Чтение онлайн

Почувствовав, что голод одолевает его, Зак спросил у первого встречного, где найти трактир. Горожанин объяснил, что нужно пройти по Главной улице ещё два квартала, а потом свернуть на Узкую улицу, где стоит знаменитый «Толстый лорд». Зак последовал совету жителя столицы и нашёл Узкую улицу быстро, хотя поначалу растерялся, выискивая ее. Дома там стояли так близко друг к другу, что пройти по ней одновременно могли только два человека. На улице царствовал полумрак. Балконы домов здесь почти соприкасались, не давая проникнуть солнечному свету. Ночью на этой улице явно становилось небезопасно. Вскоре юноша заметил вывеску, на которой был изображён очень толстый рыцарь в золотых доспехах. Читать Зак умел, но то, что это и есть трактир «Толстый лорд» понял и без этого. Толкнув дверь рукой, он оказался внутри харчевни. Ничего особенного Зак там не увидел: обыкновенный каменный пол, кое-где устланный свежей соломой, висящие на потолке перевёрнутые старые колёса от телег, заменяющие люстры, и множество крепких с виду дубовых столов. Правда, нельзя было сказать, что Зак мог похвастаться количеством трактиров, где ему довелось побывать. Чем же «Толстый лорд» заслужил известность? Зак сел за ближайший стол и вытащил из-за пазухи мешочек с тридцатью медяками. Это было всё, что он смог взять с собой, остальное Зак оставил друзьям, чтобы они ухаживали за его домом, полем и скотиной. Станет он рыцарем или не станет, домой обязательно вернется, а кто захочет возвращаться к полной разрухе? Едва заслышав звон монет, хозяин — лысый, упитанный, со щетиной на лице человек — подскочил к Заку.

— Что желает есть и пить молодой господин? — любезно поинтересовался толстяк, заметив шпагу и вытирая стол тряпкой.

— А что у вас есть? — спросил юноша. — Я из Вестшира — первый раз в городе.

— Крольчатина — десять медяков, оленина — пятнадцать, утка — семь. Краюха хлеба — пять монет. Салат тоже пять. Пиво — три медяка. Есть ещё и вино, целых три сорта! — угодливо рассказал хозяин.

— Тогда хлеба, утки и, если можно, простой воды, — сказал Зак.

— С вас четырнадцать монет. — Толстяк схватил отсчитанные деньги и засеменил на кухню. Зак осмотрелся. Слева от него сидели двое и спорили об исходе турнира, причём один из них так рьяно это делал, что не замечал, как рукав его рубахи уже несколько раз испачкался в том, что ароматно дымилось в его тарелке. Недалеко от них спал, судя по всему, пьяный старик. За самым дальним столом развалилась шумная компания из трёх мужчин и одной женщины. За столом у входа на кухню сидел бородатый мужик с кружкой пива. Он внимательно смотрел на Зака, как будто они были знакомы. Чего это он? Наконец, с подносом в руках появилась конопатая девушка, и Зак получил свой заказ. Утка оказалась немного жестковатой, но изумительно вкусной. Закончив скудный обед, Зак выпил воду. Хозяин, вновь возникший рядом с улыбкой на лице, подхватил поднос и спросил:

— Ещё что-нибудь желаете? — И получив отрицательный ответ, убежал. Человек, сидевший у кухни, в это время подошёл к Заку.

— Свободно? — поинтересовался он.

— Да, садитесь, — сказал Зак. Незнакомец выглядел дружелюбно, не похоже, чтобы он что-то замышлял.

— Я случайно услышал, что ты из Вестшира. А из деревни или из города?

— Из деревни Ривервилль. — Вот в чем дело, мужчина то ли спутал его с кем-то, то ли сам из тех же мест.

— Ха! — радостно воскликнул бородач. У него были добрые зелёные глаза и большой рот. — У меня там друг хороший живёт — Джек-кузнец.

— Знаю его, — кивнул Зак и улыбнулся.

— Я Гавин, кузнечных дел мастер.

— А я Зак.

— Рад знакомству, парень! Слушай, как у вас там? Давно я в Ривервилле не был. Хм, годков, эдак, три.

— Всё нормально. Мельницы стоят и работают. Джек постарался.

— Конечно, — сказал Гавин. — Джек всегда молодцом, даже когда глаза лишился. Я, кстати, почему обратил внимание, что ты из Вестшира, Зак. Не только потому, что у меня знакомец там имеется. Про ваших разбойников у нас в Нолдоне чего только не рассказывают. Вот мне и стало интересно — ты как сюда добрался: через лесочек или в обход? Тем более при тебе шпага. Только честно говори. Если в обход, то трусом тебя считать не буду. Обещаю.

— Через лес. В обход я бы сюда недели две шел.

— Да ну! Заливаешь, брат! А как же душегубцы? Неужто они тебя не тронули?

— Повезло мне — ни одного не встретил. Может, такие бедняки, как я, им не нужны. Что с меня можно взять? Половину моих сбережений я сейчас потратил на эту скромную еду, а одежду, что сейчас на мне, сшила мама. Но если бы встретил, так просто бы им не дался, — сказал Зак, чуть обнажив шпагу.

— Ну ты даёшь! — засмеялся Гавин громким и задорным смехом. — Какой молодой, а уже смельчак! Не обижайся, шучу я. Нравится в Нолдоне?

— Ну я только-только пришел. Здесь всё не так, как в деревне.

— Ага, сравнил: Ривервилль и Нолдон! Они даже на разные буквы начинаются. Эх, парень, в деревнях воздух лучше, но я без города жить не могу. В Нолдоне я могу развернуться в полную силу! Тут, парень, сила! А каков Храм Создателя? Самый красивый в мире, пускай король Кумании утверждает, что это не так.

— Я, если честно, растерялся: столько людей, высоких домов, лордов Стоунэнтов…

— Вот шустрый ты! Где ты с ним успел свидеться-то? — удивился Гавин. — Он же из Саутшира.

— Я только от ворот недалеко ушел, тут всадники: «Дорогу лорду Стоунэнту и его жене!» Я оробел сразу, а один из них хотел врезать мне, да я увернулся.

— Ловок ты, Зак! — хохотнул кузнец, а потом сказал:- Стоунэнт — порядочная скотина. Из всех приезжих лордов в столице больше всего не любят его. Наглый, упрямый; могуществом и властью, правда, тоже не обделен. Слушай, как однажды я насолил ему. Ехал он как-то, ехал, а колесо у его кареты возьми, да и отскочи. Ну, благо, моя кузня рядом. Я и мой сынишка в раз всё исправили, да ещё и гарантию дали. А Меридок мне медяки суёт, чтоб они провалились. Нет бы за такую услугу серебро или золото дать! Ну, думаю, как ты, так и я. Говорю, что надо бы ещё поправить кое-что, а вместо этого винтик скручиваю. Проехался Стоунэнт до королевского дворца, раз — а колесо снова отвалилось. Он опять ко мне, кричит: «Что ж ты за кузнец такой, а ещё и гарантию дал?!» Я ему и говорю: «Давай-ка мне серебро, а то так и будешь на трёх колёсах ездить!» Стоунэнт прямо закипел, как вода в котелке над костром! Хотел стражу свою кликнуть, но…так я заработал пять серебряных монет.

— Ну ты и мошенник, Гавин! — сказал Зак, смеясь. — Это ты как раз ловок, а не я.

— Спасибо, уважил старика. Забыл, кстати, у тебя спросить, зачем ты в столицу пожаловал?

Юноша на мгновение задумался, стоит ли говорить на эту тему с его новым знакомым. Но, глядя в ожидающие ответа глаза Гавина, произнес:

— На турнир, участвовать.

— Чего? Я вижу, что у тебя есть шпага, но этого мало. Где твой оруженосец, какой у тебя герб? Я даже не уверен, что у трактира стоит конь вороной с доспехами! Друг, ты не благородных кровей, не рыцарь, а турнир возродили как раз для них. Тебя не возьмут.

— Ты не первый, кто говорит мне об этом, но я что-нибудь придумаю, — сказал Зак. Ему вдруг захотелось рассказать этому новому знакомому все с самого начала, и он поведал Гавину, как загорелся мечтой, как тренировался, как в итоге обидели его друзья, и о том, как путешествовал вместе с актерами.

— А где ж ты собрался остановиться? — спросил кузнец. — Если ты потратил половину принесенных тобою денег, то их не достаточно, чтоб снять небольшую комнатушку в распоследней гостинице Нолдона.

— Так ведь турнир сегодня? — слова Гавина ввели Зака в замешательство. Он же верно рассчитал, когда должен попасть в столицу Келезара, чтобы избежать лишних расходов. — Зачем мне где-то останавливаться?

— Нет, турнир будет завтра — король издал позавчера указ о перенесении турнира на день позже, потому что какие-то гости из королевства Ортхок еще в пути.

Зак почувствовал, как все его продуманные действия теряли смысл. Оставаться на улице на ночь никак нельзя: либо его ограбят и разденут воры, либо арестует стража, приняв за вора его. Гавин, видимо заметив, каким бледным стало лицо юноши, успокаивающим голосом произнес: