Чтение онлайн

— Понятно, — поклонился Буров. — Но все равно страшно одному оставаться.

— Не один ты, — улыбнулся волхв. — За тобой старшие смотрят, как и за мной. Помогут, только душу слушай, она подскажет, что делать. А пока прощай, — дальше сам. Эх, пора…

Засветилось тело старца, брызнуло искрами во все стороны, а потом словно бело облачко поднялось над столом, повисело, и двинулось вверх к стропилам, мгновение и нет волхва — ни тела, ни одежды, все пропало. Буров выскочил из избы и еще успел увидеть, как облачко рванулось к серым небесам, а в них словно окошко раскрылось, туда облачко и ушло, словно не было его, а может тучи скрыли…

Задумчиво возвращался в избу Тихомир, прощальное заклинание он запомнил, но одно дело знать, совсем другое его исполнить. Может получиться, а может и нет. Он поежился от пугливой мысли, что может его произнести без подготовки, и у него получится, хоть и понимал, что кроме слов нужно еще и каждой частице тела дать энергию и слово на уход, иначе не получится. Сами заклинания ничего не значат, они лишь ритуал, порядок, чтобы не сбиться. Смысл в другом, в душе и понимании, а вот тут он еще не готов. Но теперь хоть понятно стало, поэтому тех волхвов, кто не смог уйти сам, сжигали на огне, как бы повторяя то, что не получилось. Поляну в лесу волхвы выбирали большую, дрова собирали сухие и правильные, чтобы жар был великий, а сами рядом стояли, когда огонь разгорался, провожая душу в далекий путь…

Проснулся Буров с улыбкой, теперь он знал, что и как делать, да и не боялся больше смерти, страха не стало, внутри родился покой и безмятежность. Что ж, раз выпало так умереть, он готов. В конце концов, земля это всего лишь детский сад, рано или поздно из него придется уходить, почему бы не сейчас? Остальные пусть ждут своего часа, а он уже готов, если верить снам. Его путь дальше, а люди пусть и дальше возятся в своей песочнице, награждая друг друга ударами за построенные песочные замки. А его ждет бескрайняя вселенная и новые знания.

Тихомир сбегал к ручью и искупался, потом спокойно позавтракал, хоть и понимал, что это ему не особенно нужно, раз умрет не сегодня, завтра. Но ему нравились его овощи, и еда, почему бы напоследок не побаловать себя? А еще через полчаса он почувствовал первый сигнал от идола, который стоял около лощинки, за ним начали подавать сигналы и другие стражи. Они шли со всех сторон, похоже, его участок леса окружили, и очень большими силами. Буров лег на пол, посмотрел глазами подавших сигналы идолов и понял, что в операции участвует не меньше полусотни наемников, а то и вся сотня, а это значило, что шансов у него совсем нет. Но стоило попробовать отдалить смерть.

Тихомир выскочил из дома, добежал до своего схрона и спустился вниз, тщательно закрыв за собой люк. Там он лег на нары, и приготовился смотреть, как его враги будут калечить себя на его капканах.

Он увидел глазами первого стража, как его ловушку начали обезвреживать двое наемников. Они нашли бечевку, аккуратно его перерезали, вернули на место гибкую ветку, которая должна была переломать ноги идущим, и разлетелись в стороны от взорвавшейся гранаты.

— А не надо считать себя умнее, чем другие, — усмехнулся Тихомир. — Любому воину понятно, что глупо рассчитывать на одни и те же западни, следует создавать новые, более хитрые и более опасные. Вы же пришли меня убивать, неужели полагаете, что я не учел ваш прошлый опыт? Конечно, учел и подумал, что вы будете знать о ловушках, а значит, начнете их обходить и обезвреживать, поэтому и то и другое чревато. Вы же не думали, что я буду использовать гранаты? Решили, что если раньше не было, то и сейчас не будет. А я вот стал, частью оттого, что это мой последний бой, и в общем, мне все равно дальнейшего развития души уже не будет а частью, чтобы вас побольше с собой забрать, потому что такие, как вы, не должны мешать другим жить. Вы уже мертвы, я вам просто помогу это осознать. Правда, своими руками я убивать все равно не смогу, так что радуйтесь, иначе давно бы положил всех…

Буров вздохнул, почувствовал, как внутри колыхнулась темнота и начала разъедать душу, пришлось отвлечься, чтобы почистить себя, и подумал о том, что даже мысли о том, чтобы нести другим зло, убивают душу. Тихомир посмотрел глазами следующего идола. На узкой звериной тропке показалось пятеро наемников, они шли один за другим, все в хорошо подогнанной форме без опознавательных знаков, с хорошим оружием, оборудованным глушителями и оптикой. Шли аккуратно, не спеша, осторожно перешагивая через сухие сучья и корни, аккуратно отводя ветки, внимательно глядя по сторонам и особенно себе под ноги.

«Эти в ловушки не попадутся, — подумал с огорчением Буров. — Слишком опытны. Очень жаль, уж слишком много на них крови…»

И тут сработала самая примитивная ловушка, которую он сделал на всякий случай, просто вырыл ямку, в нее загнал острый сук и прикрыл сухой листвой и хвоей. Третий по счету наемник вступил в эту ямку, острый сук не пробил крепкую подошву берцев, но заставил потерять равновесие, убийца ухватился за куст, чтобы не упасть, и сорвал растяжку. На наемников упал сначала сухое деревцо, а за стволом и граната. Получилось очень неплохо, троих точно ранило.

За часа полтора, пока его враги добирались до избушки, вышло из строя около двадцати наемников, но поскольку их пришло за ним больше сотни, то его избушку все равно нашли, обыскали, даже погреб обнаружили.

Затем один из наемников, старый знакомый еще по монастырю Дронов, позвонил по кому-то по телефону, и убийцы разбрелись по лесу, ища его. К вечеру убийцы собрались вокруг его избушки, поставили часовых и начали устраиваться на ночлег.

Буров поел сухарей с консервированными овощами, которые приготовил еще в прошлом году и стал устраиваться на ночлег, благо в схроне было все, что ему нужно. Он лег на нары, закрыл глаза, укрылся одеялом и заглянул в ближайшее будущее. Увиденное его не обрадовало, его по-прежнему ждала скорая смерть, похоже, что сегодняшние события являлись только прелюдией к чему-то более серьезному.

Ночью ему не спалось, то ли потому что отвык уже от землянок, то ли от усиливающегося ощущения приближающейся смерти. В конце концов не выдержав, он вылез из схрона и навестил наемников. Было много стрельбы, суматохи, но его не задели, а он набрав свежих овощей с огорода вернулся обратно в землянку.

Как мечтал Дронов воткнуть нож в горло этому страннику, провернуть его там и ждать, глядя как смертельная поволока застилает глаза этому человеку, который так много принес в его жизнь неприятностей. Ему даже сны снились об этом, но каждый раз почему-то этот странный человек после смерти неожиданно открывал глаза и спрашивал с усмешкой:

— Ты думаешь так легко убить святого? До тебя это еще никому не удавалось, и у тебя не получится. Ты о себе думай, о своей жизни, а не о моей смерти. Моя смерть ничего в твоей жизни не изменит…

Каждый раз Дрын просыпался в холодном поту от страха и в каком-то мистическом ужасе. Страх не самое худшее чувство для воина, тот, кто боится, долго живет, он предусмотрителен и аккуратен. Так что бояться полезно, но тут было что-то другое, ненормальное и непонятное. Поэтому когда Дрыну позвонил Рык и приказал собирать команду на большую охоту, он испытал противоречивые чувства. С одной стороны появилось огромное желание найти этого неуловимого демона, как его называли его бойцы, и убить, чтобы наконец, перестали сниться эти кошмарные сны, а с другой стороны он боялся этого человека, потому что не понимал, как можно убить того, кого даже звери и змеи защищают? И надо ли его убивать? Может его смерть изменить всю жизнь на планете и придет тот самый апокалипсис, которого так нетерпеливо ждет все человечество, смутно понимая, что натворило достаточно для своего уничтожения.