Чтение онлайн

После этого она встает и выходит, больше не сказав ни слова. Я остаюсь сидеть и тупо смотреть на ее стул, пытаясь понять, что она хотела сказать…

— Эдик, — повернулась к нему, — ты знал меня до того момента, когда забрал из дома?

Он оторвался от дороги и сел в пол оборота ко мне, как всегда без труда удерживая машину на дороге и лавируя между другими автомобилями.

— Ты меня помнишь? — спросил Эдуард, и я отвесила себе оплеуху, мысленно. Почему я столько времени потратила на то, что жалела себя, но ни разу не задала этот вопрос, ведь Наталья сама мне подсказала.

— Нет, — созналась я. — Наталья однажды кое-что сказала, и это натолкнуло на мысль. Сейчас только вспомнила. Так ты знал меня?

Эдуард отвернулся, мечтательно глядя на дорогу, я ждала, когда он заговорит, но он все так же молчал. Я кашлянула, напоминая, что все еще здесь и жду ответа. Мой волк бросил на меня взгляд и недовольно сморщился.

— Эля, это были только мои воспоминания. Я не хочу ими делиться, — нахмурился Эдуард.

— Значит знал? — теперь я тоже нахмурилась и попробовала вспомнить, видела ли я такого великана хоть когда-нибудь. Его сложно не заметить, еще сложней не запомнить. Однако, память молчала, и я решила действовать проверенным способом. — Эденька, — я придвинулась ближе к нему и прислонила голову к могучей руке. — Расскажи, мне интересно, пожалуйста.

Эдуард недовольно посмотрел на меня, но обнял, снова ведя машину одной рукой. Я потянулась к нему, погладила по щеке, и мой волк резко вырулил на обочину, бросая руль еще до того, как машина остановилась. Я тут же оказалась в капкане его объятий, но отталкивать или закрываться не стала, с готовность подставляя губы.

— Моя девочка, — прошептал Эдуард, целуя меня. — Почему ты не всегда такая?

— Какая я была маленькой? — спросила я, забираясь пальцами ему в волосы.

— М-м, Эля, — мой зверь зажмурился от удовольствия.

— Я была хорошенькой? — я спрашивала на удачу.

— Просто маленькое чудо, — ответил Эдуард, все так же прикрыв глаза. — Чудо со смешными хвостиками и разбитой коленкой.

— Расскажи, — попросила я шепотом, целуя его.

На лице Эдуарда снова появилось мечтательное выражение.

— Я ездил на совет стай. Волки решили вдруг вылезти к людям и объявили совет в Анапе. Время проводили забавно, — он усмехнулся. — Вино, солнце, море, девочки, все как у людей. Одна такая девочка вытащила меня на пляж. Я был в воде, она барахталась рядом, налетел ветер с берега. И вдруг ниточка лучшего запаха, который я когда-либо чувствовал. Я поплыл за этим запахом, даже не осознавая этого. У берега остановился, огляделся и вдруг девчушка лет восьми-десяти пробегает мимо меня и плюхается в море, и я подумал, что тону. Тот самый запах, меня как волной накрыло.

— И что ты сделал? — я приподнялась и взглянула в глаза.

— Ничего, что я мог сделать тогда? Вернулся вечером на пляж, нашел запах малышки и пошел по нему. Узнал имя и фамилию, узнал откуда приехали ее родители, все. — ответил Эдуард и снова поцеловал меня.

— А потом? — я гладила его широкую грудь.

— Потом? Потом я вернулся домой и не смог выкинуть эту девочку из головы. Через некоторое время нашел тебя в твоем родном городе, с тех пор следил за тем, как ты растешь, как развиваешься. Подружился с твоим отцом, ему подсказал идею отправить тебя к тетке. Они посоветовались с твоей матерью и созвонились с теткой. После школы ты поехала в Питер. — мой волк начал расстегивать куртку и скользнул рукой под свитер.

— А потом? — я прикрыла глаза, позволяя ему ласкать себя.

— Потом? — мой волк тяжело дышал и не сразу понял, о чем я его спрашиваю. — Потом я снова вернулся домой и не уследил, у тебя появился приятель. — он приподнял меня и теперь целовал шею.

— Ты следил, чтобы у меня никто не появился? — я широко открыла глаза.

— Да, — выдохнул Эдуард, откинул сиденье и продолжил ласкать. — Я отгонял от тебя всех, кто проявлял к тебе симпатию. Никто не смел трогать мою девочку.

— А потом? — я машинально гладила его, ловя каждое слово.

— Эля… — джинсы повисли на щиколотках. — Потом я вернулся и узнал, что ты ищешь деньги. Я начал ухаживать за твоей подругой, которая работала в агентстве по найму персонала. Она рассказала душещипательную историю о знакомой девушке, у которой заболела мать. И я намекнул, что в некоторых домах прислуге платят очень хорошо. Она предложила тебе, ты, моя наивная девочка, загорелась. Дальше все было совсем просто. И я увез мою Элю в свое логово.

Дальше я уже ничего не спрашивала, позволяя ему делать то, что он хочет. У меня не было ни шанса избежать этой участи. Он следил за мной с десяти лет! И зачем только тогда родители решили съездить на море, а не к бабушке на дачу?! Я истерично захохотала. Эдуард оторвался от меня и удивленно посмотрел. Я замотала головой, пытаясь успокоиться.

— Что? — хмуро спросил мой волк.

— Стерильные условия, в которых я выросла, тоже твоя забота? — спросила я, пытаясь успокоиться.

— Волк испытывает потребность заботиться о самке, которую признает своей единственной, — сказал он, больше ничего не объясняя.

— Повезло, так повезло, — буркнула я себе под нос и снова расхохоталась.

Я неспешно брела по осеннему лесу. Под ногами шуршала опавшая листва, голые кусты, напоминая своими ветками костлявые пальцы, задевали плечи. Я рассеянно крутила в пальцах кленовый лист, периодически поглядывая на хмурое небо. Где-то вне пределов моей видимости бегал черный волк, иногда он выглядывал из-за какого-нибудь дерева, иногда подкрадывался сзади и играючи прихватывал за полу пальто или за ногу, очень аккуратно, не сжимая мощные челюсти. Эдуард вел себя, как шаловливый пес, и я, не удержавшись прикрикнула, когда чуть не упала от его игр:

— Фу, плохой волк!

Волк насупился и зарычал, я хмыкнула и пошла дальше, черный пристроился рядом, но вскоре снова исчез среди деревьев. Прошло уже больше двух недель, как Эдуард вернул меня в свой особняк. Наказания не было, скандала тоже. Все, что могли, мы выяснили по дороге обратно. Вообще поведение моего волка очень сильно изменилось. Он всеми силами доказывал мне, что достоин моего доверия. Теперь, если я говорила "нет", он не настаивал, но отдельную комнату выделить отказался, продолжая делить со мной свои комнаты и спальню. По ночам Эдуард уходил к стае, и я оставалась в одиночестве. Возвращаясь, он уже не кидался на меня возбужденным зверем, а аккуратно ложился рядом, стараясь не тревожить. И ворота теперь открывались мне, давая возможность гулять по лесу. Правда, во время таких прогулок недалеко бегал кто-нибудь из оборотней, приглядывая и охраняя, чаще сам Эдуард. Но я не спешила праздновать свою маленькую победу, потому что зверь рано или поздно всегда возвращается. Вопрос только, что станет поводом к очередному срыву. Сколько раз шаткий мир заканчивался очередным всплеском бешенства, оглушая яростным рыком, пугая желтым огнем, разгорающимся в темно-карих глазах.