целую неделю тащили тебя, пока ты спал. Теперь шагай сам!

В этот момент Брякин, который забежал немного вперед, закричал:

— Эй! Я вижу огоньки в лесу!

— Я первый их увидел! — крикнул Пики.

Все посмотрели в ту сторону и увидели с десяток горящих факелов среди леса на приличном расстоянии от тропы.

— Мой сон оказался вещим! — обрадовался Толстяк. — Костры! Фуршет! Бесплатный бар! — И он припустил прямиком в лес.

— Ура-а! — закричали все остальные и побежали вслед за ним, напрочь забыв о предостережениях Бьорка.

Бульбо очень сомневался в благоприятном исходе дела, но не хотел оставаться один и побежал за всеми.

Они очутились на поляне, красиво украшенной бамбуковыми факелами, воздушными шарами и серпантином. Это был веселый эльфийский пикник. Эльфы пели, жарили ребрышки на костре, ели сладости, играли в игры и пили пиво. Запах жареного мяса был слишком соблазнительным для гномов, и они бесцеремонно ввалились на поляну.

И тотчас, как по волшебству, все эти факелы, огни и жареные ребрышки куда-то исчезли, вместе с шезлонгами, теннисными сетками, хот-догами и самими эльфами.

В одно мгновение их объяла такая непроглядная тьма, что не видно было даже друг друга. Система корпоративной взаимовыручки полностью провалилась. Все в панике разбежались, и Бульбо остался совсем один.

Это был один из самых скверных моментов; хотя за время всего путешествия таких неприятных моментов было предостаточно, и он не испытал еще и половины из них. Оказавшись в полной темноте, воббит решил поспать до рассвета, надеясь утром хоть что-нибудь разглядеть.

Бульбо снилось, как он добавляет молоко в свой кофе, и вдруг что-то коснулось его запястья. Бульбо проснулся и увидел, что это не Толстяк, как обычно, а какая-то толстая липкая нить. Он попытался встать, но увидел, что его ноги обмотаны такой же самой гадостью. Нить была похожа на одну из тех гигантских паутин, которыми был опутан весь Мрачный Лес.

И тут Бульбо понял все. Эту паутину сплела гигантская паучиха, рассчитывая сцапать отнюдь не муху. Она пыталась поймать Бульбо!

Он повернулся и увидел ее — огромную отвратительную паучиху! К его ужасу, она с ним заговорила.

— Приветствую тебя! — сказала она мягким нежным голоском.

— Что-что? — переспросил Бульбо немного удивленно, но больше испуганно.

— Приветствую тебя! — сказала она снова. — Почему тебя так удивляет, что я с тобой здороваюсь?

— А что ты со мной собираешься сделать?

— Я свяжу тебя своей шелковой нитью, чтобы ты не мог двигаться. А потом я отравлю тебя укусом. Тогда тебе не будет больно, когда я буду высасывать из тебя кровь!

— Ты, что же, собираешься меня убить?

— Боюсь, что да. Нельзя сказать, что я в восторге от такого рациона, но такой уж у меня организм. Так же питалась моя мать и все матери до нее с безначальных времен, когда в мире царила тишина. Так что устраивайся поудобнее, пока я…

Бульбо был признателен паучихе за такое заботливое обращение, но никак не хотел быть съеденным. И он яростно замахал руками по обыкновению Дорков, в то время как паучиха пыталась закончить свою работу.

Затем воббита посетил миг такого ясного осознания, какого не переживал никто из его знакомых за всю его жизнь. В какой-то момент он понял, что единственный выход — убить чудовище ножом. Он впервые почувствовал в себе силы постоять за себя без необходимости визжать, как маленькая девочка.

— Не дергайся! — проворчала паучиха.

Тут Бульбо улучил момент и выхватил из кармана эльфийский армейский нож. Он хотел открыть основной клинок, но вместо него отщелкнулась открывалка для бутылок вместе с отверткой. Как и консервный нож, она была грязной и ужасно воняла.

— И что ты надумал? — спросила паучиха.

Он поспешно захлопнул открывалку, дрожащими руками попробовал вытащить другие инструменты и наконец откинул основной клинок. И только тогда паучиха догадалась, что происходит. Никогда раньше ей не попадались жертвы, вооруженные карманными ножами.

Бульбо выставил вперед нож, и паучиха отступила назад.

— Давай не будем делать того, о чем можем впоследствии пожалеть. Это, наверное, какое-то недоразумение, — сказала она спокойным голосом, соображая, что делать дальше.

Бульбо тем временем успел разрубить паутину, которая опутывала его ноги. Ему показалось, что паучиха удивилась тому, как легко это у него вышло, но быть может, он ошибался. Очень трудно разобрать истинное выражение на лице паука. Поэтому Бульбо не ожидал от нее внезапного нападения.