Чтение онлайн

Наконец, заяц опомнился. Его собственная природа говорила о том, что оставаться на одной полянке с волком, пусть даже маленьким, — опасно. И он отскочил в сторону, развернулся и прогарцевал прочь, прихрамывая на перебитую лапку. Напоследок, он бросил добрый взгляд на юного охотника.

— Спасибо тебе, Сарра, сын своей Матери, — сказал он. — я хочу, чтобы ты знал, что сегодня ты сохранил жизнь зайцу по имени Нисс. Так меня зовут — Нисс.

Сарра ничего не ответил; он даже не поднял взгляд на Нисса, и тот исчез в нагом подлеске.

Что же это такое, думал волчонок. С чем теперь я вернусь к Матери и Стае? С «честью» и «отвагой»? Разве же ими можно насытиться? Или хотя бы похвастаться. «Что ты принёс нам на ужин, Сарра?», «О, я принёс вам честь и очень аппетитную отвагу!».

— Слышишь, Небесный Волк! Я никогда больше не ошибусь!

«Ошибёшься, и не раз» — услышал он отзвук где-то глубоко внутри себя. От испуга Сарра пошатнулся на месте, но затем снова твёрдо упёрся лапами в землю. Незнакомый глас разогнал сомнения, щекотавшие брюшко изнутри, и волчонок почувствовал себя чистым и свободным.

Кто это сказал? Тот, кто живёт внутри меня? Волчий Волк. Я знаю, что ты разочарован во мне. Я нерешителен, податлив. Мерзкому Филину едва не удалось спутать меня.

Я так мало знаю, но хочу знать всё. И никогда-никогда больше не сомневаться в своих поступках хочу.

Что такое честь? Честь — это когда ты гордо можешь произнести своё имя. Когда сердце твоё полно добра, а не когда полно твоё брюхо. Когда ты можешь гордиться своими поступками. Значит, честь стоит больше, чем пища.

Но что такое «отвага»? Нисс сказал, что волк должен быть отважным. Отважен ли я? Ха, вот, кто знает все ответы!

И Сарра рванул прочь. Ночная полянка вмиг опустела, и ничто не выдавало теперь случившегося здесь чуда, окромя бурых перьев и рыхлых вмятин в студёном молоке.

А имя этому чуду — взросление.

Он мчался, как ошпаренный, свежий воздух мягко ласкал его мордочку. Одних мышц не хватило бы, чтобы так ловко огибать встречные растения — его подгоняло любопытство, жажда, требующая немедленно вызнать все тайны природы.

Однако природа капризна и своенравна. Властвуя над всем миром, она таит в себе и его основу, и суть его. С ранних лет загадывает всем свои загадки и уж очень неохотно даёт на них ответы. Некоторым, таким как Старый Филин, никогда не разгадать тайн Вселенной. Они слишком заняты тем, чтобы набить свой живот. А затем они спят, пока жизнь проходит мимо.

Отнюдь, природа не прячется от наших глаз. Она окружает и селится внутри нас. Достаточно только отыскать её след…

Шаги сплетались в бег и не ощущались. Вот сосны перестали мельтешить — Сарра выскочил на ту самую равнину, где совсем недавно познакомился с Небесным Волком. Те же сугробы, следы юрких лапок. В небе по-прежнему сквозила Нора. Она только немного сдвинулась на запад и глазела на Тайгу всё тем же манящим ликом.

Дурманило разум, и Сарра мчался навстречу открытиям и тайнам. Мчался самозабвенно, закрыв глаза…

Так и рухнул бы в обрыв, если бы неведомое волшебство в последний миг не оторвало его от тверди. У волшебства было имя.

— Мама! — воскликнул волчонок.

Мать-волчица держала его за шкирку, а впереди, далеко внизу и за горизонтом, простиралась бесконечность. Местами она была скрыта полуночной дымкой, но жадно притягивала взор, звенела жизнью и пахла неизведанным.

Рухнув рядом с мамой, Сарра рассказал ей обо всём, что произошло с ним в мельчайших подробностях. Кормилица слушала, не отрывая взгляда от бесконечности, и понимающе молчала. Её глаза были прищурены, а сквозь прорези век виднелись очи её, драгоценными камнями взиравшие вглубь мироздания. Они отражались парой галактик, совсем незнакомых. Таких родных.

И только когда сын окончил свой рассказ, она уселась на холодный снег, разгребла меховым хвостом ковёр позади себя и заговорила:

— Ты понял, что такое честь, Сарра. Честь — это выбор. Ты сделал свой, не став убивать Нисса, а Старый Филин сделал свой и остался бит. И заяц сделал свой выбор, решившись заговорить с тобой. Вы оба вышли с той поляны победителями: и ты, Сарра, сын мой, и твой новый удивительный друг.

Цель охоты — не в том, чтобы насытиться, но в том, чтобы исполнить свой долг перед природой. Долг хищника — одолеть жертву, а долг жертвы — бороться за свою жизнь. Вы с зайцем не были в равных условиях. Схватив его, ты бы вступил в борьбу с его природой, ведь судьба велела ему жить.

Ты понял, что такое честь, Сарра; а значит, понял, что такое охота.

— Нисс назвал ещё одно слово, «отвага».

— Отвага, Сарра, это бесстрашие. Это умение позабыть обо всём и броситься на Филина, если сердце подсказывает тебе, что так будет правильно. Отвага — это умение отстоять свою честь.

— Выходит, я сегодня получил свою честь?

— Ты сохранил её, Сарра.

— Поступить так подсказал мне голос внутри. Я думаю, это был Волчий Волк. Он великий, как Небесный Волк, но живёт внутри меня.

— Что ж, сын, — Мать-Волчица улыбнулась. — Может, Небесный Волк и правда живёт внутри Луны. Но сегодня он был совсем близко к тебе. Прямо вот тут.

И она ткнула его носом в грудь. Почти рассмеялась.

— Поэтому ты можешь его слышать…

— Так вот, зачем волки воют на Луну, — догадался Сарра. — они говорят с Ним!

— Не совсем. Когда мы воем, мы говорим не с Ним. С Ним вообще не нужно говорить, Он всё понимает без слов. Таким необычным образом волки говорят друг с другом. Вой прекрасно слышен даже на больших расстояниях.

— А о чём они переговариваются? Я не могу разобрать ни словечка.

— О самых разных событиях. Для того, чтобы понять, что это означает, попробуй сам завыть.

— Но… как?

— Расскажи всем-всем волкам в округе о том, что произошло с тобой сегодня. Но учти, ты не должен произносить привычных слов. Ты должен вложить в один только звук все свои чувства и переживания. Давай, вот так; подними голову выше и выпрями спину.

Сарра немного замялся, но всё же вытянулся к небу, закрыл глаза и завыл. Для удобства он всё же представлял, что рассказывает обо всём произошедшем Небесному Волку. Вдруг тот всё-таки не до конца понял. Сарра старался чётко соблюсти последовательность событий: сначала он рассказал о пережитом открытии — вой получился торжественным и громким, затем — о встрече с Ниссом, потом об испытанном смятении — тогда вой сделался тонким и совсем уж жалостливым. Наконец, Сарра завыл о радости от встречи с Матерью-Волчицей и от того, что он сохранил свою честь. Он не был уверен, что рассказывать об этом было необходимо, однако последняя часть прозвучала особенно красиво. Волчонок смолк.