Чтение онлайн

За стенами форта погода бунтовала - сильные порывы ветра то и дело хлестали по лицу ледяным крошевом. А спустя каких-нибудь полчаса и вовсе разыгралась метель. Снег и ветер превратились в бестелесный барьер, для преодоления которого приходилось прилагать максимум усилий. Снежные хлопья в считанные минуты налипали на лицо, почти тут же становясь ледяной маской. Хагеру приходилось усиленно колотить себя по щекам, чтобы разбить корку. И если гэлы еще как-то шли наперекор непогоде, то лошади археологов упрямились, норовили повернуть - и их моментально заносило снегом. Самым дрянным во всем этом было ощущение собственной слепоты. Хагер не видел дальше головы своего скакуна. Утешало лишь то, что разбойникам вряд ли приходится сладко и они так же слепы и замедленны.

– Арагна, это не магическая буря?!
– чтобы развеять опасения, прокричал он.

– Нет!
– громко ответила она, и на ее губы тут же налип снег.

Ну, и на том спасибо.

Следующие несколько часов пути приходилось отвоевывать у непогоды буквально каждый шаг. Хагер в очередной раз порадовался упрямству гэл, а уж его собственный скакун тараном шел наперекор непогоде.

Единственным ориентиром служила направляющая башня. Ее пламя Хагер заметил еще вчера: в погожий день оно горело ярко-синим светом, и его невозможно было не заметить. Теперь же приходилось напрягать зрение, чтобы различить тусклое синее свечение, которое, несмотря на проделанный путешественниками путь, словно еще больше отдалилось.

Погода немного угомонилась лишь ближе к вечеру. Снег все так же валил, но ветер, наигравшись, успокоился. Тяжелые хлопья превратили всадников в снеговиков. В конце концов, Хагер так устал то и дело стряхивать снег, что махнул на это дело рукой. Еще и Брандину кулаком погрозил, когда тому вздумалось посмеяться.

– Скоро будет лагерь, - сказал Рамат немного погодя.

– Это хорошо - лошадям нужен отдых.

Совиная Голова замялся, и воин понял, что следующая фраза археолога его точно не порадует.

– Я бы не хотел там останавливаться с твоего позволения, храбрый Хагер из Стендара.

"Вот еще - и так еле ноги волочим".

– Почему?

– Закейра хорошо знает о нем и знает, что я планировал заночевать в этом месте на обратном пути. Места там достаточно мирные, но на ночлег мы с братьями останавливались в развалинах старой дозорной башни. Будь я разбойником - я бы не упустил шанс захватить нас там. Из развалин есть несколько выходов, в том числе и тайных, и тоннель, которым можно прийти, не опасаясь быть замеченным.

– Если ты знаешь все тайные ходы - мы позаботимся о том, чтобы они находились под присмотром.

– Это не так легко сделать, - покачал головой Рамат.

Он явно собирался сказать что-то еще, но умолк, когда их потревожила Закейра. Девушка, несмотря на тяготы пути, выглядела великолепно: ни покрасневших щек, ни растрепанных волос. А снег на плаще и капюшоне делал ее похожей на снежную королеву. Синий взгляд кротко посмотрел сперва на Хагера, после - на Совиную Голову. К последнему она и обратилась:

– Братья устали, Рамат, и они хотят знать, заночуем ли мы в сторожевой башне.

Археолог посмотрел на Хагера, всем видом давая понять, что ждет его решения.

– Остановимся, - не раздумывая, ответил воин.

Рамат заметно помрачнел. Закейра же, напротив, удивилась, но повеселела.

"Как она может быть хладнокровной убийцей?" - не укладывалось у Хагера в голове. Он мог легко поверить в то, что красотке захотелось завладеть драгоценным артефактом, чтобы обеспечить себе безбедное существование, но в то, что она организовала и спланировала убийства невинных и беззащитных людей, - верилось с большим трудом.

Отчасти именно для того, чтобы раз и навсегда разобраться, кто врет, а кто говорит правду, воин и решил переждать ночь в башне, наперекор предупреждениям Рамата. И что-то подсказывало, что в самое ближайшее время он услышит от Закейры другую версию нежеланию останавливаться историка.

К счастью, дорога до места ночевки заняла совсем немного времени. Башня, окольцованная каменной стеной, буквально выскочила перед ними, показавшись во всем своем несчастном разрушенном виде. Все верхние этажи лежали в руинах вокруг остова, сохранившего первый и часть второго этажа. Внутренний двор порос жесткой травой, виднелось несколько небольших кустов и даже пара кривых деревьев. В стене, когда-то служившей обитателям башни надежной защитой, виднелось множество брешей. От совсем небольших - до огромных, через которые легко проедет верховой. Проку с такой защиты - чуть. Разве что немного от стрел прикроет, да и то не факт. В любом случае, эту особенность надо иметь в виду и не стараться не мельтешить в проеме брешей, особенно больших. Держаться ближе к тем участкам стены, что до сих пор хранили целостность.

В каждом кирпичике, каждой трещине и обледенелых флагштоках чувствовалась заботливая рука гейм-дизайнеров.

– Хорошая клетка, - сказала Руни.

Как всегда появилась тихо. Хагер до сих пор не мог привыкнуть к ее играм в "прятки".

– Думаешь, мы здесь хорошая мишень?
– озвучил он свои опасения, но хотел услышать ее мнение.

– Сам же все видишь, - сказала она.
– Можно устроиться там и там, - указала в сторону и вправо, где расположились негустые заросли какого-то колючего кустарника.
– Они не защитят, конечно, но ночью станут хорошим укрытием.

– И еще сверху, - прибавил воин.
– С противоположной стороны насыпь такая, что лестницы лучше не придумаешь. Для тех, кто будет сверху, мы станем отличными мишенями. И еще Рамат про какие-то подземные ходы говорил.

– И, зная все это, ты согласился?

Он широко улыбнулся, воспользовался моментом, чтобы погладить ловкачку по щеке.

– Хочу заставить обманщика проявить себя.

Улучив момент, пока археологи были заняты разбивкой ночлега внутри башни, Хагер нашел Рамата и отвел его в сторону.

– Я хочу, чтобы ты показал тайные ходы, о которых говорил, - потребовал он.

Совиная Голова, еще недавно настроенный благодушно, неожиданно обозлился.

– Она тебе не показала?
– прошипел он.

– Мне никто ничего не показывал, - сохранил спокойствие воин.

Рамат долго и выжидательно смотрел на него. Наверное, Хагер выдержал проверку, потому что археолог кивнул и сказал следовать за ним.

Один из ходов находился в полуразрушенном коридоре, который, судя по остаткам мебели, раньше служил кладовой. Проход оказался за одним из стеллажей, на которых некогда хранили всяческие соленья.