Чтение онлайн

Можно ещё и военную операцию под это дело спланировать. Уари по их землям бегают. Надо их за это наказать. Вот пусть запасами и поделятся.

Когда солнце начало садиться женщины повели детишек, которые тоже помогали вовсю, домой. Ещё подвозили на ламах хворост и сухие лепёшки навоза с пастбищ, янакуны. В ближайшие деревни ушли скороходы, ещё тогда, когда мы только вернулись в город. Конечно их шаманы не сидели без дела и о заморозке знали, но о том, как ему противостоять, нет. И уже первые из них вернулись и сообщили, что работа и там пошла.

Мы оставались всю ночь с мужчинами чачапойя и следили, чтоб топливо использовали равномерно, чтоб костры были с подветреной стороны и дым рвным слоем покрывал те поля, на которых уже показались нежные зелёные росточки.

Солнце поднималось и начало согревать землю. Амаута с надеждой проверял приметы. Ещё одной такой ночи полям не пережить. Топлива брать негде. И так ближайшие дни женщинам прийдётся кормить мужей всухомятку. К счастью, ничто не говорило о том, что ночной заморозок повторится. Поля весело зеленели. Конечно, кое-где, попадались маленькие скукоженые потемневшие уродцы, очевидно в тех местах, где ветер менял направление и костровые не успевали перенести огонь. Кстати, Стасик добавил усовершенствование, которое спасало именно в таких случаях. Из дому нанесли жаровен, в которых легко было, при необходимости, быстро перетащить огонь, за ветром.

Ура! Мы спасли урожай! Подкакали вождю. А никому не запрещено свою жизнь спасать. Он бы голубчик нас быстро в демоны определил. А наш малютка так за нами соскучился, что всю ночь от нас не отходил. Как его спать не гнали. И толковый же мальчишка оказался. Ну, он-то в деревне вырос. Ему слово неурожай хорошо понятно. Вон какой тощенький. Умаялся, свернулся клубочком и спит на солнышке, как котёнок. Головёнкой на моём рюкзаке. Мы их так до дому и не донесли.

Утром вернулись охотники. Они были довольны, как никогда. Удалось несколько раз окружить группы викуний и снять шерсть с животных не убивая их. Только в предпоследнем загоне одна из молодых самок попала копытом в трещину между камней и сломала ногу. Пришлось её прирезать. Но и это неплохо. На празднике мясо лишним не будет. Её освежевали просолили и доставили домой вместе с отличной добытой шерстью.

Чаупи-тута ждал, что учитель появится сегодня. Ещё вчера вечером помощник амауты взял его с Тупаком на наблюдения за погодными приметами. Деревенский шаман тоже делал это утром и вечером. Ведь за такими вещами стоит большой опыт предыдущих поколений предков. Это помогает узнавать о переменах, которые влияют на благосостояние племени. А на рассвете они снова вышли наблюдать и поняли, что опасения подтверждаются. Ветер стих совершенно и не было признаков, что к вечеру он усилится. Небо чистое-чистое, а мы не привыкли к отсутствию облаков. А ещё огонь в жаровне был красным. А после наблюдений он сбегал к рыбакам, которые приносили утренний улов и они сказали, что клёва не было. Значит рыба ушла на глубину. Всё говорило на мороз. Неужели никак нельзя спасти посевы? Его деревня находилась пониже и в седловинке между двумя грядами, которые как раз и заканчиваются Солнечными Дверями. Обычно заморозки меньше затрагивают их поля, очень уж место удачное.

Возвращаясь из Нижнего города столкнулся с Тупаком. Обойти его не успел, он вывернулся из-за общественного дома, видно догадался, что я, по дороге в школу, пройду мимо. А вдруг пропустил их возвращение…Я не боялся, просто не хотелось наживать врагов. А защищаться меня мама учила. Она храмовую школу прошла. А, при моём маленьком росте и худобе, приёмы женской борьбы в противостоянии с более крупным противником, как раз очень подходили. Ведь на самом деле искусство борьбы состоит не в том, чтоб молотить кулачищами, а в том, чтоб, не попадая под удар, измотать врага и попасть в нужные точки, не обязательно сильным, главное, точным ударом. Так можно парализовать, прервать дыхание, задействовать болевой шок. Даже убить. Женщины в бою берут ловкостью, гибкостью и хитростью. Поэтому, когда сын вождя, надеясь на свою силу, тупо попёр вперёд, резко отклонился влево-назад, захватил запястье и детским приёмом развернул локтевой сустав так, что, спасаясь от боли, Тупак согнулся и сунулся носом в землю, после маленького резкого доворота.

Чаупи-тута оглянулся. Хорошо, никто не видел его унижения. Иначе вражда может стать смертельной. Я пошёл к школе. Неудачливый агрессор сидел на земле потирая локоть.

– Ничего, отец ещё разберётся и с твоим шаманом и с его чужаками,-злобно крикнул он вслед.

Малыш улыбнулся в несуществующие усы. Не доходя до школы, столкнулся с помошником амауты.

– От ворот послали за нами всеми. Учитель вернулся. Посланники нашли способ спасти всходы,-прокричал он мальчику. За ним уже торопились все ученики школы, неся в корзинах запасы школьного топлива. В руках у каждого был топорик. Чаупи-тута схватил вторую ручку тяжёлой корзины , которую едва тащил один из учеников, ростом пониже. Всё равно руку приходилось поднимать и малыш остановил парня и привязал к его ручке кусок веревки, который всегда на всякий случай носил вместо пояска.

22октября-24октября

Дни до праздника прошли более или менее спокойно. Если бы не одно происшествие. Мои друзья вернулись к своим занятиям. Правда своих ежедневных тренировок мы не оставляли. Алекс держал нас в полной боевой готовности. А дальше каждый искал работу по душе. Что-то, чем можно было занять длинный день без телевизора, компьютера и прочих благ цивилизации.

Пушак разрешал нам с Чаупи-тута слоняться там, где нам вздумается. Мальчик учил язык, тоесть был занят делом, а что до моих занятий, то он на их направленность влиять не старался. Мне вообще стало казаться, что, после нашего похода, он стал меня избегать. Я не понимала что происходит, мне-то он с каждым днём нравился всё больше.

– Вот засада,-ругала я себя,-не хватало мне влюбиться в древнего шамана.Что я за дура такая. Все объекты моих увлечений, до сей поры, ничего кроме неприятностей и разочарований мне не доставляли. Но это уже даже для моей планиды перебор. Так, всё, выбрасываем из головы эти медовые раскосые глазелки, которые смотрят сквозь кожу прямо в солнечное сплетение и сладкой патокой растекаются внутри живота, так что от желания начинает просто подташнивать. Б-р-р, это я себя так успокаиваю? Лучше б не пыталась.

Малявка прибежал и принёс снасти. Я давно просила повести меня на рыбалку. Поскольку реки здесь он не знал, а напрашиваться с рыболовами, которые занимаются делом, я не хотела, то лучшим выходом было приставать к ребёнку со своими мега-желаниями. Я разглядела, у мальчишки был серьёзный набор. Что-то похожее на донку, с медными или бронзовыми крючками. Вот в чём, в чём, а в металлах я не разбираюсь. Закидушка и даже острога. Вот рыбалку я люблю. Хотя острога это для меня экзотика. Вообще, реки, насколько я помню из путеводителей, в этих местах быстрые и с водоворотами. Но, возможно есть заводи, где можно порыбачить и даже эту тыркалку попробовать. Только вот до реки далековато. Ладно спускаться, а вот лезть потом в гору..

Недалеко от берега стояло несколько домов на возвышениях с огородами вокруг. Рыбаки жили у воды, только улов носили в город. Шесть или семь мужчин занимались рыболовством. Женщины и дети возились на земле. А самые младшие, в большой заводи, которую, судя по всему, подправили и увеличили вручную, били острогой небольшую рыбёшку. Я не хотела отбивать хлеб у тех, для кого он необходимость, а не развлечение. И мы пошли ниже по течению, поискать ещё какой-то естественный заливчик.