Воин Добра
Шрифт:
Он бежал долго, пока не кончились силы. Потом упал. Он успел еще немного проползти вперед, но потом все вокруг растворилось в белом мерцании.
Проснулся Вадик от холода. Легкий морозец гулял внутри штанин, и забирался под пальто и телогрейку, норовя куснуть побольнее.
Вадик заворочался и разлепил опухшие веки. Яркий утренний свет брызнул ему в глаза. Недовольно ворочаясь, он приподнялся, и попытался осмотреться.
Как оказалось, он лежал на асфальте между двух зеленых мусорных контейнеров с погнутыми ржавыми стенками. Вадик сел. Контейнеры были переполнены, и мусор валялся рядом, образуя разноцветные кучи.
«Где я? — подумал Вадик спросонья — как я сюда попал?»
Он окинул взглядом окружающий мир. Из-за баков было видно, что он находился в проулке между двухэтажным домом и длинным рядом гаражей-ракушек. Вдалеке виднелся кусок узенькой улочки. Было холодно. Легкая изморозь покрывала голую землю белыми узорами.
«Да где же я?» — снова подумал Померанцев.
Он опустил глаза и вдруг увидел бутылку без этикетки, лежащую рядом. Память вернулась с резким щелчком, навалилась медведем, отозвалась болью в затылке. Вадик застонал, обхватил голову руками и заплакал. Он сидел на голом асфальте, покачиваясь из стороны в сторону и плакал. Ему было холодно.
Но внутри живота ворочалось что-то теплое и маленькое, вроде котенка. Вадик закрыл глаза и прислушался к себе. Внутри него был свет, маленькая звездочка, пульсирующая в такт сердцу и распространявшая вокруг себя ореол тепла. Вадик мысленно коснулся звездочки. Она дрогнула, а потом стала увеличиваться, даря тепло.
Вадик улыбнулся, чувствуя как замерзают слезы на щеках. Он открыл глаза и подхватил бутылку. В ней еще оставалось немного водки, но жидкость была пустая, безжизненная, словно только что из магазина. Он встал, выпрямился и принюхался к горлышку бутылки. Пахло водкой.
«Выдохлась» — с сожалением подумал Вадик.
Ему припомнились слова Фарита об эликсире, о том, что ему надо отдавать кусочек души. Вадик выпрямился и закрыл глаза. Он мысленно коснулся своей яркой звездочки в животе, и она заворочалась, превращаясь в огненный шар. Вадик стал танцевать, чувствуя как добро разливается внутри теплой волной. Своей теплой мыслью он потянулся к бутылке что держал в руке. Он почувствовал ее — холодную и пустую. Вадик отщипнул от себя немного добра и вложил его в водку. Бутылка заиграла радостными теплыми красками.
Вадик открыл глаза, возвращаясь в привычный мир. Теперь ему было тепло и настроение улучшилось. Вадик посмотрел на бутылку. В ней, на самом донце, плескался искристый и светлый эликсир души.
«Получилось! — Радостно подумал Вадик. — Получилось!»
Вадик немедленно вскинул бутылку донцем к грязно серому небу, и высосал в один глоток остатки эликсира. Утерся рукавом телогрейки, царапнув по недельной щетине, и аккуратно отправил опустевшую бутылку в мусорный бак.
Эликсир внутри взорвался словно граната. Волны тепла захлестнули Вадика с головой, и он засмеялся. Мир налился яркими красками, проступил цвет. Небо стало голубым, а изморозь на траве не белой а серебряной.
«Вот — думал Вадик — вот я и нашел свое предназначение. Я Воин Добра, я буду бороться со злом».
Теперь он ясно видел, насколько были пустыми его былые мечтания. Вилла на берегу моря, и мешок с баксами подернулись легкой дымкой и пропали. Это все было пустым, наносным, внешним. А главное, настоящее, оно как раз крылось внутри, в душе. Вадик радостно рассмеялся. Белый огонь плясал в нем, резвился, пожирая его прошлые мечты и желания. И душа выходила обновленной из этого пламени. Вадик точно знал, что ему нужно делать. Надо было разыскать учеников Фарита — Семена, Хана, Шумахера, Валеру, и проложить их обучение. Вадик хотел все им рассказать. Нет, не рассказать, словами это не выразишь, он хотел им передать то знание, которое получил от своего внутреннего огня. Вадик хотел поделиться с ними всем тем хорошим, что принес в его душу белый огонь. Он снова засмеялся от радости.
Он знал, что нужно делать, его Путь лежал перед ним, зовя в дорогу. Вот только от эликсира немного кружилась голова. И еще очень хотелось есть. Вадик воровато оглянулся по сторонам, — никого не было видно. И тогда, Воин добра, бывший, когда-то просто Вадиком Померанцевым, принялся уверенно рыться в мусорном баке.