Чтение онлайн

— Кроме Софи, — с горечью возразил Джош.

Фламель посмотрел на него долгим взглядом и отвернулся.

— Пойдемте.

Он кивнул в сторону переулка, который резко шел под уклон, и они поспешили в ночь. Ската несла Софи легко, как пушинку, Джош старался не отставать от нее. Он не собирался ни на секунду оставлять сестру.

— Куда мы идем? — спросила Ската.

— Нужно уйти с улиц, — проговорил Фламель. — Такое ощущение, что все жандармы в городе собрались у церкви. А еще я видел отряд особого назначения и штатских, наверняка из разведки. Как только они поймут, что нас нет в церкви, сразу оцепят всю территорию и обыщут каждый закоулок.

Ската чуть улыбнулась, на мгновение показав клыки.

— И давайте признаем: не заметить нас трудно.

— Надо найти место, чтобы… — начал Николя.

Полицейскому, выскочившему из-за угла, было не больше девятнадцати — долговязый и худой парень с раскрасневшимися щеками и пушком над верхней губой. Одну руку он держал на кобуре, другой придерживал форменную фуражку. Он резко остановился перед ними и от неожиданности взвизгнул.

— Эй! Arr^etez! [4] — закричал он, пытаясь достать пистолет.

Николя рванулся вперед, и Джош увидел зеленый дымок, заструившийся из руки алхимика, прежде чем его пальцы коснулись груди жандарма. Тело полицейского охватило изумрудно-зеленое свечение, очертив его ярко-зеленым контуром, а потом парень согнулся пополам и упал на землю.

— Что вы наделали? — в ужасе прошептал Джош.

Он посмотрел на молодого полицейского, распластанного на земле, и у него все похолодело внутри.

— Вы же не… не убили его?

— Нет, — устало ответил Фламель, — просто перегрузил его ауру. Это вроде удара током. Он скоро очнется с головной болью. — Николя потер лоб над левым глазом. — Надеюсь, не такой сильной, как у меня, — прибавил он.

— Ты ведь понимаешь, — мрачно произнесла Ската, — что твой маленький фокус привлек к нам внимание Макиавелли.

Она раздула ноздри, и Джош сделал глубокий вдох. В воздухе запахло перечной мятой — отличительный запах магии Николя Фламеля.

— А что еще я мог сделать? — возразил Фламель. — У тебя руки заняты.

Ската презрительно поморщилась.

— Я могла взять его на себя. Вспомни, ведь это я вытащила тебя из тюрьмы на Лубянке, при том что руки у меня были в наручниках.

— О чем ты говоришь? Какая такая Лубянка? — спросил сбитый с толку Джош.

— Это в Москве. — Николя покосился на Джоша. — Не спрашивай. Это долгая история.

— Его хотели расстрелять как шпиона, — глумливо улыбнулась Ската.

— Это очень долгая история, — повторил Фламель.

Следуя за Скатой и Фламелем по извилистым улочкам Монмартра, Джош вспомнил, как вчера Джон Ди описывал Николя Фламеля:

«Кем он только не был за свою жизнь: лекарем и поваром, книготорговцем и солдатом, учителем языков и химии, стражем порядка и вором. Но при этом он всегда был лжецом, шарлатаном и жуликом».

«И шпионом, — добавил про себя Джош. — Интересно, знает ли об этом Ди?» Мальчик внимательно посмотрел на Фламеля. Выглядел тот вполне обычно: коротко остриженные волосы, блеклые глаза, черные джинсы и майка под потертой черной кожаной курткой. Он прошел бы незамеченным по любой улице в любом городе мира. И все-таки обычным его не назовешь: он родился в 1330 году и, по его словам, трудится на благо человечества, потому что бережет Кодекс от Ди и темных старейшин — ужасных созданий, которым тот служит.

Но кому служит сам Фламель? И кто он такой, этот бессмертный Николя Фламель?

Взяв себя в руки, Никколо Макиавелли начал спускаться по ступеням базилики Сакре-Кёр. Туман клубился позади него, будто развевающийся плащ. В воздухе постепенно прояснялось, но вокруг по-прежнему пахло ванилью. Макиавелли запрокинул голову и вдохнул этот запах. Надо запомнить его, ведь он так же уникален, как и отпечатки пальцев. У каждого на планете есть аура — электрические поле, окружающее человеческое тело. А когда электрическое поле сфокусировано и направлено, оно взаимодействует с эндокринной системой и надпочечниками, вырабатывая отличительный запах, характерный именно для этого человека. Своего рода роспись. Макиавелли сделал последний вдох. Он почти чувствовал вкус ванили на языке — бодрящий, чистый. Запах сырой необученной силы.

В этот момент Макиавелли со всей очевидностью понял, что Ди прав: это запах одного из легендарных близнецов.

— Окружить всю территорию, — приказал Макиавелли высшим полицейским чинам, которые собрались полукругом у подножия ступенек в Сквер-Виллетт. — Оцепить каждую улицу, переулок и аллею от улицы Кюстин до улицы Коленкур, от бульвара Клиши до бульвара Рошешуар и улицы Клиньянкур. Немедленно найти этих людей!

Его распоряжение было встречено молчанием, которое нарушил загорелый офицер полиции в звании капитана:

— Вы предлагаете перекрыть весь Монмартр?

Он оглядел своих коллег в поисках поддержки, но все предпочли отвести глаза.

— Да ведь сейчас пик туристического сезона! — запротестовал капитан, повернувшись к Макиавелли.

Лицо Макиавелли осталось таким же бесстрастным, как маски, которые он коллекционировал. Его холодные серые глаза впились в офицера, но голос был ровным и тихим, не громче шепота.

— Ты хоть знаешь, кто я такой? — спокойно спросил он.

Капитан, увешанный орденами ветеран Французского иностранного легиона, под взглядом неподвижных глаз почувствовал себя очень неуютно. Облизав пересохшие внезапно губы, он ответил:

— Вы месье Макиавелли, новый глава Генерального управления внешней безопасности. Но это дело полиции, а не службы национальной безопасности. У вас нет полномочий…

— Я заявляю, что это дело ГУВБ! — перебил его Макиавелли. — И мои полномочия подтверждены самим президентом. Если понадобится, я перекрою весь город. Немедленно найдите этих людей! Сегодня была предотвращена катастрофа! — Он махнул рукой в сторону базилики, очертания которой начали вырисовываться в тающем тумане. — Кто знает, какие еще террористические акты они планировали? Докладывайте мне обстановку каждый час! — закончил он и, не дожидаясь ответа, зашагал к своей машине.