Вор
Шрифт:
Возможно, если я скажу всю правду, она поверит мне.
— Я знаю, где зеркало, — говорю я, наблюдая, как меняется выражение ее лица. —
И даже была внутри, — я поднимаю подбородок. — Я многое прочла. Но отец не имеет к
этому никакого отношения, — уверенно говорю я. — Он никогда не упоминал о нем.
Никогда не позволял посмотреть на его исследования. Я даже не подозревала о
существовании магии до глупой случайности. Я никогда не говорила про это моим
друзьям, потому что это… слишком. — не ври, просто опускай детали о Рисе. Он не будет
счастлив…
— Мне очень жаль, ребята, — я повернулась к остальным. — Я собиралась
показать его вам… просто, это слишком личное, — смутилась я.
Он меня убьет.
— Не надо, — резко сказала Беа, после чего смягчила свой тон. — Никому не
показывай его, пожалуйста, — она одарила меня долгим взглядом. — Ты хочешь знать
правду, Джульетта? Тогда поклянись мне, что будешь держать в тайне его место
нахождения с этого момента. Ото всех. Это зеркало важнее, чем вы, я, или даже весь этот
город. Ты не можешь сказать Саймону, Камилле, — она посмотрела на блондинку. — Не
скажешь даже Тейлору. Я серьезно. Я расскажу, что знаю, но взамен ты поможешь мне
охранять его.
Я медленно кивнула. Рис уже знает о нём, но нужно ли мне говорить это Беа?
— Хорошо, — соглашаюсь я. — Буду держать зеркало в секрете. А теперь
расскажи о лесопилке.
Она выдохнула, даже не заметив, когда задержала дыхание.
— Просто помни, что сама попросила об этом, — говорит она. — Тебе это не
понравится. Чем больше узнаешь, тем больше будешь бояться.
Камилла ахнула, глядя в окно. Беа проследила, куда она посмотрела, но быстро
успокоилась, столкнувшись взглядами с желтыми глазами.
— О, не беспокойтесь о нем. Он просто голоден, — отмахнулась Беа. Она обвела
нас всех взглядом. — Кто еще голоден?
Мак медленно поднял руку. Остальные последовали его примеру несколько
застенчиво.
— Я так и думала. Давайте на кухню, пока не разбили мой фарфор.
— Я никогда не устану от той части, где бес домашнее животное, — говорит Мак,
полностью погруженный в созерцание существа на заднем крыльце.
Беа стояла у кухонного стола, пытаясь соединить воедино части того, что она
называет «длинным сэндвичем» для ребят, я же жевала морковку.
— Я бы не стала называть его домашним животным, — говорит Беа, закладывая во
французский хлеб мясо, сыр и соус. — Но он безвредный. В основном. Бесы крадут
только то, что никому не принадлежит, и, возможно, и выглядят как порочные маленькие
паразиты, но по-настоящему они опасны только для людей, которые их обидели при
жизни, или же если им угрожают. Быстрые маленькие байстрюки, — говорит она,
оборачиваясь на существо за окном. — Этого я кормлю уже много лет, но он до сих пор не
подходит близко ко мне. Бесы просто не верят тому, что не украли сами.
— И они едят конфеты и пироги? — нетерпеливо спрашивает Мак.
— Этот, да. Они все разные. Вы ведь знаете, какие они, ведь так?
— Не имеем ни малейшего понятия, — беззастенчиво говорит Мак.
— Хорошо, — Беа наблюдала, как желтоглазое существо осторожно нюхает пирог.
— Когда люди умирают, они «переходят дальше», что бы это не значило. Возможно, есть
другая жизнь. Возможно, они бесследно исчезают. Кто знает? Но иногда встречается
такой идиот, который не может уйти по какой-либо причине, — она пожимает плечами,
открывая духовку, чтобы положить в нее половинки сэндвичей.
— Так они призраки? — не терпится узнать Маку.
— Ты прыгаешь впереди меня, мальчик, — делает ему замечание Беа, закрывая
духовку. — Когда сердце человека недостаточно сильное, чтобы справиться с переходом,
отголосок его ума становится призраком. Вот почему призраки не могут чувствовать. А
бесы не могут думать, потому как они результат того, что происходит, когда ум человека
достаточно слаб. Они всего лишь далекая тень сердца какого-то несчастного идиота. Они
пугливы, непостоянны и импульсивны. Что касается того, что они едят — это зависит от
людей, которыми они были. Этот малый не прикоснется к тому, что не сделано из чистого
сахара, — говорит она с усмешкой.
Камилла морщится.
— Это еще ничего, — говорит Беа, заметив ее реакцию. — Я как-то видела
одного, который существовал исключительно за счет лягушек. Это было отвратительно.
Бес снаружи головой зарылся в пирог, крошки летели повсюду. Мой желудок
скрутило от мысли, как эти зубы впиваются в живую плоть.
— Этот всё время был неподалеку, — продолжает Беа. — Впервые я заметила его,
будучи маленькой девочкой. Я понятия не имею, как долго он бродит вокруг Хэйвенвуда.
— Вы уверены, что это один и тот же? — спрашивает Дестин.
— Я никогда не видела таких глаз прежде. Я не знаю, кем он был при жизни, или
как долго мертв, но одно я скажу вам наверняка: он ненавидит Мередит.
— Мы заметили, — кивает Мак.
Мы уже рассказали ей о встрече с Мередит в лесопилке. Беа восприняла это лучше,
чем я ожидала — очевидно, она менее зациклена на прочтении лекций, чем Тейлор, и была
рада, что мы усвоили урок насчет Эндер.
— Справедливости ради, следует заметить, я еще не встречала человека, который