Вор
Шрифт:
– Почему ты думаешь, что нет?
– Лука не дремал, быстро прислушался и не упустил случая сделать то, что любил больше всего - допрашивать людей по поводу и без. Ну и после возвращения он взглянул на студенческий местный быт, после чего невольно к ним подобрел.
– Васька никогда бы не ушла сама. Она всего боялась. Значит, её увели.
– Это мог сделал кто-то из ваших парней? Ну, знаешь, контролировать их некому, никто никогда не узнает... все скрытые пороки в такой ситуации просыпаются и наружу лезут так, что назад не запихнёшь.
– Нет.
– Зои мотнула головой. Только теперь её глаза начали закрываться.
– У нас только один с такими пороками - Саблезуб, а он уже на базе. Конечно, на сто процентов я не знаю… но на базе есть детектор лжи… никто не посмел бы… да и нет среди нас таких зверей...
Она глубоко вздохнула, легла плашмя и заснула.
Через небольшое время курсанты собрались на обсуждение. Жанна как раз получила и досматривала последние снимки.
Курсанты пребывали в унынии. Сначала с пеленой ничего не вышло. Теперь девчонку не могут найти.
Жанна машинально пролистывала фотографии, вслушиваясь в тишину, такую же мрачную, как на недавнем погребении.
Сказать было нечего.
И тут на одной из фотографий, сделанной далеко на севере она увидела отчётливые следы.
***
Васька поднималась в столовую очень медленно, и с трудом удерживалась, чтобы не топать или не стучать по стенам с целью произвести как можно больше шума.
Ей казалось, что Данила не выйдет в этот раз. После последнего их неловкого расставания он не захочет её видеть. А если они случайно столкнутся, то он, возможно, и вовсе отвернётся.
Васька же сделала из своего поведения выводы и хотела бы пообещать, что больше такой безобразной беспричинной истерики не повторится… Хотела бы, но не стала. Она и не должна вести себя с вором, как паинька.
И всё же постаралась шуметь и не спешить… чтобы точно услышал.
Но Данила, как оказалось, и не собирался прятаться. При первых же звуках он быстро вышел из рубки управления и остановился, сложил руки на груди и наблюдал, как Васька бредёт по коридору. Он переоделся - теперь на нём были светлые штаны и темная футболка, но опять серые. Васька не знала, отчего у него такая любовь к этому цвету, но не могла не признать, что он ему чертовски идёт. Он весь превращается в цельную композицию, словно вылитую из серебра.
– Привет.
– Сказала она, едва подняв голову.
И возник тот самый неловкий момент, когда один человек без слов просит прощения за своё поведение у другого человека. Данила, конечно, всё понял. И даже подумал немного, притворно сдвинув брови. А в уголках его губ притаилась улыбка. Васька, сама того не замечая, задержала дыхание.
– Привет. Как ты?
– Хорошо.
– Ты постоянно спишь. Кажется, это ненормально.
– Ну… просто здесь очень хорошо спится. Попробовал бы на твёрдом полу хоть ночь продержаться, понял бы.
– Убедила. Ладно, спи.
– Спасибо.
И снова немного неловкой тишины.
– Прошу.
– Данила указал рукой в сторону столовой.
– Спасибо.
Васька прошла мимо него и с досадой сморщилась. Слишком много спасибо с её стороны. Прямо сами наружу лезут.
В столовой включился свет, Васька принялась крутить головой. Она долго привыкала к новым местам, поэтому сейчас не сразу сориентировалась, где что находится.
– Садись у экрана, я тебе принесу поднос.
– Предложил Данила.
– Спасибо.
Да чёрт побери! Васька насупилась и решительно направилась к диванчику у самого большого столика - единственному месту, откуда можно было видеть большой экран. Он тут же включился и предложил список программ. Так необычно… Васька отвыкла.
– Сериал про какой-нибудь летний роман на морском берегу.
– Внезапно сказала она. Хотя никогда не любила слащавые мелодрамы. Враньё ведь это всё.
– Уточните теги.
– Юмор. Мелодрама. Лето. Любовь. Море.
– Включаю.
Тут же появилось изображение. Глаза резанула синяя вода и ослепительно белый песок. Раздался счастливый рассыпчатый смех.
Перед Васькой опустился поднос. С тем, что она обычно брала, Данила просто повторил её последние заказы.
Она открыла рот, чтобы снова поблагодарить, но сдержалась. Просто кивнула. Если она и дальше как попугай станет повторять “спасибо”, то вскоре ничего другого произнести не сможет.
– Решила развеяться?
– Через минуту Данила пришёл со вторым подносом и сел рядом. Взглянул на экран, где по песку плыла прекрасная героиня. Исходя из нескольких факторов, таких как слишком ровный цвет кожи, слишком плавные, слитные движения и нечеловечески большие глаза, это была не актриса, а виртуальная модель.
– Да.
Героиня ступала по пляжу, словно лебедь, неестественно вытянув носок, а на небо набегали тучи. Вскоре солнце потускнело и цвет воды изменился на приятно-серебристый. В жизни такого не бывает, конечно, но наблюдать за цветовыми решениями режиссёра было интересно. Героиня наслаждалась променадом по берегу и Васька даже опасалась, что она забьется в экстазе прямо сейчас, не дождавшись героя. Но пронесло.
Вскоре в сюжете появился и сам герой, который спал под пальмой и героиню пока не видел. Он, как и она, выглядел слишком идеально, чтобы быть настоящим человеком. Его одежда, которая, по видимости, изображала порванную в кораблекрушении форму, была живописно разорвана в самых стратегических местах, выставляя на обзор загорелую грудь и кубики живота.
– Почему ты не ешь?
– А?
– Ты ничего не съела.
Васька очнулась и уставилась на свою тарелку. И правда… даже не притронулась. Может, так увлеклась незамысловатым вечным сюжетом, что и о еде забыла? Она нацелилась вилкой на кусочек брокколи… потом на кусочек картошки… цукини… Нет, она ничего этого не хотела.
Она хотела водорослей. Слюна изо рта чуть не закапала, когда Васька вспомнила их неописуемо приятный вкус и как аппетитно они хрустят на зубах. Просто до одури захотелось немедленно отправиться к лагерю и нарвать себе целый таз еды.