Чтение онлайн

Он закрыл глаза и начал мысленно осматривать пространство вокруг. Почти сразу обнаружил живое существо рядом, и не просто какую-то мелкую тварь, а змею, она находилась всего в паре шагов от ближайшего псевдоохотника. Тихомир обрадовался ей как ребенок, которому купили игрушку. Змея убийца знатная и незаметная. После укуса ничего с ней не случится, отползет, спрячется, а в траве змею не найти. Он мысленно коснулся гадюки, та охотилась на лесную мышь, поэтому перенаправить на другую дичь не составило труда.

Он навел гадюку на охотника, показывая, что мышь находится перед ней. Постепенно довел до руки наемника и открыл глаза. Не нужно мешать, змея нападет, как только киллер пошевелит хотя бы пальцем, она же слепая, на движение реагирует. А убийца двинется обязательно, лежать неподвижно — тяжкий труд.

Он снова мысленно огляделся. В полукилометре от избушки обнаружилось стадо кабанов: матерый секач, самка и три поросенка. Кабан был его старый знакомый, сколько ему пришлось потратить сил, чтобы отвадить секача от его небольшого огорода, кто бы знал. Каждый год вепрь приходил по осени и собирал урожай, причем не столько съедал, сколько вытаптывал. Ну, никак не мог матерый свин понять, почему он не имеет права на своей территории есть то, что ему хочется. Долго ругались, ссорились, Тихомир его как-то даже поленом по башке огрел, правда, потом на крышу залез, иначе порвал бы тот его, и оттуда кабана уже выпроваживал, кидая в него шишки. В конце концов, пришлось магию использовать, только тогда вепрь понял, что человек сильнее, и имеет право на свое личное хозяйство.

А может и не понял, а просто принял Тихомира как часть своей территории, как что-то, странное и не очень понятное, но свое. У зверей своя мудрость, свой ум, они не глупее людей, чаще даже разумнее, да и мир проще воспринимают. Не нужно им еды больше, чем они могут съесть, и самок с детьми больше не хотят иметь, чем смогут прокормить и защитить. Жадность — людской порок, его не исправишь. Звери лучше, добрее, умнее, не убивают из-за пустяков и не стремятся править миром.

Сейчас кабану Буров был рад, этот накажет любого, кто на его территорию посягнет, ему только надо эту мысль донести, а сие совсем просто. Тихомир мысленно представил ложбинку и трех чужаков-людей, которые паслись на его земле, ели его корни и травку, а потом передал образ кабану. Он услышал, как вдалеке секач яростно взревел и бросился сюда наводить порядок. Теперь осталось только ждать и наблюдать. Чужаки пришли воевать с ним, но Тихомир живет не один, это лес, в нем много обитателей. Это в городе самый страшный зверь человек, а в лесу он лишь одни из многих обитателей, и не все здесь живущие считают людей самыми главными существами в мире.

Тут его размышления прервал крик наемника, которого укусила змея, потом тот еще раз испугано вскрикнул, когда обнаружил, что это не просто ранка, а змеиный укус, а после этого тихонько взвыл. Как Буров и предполагал, никто из чужаков не имел при себе вакцины, не думали они, что в лесу могут быть змеи. Ребята городские, у них голова по-другому работает, они на фильмах Голливуда воспитаны, считают себя самыми сильными и опасными в этом мире.

Первый охотник шикнул на воющего наемника, но увидев на его руке две ямки, заполнившиеся темной багровой кровью, неожиданно повел себя странно: вместо того, чтобы оказать первую помощь своему товарищу, вытащил из кармана телефон и нажал кнопку вызова. Он о чем-то переговорил с собеседником, затем выхватил привычным движением пистолет, быстро навернул на него глушитель и выстрелил прямо в лоб с отчаянием и тоской глядящему на него укушенному товарищу.

— Сыворотки против змеиного яда нет, — пояснил он второму. — До больницы все равно не довезем, да и времени нет, к тому же заказ не выполнен. А если дело провалим, придется отвечать, могут и башку открутить, так что лучше уж пусть Шрам сдохнет, чем мы, все равно у него шансов мало на выживание. К тому же, может выдать засаду своими стонами, слышал же, как взвыл?

— Согласен, — покивал второй оставшийся в живых наемник. — Шрам мне все равно не нравился, да и сумму на двоих проще делить, чем на троих.

— Вот-вот, — усмехнулся первый наемник. — К тому же это решение командира, а его не выполнить нельзя. Кстати, объекта зовут странником, так что можно будет подозвать, если получится.

Странник вздрогнул, когда назвали его имя, теперь уж точно не ошибка, за ним эти ребята пришли. Правда, было непонятно, зачем напарника убивать? Не ожидал он этого от киллеров, от яда змеи можно спастись. Средств придумано человечеством много: можно и яд отсосать и прижечь раскаленным на костре ножом, или разложить электрическим током. Яд белковый, он легко распадается при нагревании. Получается, этим парням курса выживания никто не читал, не готовили их, как его. Не гоняли, не учили, как спасать себя и друзей.

А может, они безразлично относятся друг к другу, и тогда это совсем плохо. Получается, настоящие убийцы за ним пришли, безжалостные и бездушные, а значит, их смерть не будет на его совести, за таких строго не спрашивают ни здесь, ни наверху. Тихомир закрыл глаза, осмотрел пробитые во многих местах ауры парней, посмотрел на души, точнее на тот темный перекрученный комок, что вместо нее был, и тяжело вздохнул. Мертвые были перед ним, одно тело, големы, автоматы для убийства. Кто-то сотворил из этих ребят настоящих чудовищ, на которые даже смотреть не хочется. Чем раньше они уйдут из этого мира, тем лучше для всех, в том числе и для них самих, поскольку меньше будет на них крови. Где же кабан?

И тут, словно услышав его, появился вепрь. Он выскочил из зарослей неожиданно, неотвратимо, и, не раздумывая, ринулся к охотникам, которые пытались оттащить тело мертвого киллера в заросли. Удачнее момент трудно было бы выбрать, не готовы оказались наемники к нападению: руки заняты, оружие за спиной. Разъяренный кабан поддел ближайшего охотника длинными острыми клыками, и тот полетел в колючие кусты, взвизгнув от боли. Второй наемник успел выхватить пистолет, передернуть затвор и даже выстрелить в голову кабана, но мохнатая башка с огромными клыками не самое лучшее место для убиения вепря, это скажет любой знающий охотник. У секача очень мощная толстая лобовая кость, и пуля от пистолета пробить ее не сможет, а вот ранить и разозлить зверя запросто получится.

Кабан яростно взревел и бросился ко второму убийце, он поддел его клыками, разорвав ему ногу от стопы до паха, потом еще несколько раз подбросил вверх, уже потерявшего сознание киллера, круша ребра и превращая его внутренние органы в мешанину.

Прошло всего несколько коротких мгновений, и с охотниками было покончено. Буров откатился в сторону, стараясь не провоцировать кабана, который яростно и торжествующе ревел, придя в возбуждение от свежего запаха крови. Отполз подальше, потом встал, и отправился к себе домой. Солнце уже опускалось, в лесу быстро становится темно, а ему следовало успеть до темноты добраться до избушки. Ходить по лесу ночью опасно, даже с его даром видеть энергию. Это не город с ровным асфальтом, здесь буераки, корни, и кусты с колючками, можно и ногу сломать, и на острый сук глазом налететь.

Он едва успел. Солнце мигнуло последний раз красноватым светом и скрылось за деревьями. Тихомир убрал полешко, которым прикрывал дверь от незваных гостей, и вошел внутрь своей избушки. Это был его дом, его крепость, его убежище, его жилье, его лежбище, только здесь он чувствовал себя уютно, спокойно и защищено.

Приятно пахло лекарственными травами, которые он сушил для себя и для жителей деревни, куда ему приходилось ходить за керосином для лампы, свечами, мукой да и кое-чем другим, что в лесу не растет. Также он собирал травы для монастыря, в которой часто приходил побеседовать с настоятелем, его другом, монахи использовали их, чтобы делать целебные настойки, довольно приятные на вкус.