Чтение онлайн

А вот это уже интересно. Согласно памяти Алексея, Кутузовы очень редко собираются всей семьёй. Что же, пора увидеть своих так называемых родственников. Хоть у меня и есть воспоминания о них, но сам я никогда с ними не общался.

Так что, быстро одевшись, я поспешил спуститься вниз, чтобы попасть в зал поместья. Там меня ждал длинный стол, заполненный множеством яств и люди, которые не так давно стали моей родней.

За столом сидели пять человек. С двумя из них я уже успел пообщаться. Дядя выглядел каким-то задумчивым, в то время как сестра, казалось, излучала радость и умиротворение. Рядом с дядей, в инвалидном кресле сидел мой так называемый отец. Выглядел он реально паршивей некуда: тощий, с впалыми щеками и сероватым цветом кожи. Насколько я знаю, его отравили крайне сильным ядом ещё в те времена, когда наш род обвинили в предательстве. Отец посмотрел на меня безразличным взглядом, тут же потеряв ко мне всякий интерес. Если верить памяти Алексея, то Виктор полностью разочаровывался в сыне, когда стало понятно, что тот не станет магом.

Оставшиеся два человека были моей мачехой и сводным братом. И отношения у меня с ними были, прямо скажем, отвратительные. Мачеху звали Жанна, она была человеком, который любил словесно унизить и оскорбить, и получалось у неё это отлично. Она смотрела на меня с презрением и отвращением. На вид это была худощавая женщина средних лет, с прической каре. Нельзя сказать, что она была красива, но и уродиной её не назовёшь.

Сводного брата звали Роман Кутузов. Он на год младше Алины. Ему пятнадцать лет. Довольно низкорослый парень, с короткими светлыми волосами. Его взгляд в мою сторону показывал не только презрение, но даже ненависть и агрессию.

Изучив своих так называемых родственников, я отодвинул стул и уселся на него.

— Леша, надеюсь, ты отдохнул после всех событий, — дядя прервал напряжённую тишину.

— Учитывая, какой он тряпка и слабохарактерный, мне кажется, Алексей будет ещё несколько месяцев отходить от похищения. В такой ситуации даже храбрые люди могут перепугаться, чего уж говорить о ком-то вроде него, — хмыкнула мачеха.

— Жанна, вы не должны так говорить о моём брате. Он совсем не испугался. Леша очень храбрый, — взбеленилась сестра.

Она всегда защищала Алексея. Можно даже сказать, что она была единственным человеком в семье Кутузовых, который искренне любил и готов был поддержать словом и делом предыдущего владельца моего тела, а теперь и меня.

— Деточка, если бы твой брат не был таким никчёмным, то мой муж не сделал бы наследником рода моего сына. Рома младше Алексея и в обычной ситуации никогда бы не смог стать наследником. Но увидев, насколько бесполезен его старший сын, моему мужу пришлось принять такое решение, — довольным тоном заявила мачеха.

— Это неправда! Папа скажи, что это неправда, — возмущённо обратилась к главе рода Алина.

Отец не повел и бровью после всего сказанного. Его лицо по-прежнему было непроницаемым, словно кусок камня.

— Алина, Жанна, не устраивайте скандал на ровном месте.

Своим ответом Виктор никак не опроверг слова его жены. Было видно, что ему плевать на меня и на то, что обо мне говорят. Либо он делал вид, что ему плевать.

— Я уверен, ты, ублюдок, рыдал как младенец, когда тебя пленили те отбросы. Так ведь? — с ненавистью, скривившись, обратился ко мне Роман.

К слову, он оказался прав. До того, как я переместился в тело Алексея, тот рыдал именно таким образом.

— Рома, не смей оскорблять брата за этим столом. Если будешь так себя вести, то я лично придумаю тебе наказание, — суровым голосом, в котором были стальные нотки, заявил дядя.

— Я никогда не считал его своим братом. Он трусливый, малодушный отброс, и к тому же не владеет магией эфира. Зачем мы вообще с ним возимся? Какая от него польза?

Градус ненависти продолжал расти. Было видно невооруженным взглядом, насколько сильно мой брат презирал Алексея. Меня это не особо волновало, так как теперь в этом теле другой человек. Полагаю, его мнение обо мне скоро изменится.

— Роман, ещё одно слово и тебе мало не покажется, — дядя угрожающе повысил голос.

— При всем уважении, Гена. Хоть слова моего сына и несколько резковаты, но согласись, что он во многом прав. Чем, кто-то вроде Алексея, может помочь нашему роду? Зачем тратить на него свои ресурсы и время?

— Жанна, постоянно потакая своему сыну, ты ему сильно вредишь. Вместо того чтобы отругать, ты его решила поддержать. Тебе не кажется, что подобное воспитание может плохо закончиться?

— Мой сын не сказал ничего неправильного. Зачем мне его ругать? — с мнимой наивностью в голосе спросила мачеха.

— Хватит! Вы не имеете права оскорблять Лёшу! Он ничего плохого не сделал! — Алина вскочила со своего стула и стремительно убежала на верхний этаж.

— Довели девочку. Вам не стыдно? — Геннадий смерил строгим взглядом брата и мачеху.

— Алине пора бы уже перестать смотреть на мир через розовые очки. Так что ей это будет только на пользу, — хмыкнула Жанна.

— Я пойду успокою её, — я сделал кивок в сторону дяди и, не обращая внимания на других членов семьи, встал из-за стола и последовал наверх.

Алину я нашёл лежащей на своей кровати в позе эмбриона. Девушка очень остро реагировала на всё, что касалось меня. И мне было очень приятно, что в этом мире была та, кто обо мне действительно заботится. Мне не хватало этого в прошлой жизни.

Хоть сестра и не видела меня, так как лежала лицом к стене, но она сразу поняла, что это пришёл именно я.

— Почему они к тебе так относятся? Ты ведь не сделал ничего плохого?

— В этом мире важна сила. Я же даже не обладаю магией. В их глазах я бесполезный балласт.

— Но почему нужно обязательно относиться к людям в зависимости от того, насколько они полезны? Почему нельзя просто любить человека, потому что он твой родственник?

— Потому что не все такие чистые и добрые, как ты, — хмыкнул я.

После моих слов Алина резко повернулась в мою сторону.

— Я что, такая хорошая? — девушка лукаво улыбнулась, задав этот вопрос.

— Безусловно, — активно закивал я.

Но наш разговор прервал постучавший в дверь слуга. Он сообщил, что нам пора в школу, и машина уже ждёт внизу. Так что мне пришлось оставить Алину и вернуться в свою комнату для того, чтобы собрать все нужные вещи и одеться в форму царской школы.