Чтение онлайн

– Иди, - сказал Феликс.
– Сохрани нашу семью. Победи ублюдка.

По венам Яэль растекся новый наркотик. Тот, которого ей так не хватало в столовой. Который она пыталась построить из смятых бумажек и глупых поцелуев. Который дал ей Вулф, во имя крови и железа: надежда. Он был таким же сильным и тяжелым, как и всегда. Только теперь, вместо того, чтобы разрушить Яэль, он толкал ее вперед. Скользнуть на Рикуо Феликса, завести ревущий мотор, вниз по палубе Кайтена на улицы Нагасаки. Япония проносилась мимо Яэль мазками цвета, как картина маслом импрессиониста. Коричнево-зеленый для рисовых полей. Чистый голубой для горных ущелий. Сверкающий серебряный для морского побережья. Бледно-розовый для нескончаемых рядов вишневых деревьев. И, когда наступила ночь, неоновая яркость от вывесок в магазинах.

Это была красивая вереница оттенков земли. Вид, молящий тебя остановиться, замедлиться и посмотреть, насладиться. Очередное лицо, очередная жизнь, у Яэль для этого будет очередной раз. Поэтому она смотрела только вперед, на раскинувшуюся дорогу. Этот асфальт был самым гладким из всех, на которых ей приходилось ездить, так что как только она перевела мотоцикл Феликс на высочайшую скорость, езда была просто безупречной.

Она еще не могла сказать, был ли это действительно ночной кошмар или нет.

Время она показывала хорошее. Она достигла Хиросимы всего через три с половиной часа, до Осаки доехала с отметкой шесть с половиной часов. Двигатель Рикуо работал на полную мощность.

Только она достигла окраин Токио, как увидела первый свет от задних фар. Последнего мотоцикла в длинной черед Рикуо, измотанных гонщиков. Яэль не могла замедлиться, обогнав первых двух плетущихся сзади. Она пронеслась мимо их мотоциклов с дополнительной скоростью, которую предлагал замененный Феликсом цепной блок. Слишком быстро для многочисленных поворотов города. Яэль объезжала их беспрестанно. Она догнала еще одного участника, проезжая мимо него, врываясь в сердце столицы.

Колеса Рикуо ныли, неся Яэль мимо очередного противника. И следующего. Улицы очистили от других машин, сделали абсолютно голыми специально для гонщиков. Баннеры тура Аксис виднелись по бокам, развеваясь над очевидцами и камерами. Толпа кричала, как разъяренные волны океана, с обеих сторон от нее: океан красных и белых флажков. Осталось всего несколько километров - до Императорского Дворца. Финишная прямая. Она должна опробовать ее на воздухе неонового цвета, почувствовать в содрогании двигателя, услышать в диких выкриках толпы.

Еще три света от задних фар. Середина стада. Яэль пронеслась сквозь них, как иголка.

Сон или кошмар? Как бы то ни было, она летала. Дроссель скрутился, разжигаемый криками и надеждой, надеждой, надеждой. Она увидела, что Лука и Такео очень близко друг к другу. Передняя шина японца чуть ли не соприкасалась с задней победителя. Главные ворота Императорского Дворца были недалеко. Его прожектора освещали головы зрителей. И хотя Яэль еще не видела финишной прямой, она ее представляла (спасибо многочисленным просмотрам прошлогодних записей тура Аксис). Каменный мост, окруженный сферическими фонарями, кончающимися зевком огромных черных железных ворот. Порог отмечен толстой белой линией, окруженной баннером со свастикой справа и восходящим солнцем слева.

Конец. Почти настал. Победа. Почти ее.

Буквально через одно биение сердца Яэль была рядом с Такео. Проехала его. Она смогла услышать, как кричал парень сквозь рев мотора, но не оглянулась. Она сфокусировалась лишь на гонщике впереди. Она внимательно смотрела на коричневую куртку, а Рикуо летел: ближе, ближе, на месте.

Медленно - сантиметр за сантиметром - она его объехала. Финишная прямая была совсем близко, а у нее было пятисекундное преимущество... Пять драгоценных, замечательных, полных надежды секунд, которые разрушат эту империю. Излечат весь мир.

Дорога к главным воротам была не самой прямой, с парой поворотов в девяноста градусов вокруг площадей и сборища зрителей, слишком крутые повороты, чтобы рисковать и не снизить скорость. Яэь чуть не вылетела из первого, как раз вовремя нажав на тормоза, чтобы сохранить равновесие. Рикуо под ней заревел, его галоп дрогнул. Яэль выругалась на дроссель, толкая голыми руками, вспоминая предупреждение Феликса: Он чуть медленнее разгоняется.

Чуть - это сколько? Четыре секунды? Пять? Больше?

Мотоцикл пыхтя двинулся ко второму и последнему повороту. Мост и победа. Его двигатель побрел, как ломовая лошадь, перекатываясь вперед сонными толчками. И этого было недостаточно.

Лука, чей двигатель полностью восстановился после поворота, пронесся мимо, - пятно коричневой кожи - пересекая финишную прямую под сотрясающий землю рев толпы. Яэль не позволила виду, звуку сломить ее, подстрекая двигатель иди вперед.

Хлоп. Хлоп. Хлоп. Таков был звук ускорения Рикуо. Слишком уставший, слишком злой, слишком беспомощный, чтобы продолжать. Секунды ползли, как часы, как жизни. Каждая - своя собственная смерть.

1, 2, 3, 4, 5.

Она все еще не достигла финиша.

6, 7, 8. (Еще одна смерть, и еще, и еще.)

Яэль перекатилась через ворота Императорского Дворца и остановила мотоцикл. Двигатель затрясся, треснул и выдохся, когда она отпустила сцепление, но толп все не замолкала. Она рычали и гудели и проедали ночь.

Такео следующим пересек финиш с горящими шинами и разочарованием. (У него не было никаких шансов, на самом-то деле, но такова была сила надежды, ее жестокость.) За ним полились остальные гонщики. Ивао, Таро и Ральф пролетели прямо друг за другом. Масару, Риоко и Карл приехали через несколько минут. А затем плетущиеся позади: Ларс и Исаму. Но это было неважно.

Неважно.

Победитель был один, и это не Яэль. Они не объявят официально победителя тура Аксис, пока все гонщики не приедут. Пока Феликс и старый Рикуо не приедут через два с половиной часа, чтобы забрать двенадцатое место. Но Луку уже окружили: камеры Рейхссендера и организаторы гонки буквально прилипли к нему. Золотой мальчик Рейха надел идеальную улыбку из ровных зубов, смотря в камеру.

Яэль не могла двигаться (она была полностью неподвижна). Она сидела на мертвом Рикуо и смотрела, как Лука Лоу снимал с себя форму и глубоко дышал в микрофоны. Вокруг нее все остальные участники припарковали мотоциклы и раздевались: шлемы, очки, перчатки. Но она не могла свести глаз с Луки. Мальчик, который теперь был центром всего.