Чтение онлайн

Обессиленная духовно и физически, она рухнула на землю возле могилы и лежала до тех пор, пока не вспомнила о детях. Утро уже скоро, Степка и Антошка могут проснуться, пойдут в туалет, наступят на лужицу крови, которую она забыла стереть... И вообще, дети должны находиться под присмотром. Несмотря ни на что. Нет отца, но есть мать. «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик...» Теперь ей придется вкалывать в три раза больше, потому как объем работы, который тянул Антон, в два раза потяжелей, чем у нее. Но ничего, она справится. И ферме не даст сгинуть, и детей вырастит... А может, есть смысл продать ферму и уехать куда-нибудь подальше от этого проклятого места?..

В тяжких мыслях о будущем, едва живая от усталости зашла в дом. И в столовой увидела мужа, чинно восседающего на своем законном месте у окна. Марина решила, что у нее начались галлюцинации. Антон был в своем старом свитере, на голове кепка, с которой он не расставался, когда работал в поле. Он смотрел на Марину с осуждением. В глазах жгучий вопрос: «Как же ты могла?..» Немой вопрос. А иначе и быть не может. Где-то она слышала, что привидения не разговаривают... Привидение... Нет, не галлюцинация это. Марина догадалась, что нее смотрит материализовавшаяся душа убитого ею мужа. Тело в земле, а душа здесь... Перед глазами пошли черные круги, в голове кто-то резко задвинул штору, ноги подкосились, и она без чувств свалилась на пол...

Очнулась она в своей постели. Из столовой через приоткрытую дверь в комнату падал свет. На краю кровати сидел человек. Марина резко вскочила, подобрав под себя ноги, забилась в угол.

– Ты чего дергаешься, родная? – услышала она знакомый, но совсем не родной голос.

Она узнала этого человека. Это был Ленька. Она помнила, каким он вернулся с зоны после двух лет неволи. Страшный, зловещий. Точно таким он был и сейчас. Прожженный уголовник, с хищным оскалом матерого волка. На него боязно было смотреть.

– Ты... Ты откуда взялся?..

– Так это, к тебе приехал... А ты чо, не ждала?

От него воняло потом, спрессованным табачным дымом и еще непонятно какой нечистью. Он улыбался вроде бы тепло, но от него веяло сырым холодом, как будто только что выбрался из могильного склепа...

– Зачем ты ко мне приехал?

– Так это, жить с тобой буду. Мужика у тебя нет, так я за него. А что, не канает?

– Почему нет мужика? Он вернется...

– Кто? Тоха? С того света?!. С того света не возвращаются, гы-гы...

– Почему с того света?

– Ну ты в натуре! Ты что, думаешь, я не видел, как ты жмура по лестнице стаскивала, в огород его тащила?.. Ждать устал, пока ты его закапывала... Чем ты его пригрела, топориком? Занятный топорик, им хорошо мясо разделывать. Шашлычка захотела, да?.. Я топорик на всякий случай спрятал. Пальчики там твои, с кровью. Это если ты вдруг ментам жаловаться побежишь, ну, чтобы меня забрали... А зачем тебе к ним бежать? Тебе и со мной хорошо будет. Это я на вид такой грубый, а в душе я ласковый. Помнишь, как мы с тобой ласкались?..

Марина все помнила. Ленька был еще молодой, когда они познакомились. Сидел, но заматереть не успел. Не разило от него тогда махровой уголовщиной, как сейчас... И в постели с ним хорошо было. В зоне он много чего интересного узнал, в теории, а с ней на практике полученные знания закреплял. Порою так здорово было, что дух захватывало и коленки от перевозбуждения дрожали... Антон же практиковал скучный и пресный секс, вольностей не позволял ни ей, ни себе. Но лучше быть с Антоном, чем с Ленькой. Как бы Марина хотела вернуть все назад... А может, ничего страшного не случилось? Может, это все сон? Сейчас она проснется и обнаружит себя в постели с Антоном...

Она знала, как надо просыпаться в таких случаях. Ущипнула себя за щеку, но ничего не произошло. Еще раз ущипнула, но Ленька оставался на месте. Сидит, скалится. Дух из преисподней в образе человека...

– Ты за титьки себя помацай – проснуться не проснешься, а удовольствие, может, и получишь... Хочешь, я помацаю?

Он протянул к ней руку, но Марина оттолкнула ее... Настоящая мужская рука, сильная и загребущая. Нет, Ленька ей точно не снится. И муж в могиле...

– Я тебя понимаю, – злорадно сказал он. – Плохо, когда один остаешься... Больно, когда тебя бросают. Ты же ждать меня обещала. А не дождалась...

– Не дождалась. Что было, то было...

– Что было, то вернулось. Сама предала меня, сама все исправила. Если бы не ты, я бы сам твоего Тоху кончил. За подлость его... Он же не видел, как я Корявого грохнул. Зачем тогда ментам стукнул?

– Видел... Он говорил мне, что на самом деле все видел... Он правду сказал...

– Ну а ты рада была от меня избавиться?

– Я вообще ничему не рада...

– Ничего, порадуешься. Когда поймешь, что со мной лучше, чем с Тохой... За что ты его мочканула?

– Случайно вышло.

– И закопала его случайно?

– Мне детей поднимать надо...

– Если менты вдруг подтянутся, что им про мужа скажешь?

– Скажу, что в город уехал и пропал.

– А поверят?

– Думаю, что да... Если они вообще появятся...

– А про меня что скажешь?

– Что я им про тебя должна сказать?

– Ничего. Ничего про меня говорить не надо. Нет меня здесь... В бегах я, детка. И менты меня ищут. Если они меня здесь найдут, то вместе с трупом, который ты закопала. И топорик найдут, ты меня понимаешь?

Марина в отчаянии кивнула. Она прекрасно понимала, что с Ленькой она теперь связана страшной тайной. Он в бегах, и она ни при каких обстоятельствах не должна сообщать о нем в милицию. Никуда ей от него не деться. Он теперь может делать с ней все, что захочет...

– Оставайся у меня... – обреченно махнула она рукой. – Если по хозяйству помогать будешь, хорошо...

– Какое хозяйство, родная? Я из дому выходить не могу, только по ночам, когда темно. Люди если увидят, то крышка...