Чтение онлайн

Впрочем, вряд ли все это успело оформиться в моем мозгу в некую четкую мысль, скорее всего лишь промелькнуло в глубине подсознания, но натолкнуло на идею, а уж реализовал я ее, не задумываясь.

— Перенесите через них, — скомандовал я Троим-из-Тени.

На этот раз, для разнообразия, Пусик с Гнусиком сработали слаженно. Мои ноги мелькнули перед глазами противников, и вот уже острая сталь пронзила спину одного из них, на миг показавшись из груди. Затем стремительно исчезла, с тем чтобы рубящим ударом развалить шлем второму. Вместе с головой. Может, этот поступок и недостоин рыцаря, но в таких делах я полагаюсь на свою совесть. Она сможет перенести это.

Рядом мелькнуло тело льва, смявшее бросившихся на меня бойцов. Как ни странно, но удача как будто стала улыбаться нам. Поредевшие ряды противника дрогнули и попятились. На этом везение закончилось.

Засвистели стрелы.

Потапыч взревел, пытаясь зубами дотянуться до стрелы, вонзившейся в плечо.

— Отступаем в подвал! — заорал я, пытаясь загородиться от града стрел поднятым с земли щитом.

Что-то чиркнуло меня по ноге, и щиколотка окрасилась кровью.

В стремительном прыжке лев забросил меня себе на спину и ринулся в спасительную темноту подземелья.

Огненный воин остался прикрывать наш отход от подоспевшего подкрепления.

Вот теперь за нас принялись всерьез. Несколько сот противников — да они же сомнут нас, просто завалив телами и задавив численностью.

Спрыгнув со спины льва, я бросился вниз по лестнице, надеясь, что Трое-из-Тени не дадут мне упасть, даже если я споткнусь. Это в их же интересах.

— Помоги мне!

Вдвоем мы сумели вытащить наверх «железную деву», при помощи которой заклинили решетку и загородились от стрел.

Наш магический помощник все еще сражался, сея смерть. Его не так-то просто одолеть. Он неуязвим для стрел и мечей. Но его возможности тоже не беспредельны. И силы тают, как снег на плацу под сапогами новобранцев.

— Потапыч, только не укуси.

Гигантский лев удивленно глянул на меня. Не тронулся ли я, случайно, от чрезмерной нагрузки.

Решив, что не укусит, я ухватился за древко стрелы и вырвал ее из кровоточащей раны. Хорошо что наконечник был укреплен надежно и имел форму простого ромба, без всяких насечек и заусениц.

Лев рыкнул, но демонстрировать клыки не стал, все-таки и в зверином обличье перевертыш остается человеком больше, нежели некоторые мои сограждане в человеческом.

Осторожно выглянув в зазор между стеной и пыточным приспособлением, я смог рассмотреть происходящее во дворе, где наш призрачный воин продолжал собирать кровавую жатву. Трупы вокруг него громоздились уже в половину человеческого роста. Огненный клинок потускнел, его движения утратили стремительность. Сам призрак не устает, а вот силы поддерживающего его Софона на исходе. Взмах. Рассеченный щит падает вместе с удерживавшей его рукой. Оборот на сто восемьдесят градусов и…

С неба падает молния. И это при полном отсутствии самого скромного облачка. Без магии здесь не обошлось. Оружие Зевса, кустарно изготовленное в стенах Кощеева замка, обрушивается на призрачного воина. Яркая вспышка, рокот грома, слившийся с грохотом взрыва.

Тела трупов и еще живых и вроде как живых людей вперемешку отлетают к стенам.

Небольшую передышку мы получили, но затем за нас примутся так, что в аду станет тесно.

Первые же обрушившиеся на решетку удары показали, что она долго не выдержит. Как только притащат что-нибудь, что можно использовать как таран, «железная дева» вылетит как пробка из бутылки. И лучше, чтобы в это время нас на лестнице не было.

— Нужно уходить вглубь, — сказал я.

Потапыч неопределенно хмыкнул. Он не видел разницы, где дать «наш последний и решительный». Главное — захватить с собой побольше врагов.

А вот мне умирать совсем не хочется. Просто до ужаса. Не хочется, и все тут.

— Потапыч, как ты думаешь, есть здесь хотя бы один потайной ход?

Лев рыкнул, что можно принять как за согласие, так и совсем наоборот.

— А ведь должен быть… — задумчиво пробормотал я. И вся мощь интеллекта человека начала двадцать первого века ринулась на проработку этой вероятности. — За мной!

Охваченный лихорадочным возбуждением и подхлестываемый страхом, я устремился в глубь подземелья. Благо созданный боевым магом светлячок исправно выполнял свою роль. Как только я отступил, должен признаться, весьма стремительно, он устремился за мной, паря в полуметре и рассеивая мрак темницы. Не будь его, я свернул бы себе шею на этих проклятых ступеньках.

Миновав камеру, в которой содержали царевну Алену, мы направились дальше.

Я уже пробежал мимо, когда лев зарычал, подзывая меня. Я вернулся. Он шумно принюхался и указал лапой на одну из дверей. Меч-кладенец мягко выскользнул из ножен, своей тяжестью придавая мне уверенности. Ногой толкаю решетку… закрыто. Странно. Подходит лев, прихрамывая на окровавленную лапу и оставляя за собой цепочку темных следов. Он упирается в решетку плечом и давит всей своей массой. Железо жалобно стонет, и скобы выползают из камня. Решетка падает внутрь.

Пропустив вперед светлячка, я заглядываю в камеру. Каменный мешок шесть на двенадцать, груды тряпья на полу у дальней стенки. И что здесь привлекло внимание Потапыча? Что такое? Присмотревшись внимательнее, замечаю, что тряпье шевелится.

— Кто здесь?

Шевеление усиливается, среди рваных тряпок мелькают руки, лица. Сплошь маленькие. Неужели дети? Скорее карлики. Поскольку мало найдется детей с бородой по пояс.

— Кто вы?

Несмело перебирая короткими ножками и закрываясь от света магического светлячка, ко мне приближается один из них. Седая борода, изрядная лысина, щуплое тельце, покрытое износившимися до дыр рубахой и штанами.