Чтение онлайн

Начиная с этого момента, у правоохранителей будет масса рутинной работы. Все, что скрывалось под личностью Вопар, начнет всплывать на поверхность, так или иначе. Фабиан готов был это обеспечить. Клиенты должны точно знать, каковы последствия попыток шагнуть через его голову. Мужчина слегка улыбнулся, а затем и беззвучно рассмеялся. Степанову будет не по себе, когда всплывет правда о Радаевой. Впервые стало немного печально от невозможности поделиться шуткой с кем-то родным, уж больно забавной выходила ситуация.

Фабиан с грустью подумал о Борисе. Взять его в группу было ошибкой изначально. Слишком молодой, неуравновешенный, амбициозный, нетерпеливый. Мальчишка годился скорее для охоты за гуляющей от мужа бабой, нежели в профессионалы слежки. Фабиан увидел в нем перспективу, но, увы, обманулся в ожиданиях, и как результат получил предательство. Не стоит подбирать на улице щенка, лучше купить хорошего дрессированного пса, по крайней мере псы никогда его не кидали. Благодаря Вишневской труп опознают и к Вопар привяжут, тут уже вмешиваться не стоило. Ангелина расскажет долгую историю взаимоотношений с неизвестным по кличке Фабиан и несомненно опознает в Борисе связного, но на этом все ведущие к нему, Фабиану, дорожки закончатся.

Мужчина миновал канал и скрылся в одной из темнеющих арок. Здесь, во дворе дома, пристегнутый к резному заграждению палисадника, его ожидал двухколесный стальной верный конь.

Эпилог

– Ну, собственно вот, - Олег протянул ключи и вложил в руку Максима.
– Ваш лимузин, сэр. Как новенький.

– Это вряд ли, - пробормотала Рита, задумчиво разглядывая рисунок на толстовке Степанова.
– А что это?

– Понятия не имею, - отмахнулся он.
– Что-то очень крутое. Я не понял, но если так издалека, то похоже на страуса.

– Что-то есть...

"Он не выглядит несчастным".

Максим пожал плечами на такое заявление Цветка.

"Разве это плохо?"

"Смеешься? Он из дома ушел. Жена вещи спалила. Любовница бросила. По-твоему, это нормально, что он веселый бродит?"

"Ненормально жить на два дома, не любя обеих женщин, но быть всегда виноватым перед одной и утешаться кое-как у другой".

Олег недовольно нахмурился, прервав неслышимый спор.

– Договоримся, вдвоем трещите мозг в мозг сколько влезет, но при наличие иных людей в комнате будьте добры общаться по человечески!

– Ха! Попался, - обрадовался Ковалев.
– Теперь-то ты поймешь, каково это жить обыденным среднестатистическим человеком. Вы ж, всемогущие, меня в саду доставали со своим превосходством, потом в школе, в академии, на работе...

– Детская травма, да? Как тебя до учебы допустили?

– Я тебя умоляю, - Макс улыбнулся.
– Проходи в дом. Пить будешь?

– Смотря, что пить, - Олег поднялся по ступеням вслед за хозяевами.
– Вы теперь насовсем сюда переехали?

Ковалев покосился на мгновенно стушевавшуюся Маргаритку. С той памятной ночи, когда она вошла в кабинет и отключила сначала Степанова, а затем принудительно погрузила в сон Вопар, минул месяц. Как-то так само собой сложилось, что расстаться у них не выходило никак. Складывалось впечатление будто нечто в их головах притягивалось друг к другу по воле природы. Афанасьевна ходила за ними кругами с намерением написать научный и по ее словам "великий" труд и называла Вишневскую одаренным плюсом, а Максима одаренным минусом. Определенный забавный смысл в этой номенклатуре прослеживался и, откровенно говоря, Максиму чем-то импонировал, но вот Цветок всегда смущалась и страшилась "навязаться" ему таким странным способом. Так что до сих пор при всяком упоминании их, как неразделимой пары, она начинала зажиматься и сторониться общения.

– Нет, пока не закончат наш дом, - Ковалев потянулся и нарочито взял Маргариту за руку.

– Позовете на новоселье, - Олег разулся и проскользнул мимо хозяев в гостиную к камину. Был Степанов тут не в первый раз, так что прекрасно помнил чудесную уютную обстановку комнаты с ее мягкой мебелью, шкурами на полу, многочисленными подушками, пледами и сердцем всего помещения - восхитительным большим камином.
– Знаете, как вас называть стали между собой ребята? "Эмэндэмс". Глупо, но звучит забавно.

"Скажем или подождем еще?"

"Давно надо", - утвердительно прошептал в голове Вишневской Максим.
– "Тянуть некуда. Встреча с адвокатом Радаевой уже в понедельник. Плохой сюрприз получится".

– Эй, - крикнул из гостиной Олег.
– Чего притихли? Где моя выпивка?

"Сходи за виски. Я сам расскажу".

Рита кивнула и ушла на кухню.

Ковалев почесал затылок.

– Степанов, тут такое дело...
– начал следователь, зайдя к другу и глядя как тот просматривает коллекцию музыки.
– Ты напрасно народу рассказал, что эта записка от Вопар тебе была.

– Я не рассказывал. Инфа сама просочилась. Все ж думали, что это ты у нас неотразимый, а оказалось я. Никто даже ставок не делал, так единогласно уверены были, и тут вдруг удивление такое. Честно говоря, я ж в основном и укреплял такое мнение, больше всех ведь был убежден, что угрожает она тебе.

– Ну да, есть такое, - признаться, если бы не плачевная ситуация в личной жизни друга, Ковалев сейчас бы угорал во всю, подшучивая над Степановым, но, как это часто бывает, не сложилось.
– В общем помягче такое все равно не скажешь. Крепись. Радаева, она не Радаева. Она - пропавший внук Ангелины.

Олег застыл, затем медленно выпрямился и повернулся к Максу лицом.

– Меценат чистосердечное написала. Видимо адвокат посоветовала. Врачи обследование провели, подтвердили.

– По крайней мере, связь между ними нашлась, - спокойно проговорил Степанов.
– А по поводу этого Фабиана что слышно?

– Нового ничего.

– Я у Кати был, - сменил тему диалога Олег.

– Как она?

– Поправляется, учится заново общаться. Приходы Маргариты пошли ей на пользу. Хотел спасибо сказать.