Воин
Шрифт:
Катарина стиснула зубы и крепко прижала большой палец к ладони, стараясь вытянуть одну руку из стягивающих ее веревок. Нос чесался от стекающих со лба капель пота, но Кэт не решалась их смахнуть — дорога была каждая секунда.
В любой момент ее похитители могли вернуться.
Презренные негодяи! Она призывала гноящиеся язвы на все части их тела, особенно на ту, которой мужчины бахвалятся больше всего.
От попыток освободиться грубая веревка натирала кожу и жгла огнем. Но на боль Катарина не обращала внимание. Главное — сбежать. А уж вырвавшись из плена, она заставит всех этих разбойников поплатиться за то, что разлучили ее с близкими. Да как они только посмели!
Снова и снова хваталась она рукой за колючую веревку, стараясь ее развязать. Затем наклонила голову и попыталась ослабить массивный узел зубами. Но он не поддался, а вместо этого только стало казаться, что зашатались зубы в деснах. Кэт выругалась, а затем закрыла глаза и прочла молитву, продолжая изо всех сил тянуть за веревку.
Пленница чувствовала, как грубая пенька сдирает кожу с запястья, расцарапывая плоть. Но все равно не сдавалась, пока от одного болезненного рывка ее рука не выскользнула на свободу.
Если бы Катарина была плаксой, то зарыдала бы от облегчения, но она покончила со слезами много лет назад. Стерев, наконец, пот со лба, она сделала глубокий вдох и подула на руку, чтобы немного облегчить пульсирующую боль, а затем оглядела комнату в поисках какого-нибудь оружия.
Ничего подходящего не было…
Кроме очага. Она прищурилась, глядя на горящие поленья, и в голову пришла идея.
Задрав платье, Кэт оторвала несколько полос ткани от своей камизы, чтобы обмотать руки, прежде чем сунуть их в огонь.
— Думаешь, она смирилась и не причинит нам больше неприятностей?
Сердце подскочило от звука мужских голосов, приближающихся к комнате. Отступив от очага, Катарина крепко сжала в обеих руках вытащенный из огня сук и встала сбоку от входа так, чтобы злодеи не заметили ее, пока не будет слишком поздно.
— Еще одна выходка с ее стороны — и мы хорошенько отстегаем ее, каков бы ни был приказ.
— Удачи тебе в этом деле. У меня до сих пор глаз болит от недавней встречи с ее кулаком. Клянусь, эта сучка дерется, как мужик.
Они ударом отворили дверь.
Кэт, затаив дыхание, дождалась, пока похитители окажутся в комнате, а затем, не отрывая от них взгляд, размахнулась изо всех сил и обрушила сук на голову одного из мужчин.
Тот вскрикнул и повалился на своего спутника. С бешено колотящимся сердцем пленница обратила свое оружие против другого злодея. Она трижды ударила его, а затем, подхватив руками юбки, со всех ног бросилась наутек.
Выскочив из сбруйной, где ее держали, она кинулась к выходу из конюшни, не обращая внимания на крики преследователей, приказывающих ей остановиться.
Сдаться им она готова была лишь мертвой.
Снаружи она замешкалась, обнаружив, что находится в маленькой деревушке. Кое-где были видны люди. Многие из них оборачивались, чтобы взглянуть на чужачку, пока та бежала к окраине поселения. Катарина собиралась украсть оседланную лошадь. Если ее поймают, за такое преступление придется поплатиться головой. Но лучше погибнуть, чем смириться с тем, что сулило похищение.
— Задержите ее! — крикнул один из преследователей. — Двадцать золотых франков тому, кто поймает девчонку!
Кэт вздрогнула, заметив, что толпа взглянула на нее с новым интересом. Двадцать франков — это целое состояние. Высокий крепкий мужчина встал на пути беглянки. Сделав короткий бросок, она что есть мочи врезала ему между ног. Здоровяк согнулся от боли, но прежде чем Катарина успела прошмыгнуть мимо него, другой человек схватил ее сзади.
Она двинула его затылком в лицо. Мужчина выругался, а девушка вывернулась из его рук, чувствуя, как собственная голова тоже загудела от этого удара. Когда еще один местный житель попытался ее схватить, Кэт врезалась ему плечом в живот, отчего бедолага отлетел назад и шлепнулся в грязь.
Но не успела Катарина выпрямиться, как кто-то налетел на нее и сбил с ног. Опрокинувшись на спину, она растянулась на земле, тяжело хватая ртом воздух. Не собираясь сдаваться, она перекувыркнулась и вскочила, но тут же вновь была брошена на землю.
В отчаянии беглянка поползла, по-прежнему пытаясь ускользнуть, но внезапно путь ей преградила пара поношенных кожаных башмаков. Кэт уставилась на них с глубокой ненавистью.
Нет!
Преодолев желание съежиться от страха, девушка бросила вызывающий взгляд на человека, вставшего на ее пути, но, разглядев его лицо, открыла в изумлении рот.
Не может быть…
Время словно остановилось, когда она натолкнулась на кристально голубой взгляд мужчины, которого и не предполагала снова встретить. Когда они виделись последний раз, он был безукоризненно причесан. Величественный и суровый, он казался выше своего роста. Но тот образ был всего лишь бледной копией его нынешнего облика.
Сейчас этот человек выглядел грубым и властным. Опасным, непреклонным и беспощадным. Светлые волосы, отливающие золотом, развевались на ветру, а щеки покрывала многодневная щетина. Он оценивал ситуацию, и ничто не могло укрыться от его глаз, в которых плескался смертельный холод.
— Ты ранена, девушка? — спросил Локлан с сильным шотландским акцентом, протягивая ей большую сильную руку.
Кэт смогла только отрицательно покачать головой в ответ и подать ему свою руку.
К большому облегчению беглянки, горец рывком поставил ее на ноги и встал между нею и преследователями.
Отряхивая пыль с платья, Катарина не могла поверить в свою удачу, как и в то, что Локлан пожелал выступить в ее защиту, когда никто больше для этого и пальцем не шевельнул.
Едва приблизились похитители, воин вытащил меч из ножен.