Чтение онлайн

Авантюрность её характера в сочетании с привлекательной внешностью, периодически у многих вызывала зависть. Невероятная харизма с юности позволяла привлекать к себе много мужчин и они слетались, как мотыльки на свет, в попытках достучаться до её сердца, но часто оставались ни с чем и возвращались по своим делам, просто опалив крылья. Отношения с противоположным полом всегда завязывались легко и быстро. Одни романы были мимолётными и исчезали так же стремительно, как тает на ладони первая в году снежинка, другие же, напротив, становились длительными и наполняли сердце яркими эмоциями и необузданными чувствами. Были и разочарования, и переживания, полные тревог перед неопределённостью, а иногда - и печаль, и слёзы. Но Наташа, с большой житейской мудростью, не понятно откуда взявшейся, относилась к этому по-философски, как к части чего-то неизбежного: старалась не ворошить пережитки прошлого, не копаться до изнеможения в своих мыслях, не блуждать по запутанным лабиринтам памяти, в надежде найти ошибку, чтобы потом исправить её. Легко влюблялась и легко отпускала, а когда приходило время, быстро переносила утраченные любовные отношения в ранг дружеских. Так её романтические истории превращались в маленькие эпизоды и складывались в пёстрые страницы книги жизни. Перепрыгивая по этим страницам, словно совершая бег с препятствиями, она неслась, мысленно преодолевая трудности. Виртуозно огибая огромные лужи, созданные проливным дождём чувств; перешагивая через глубокие канавы, наполненные вязкой недосказанностью и осиливая непроходимые болота, стремящиеся засосать в трясину разочарований, Наташа взрослела и становилась всё более циничной. Но постигая этот путь не теряла оптимизма и жизнелюбия.

Стремительность в принятии решений ещё одна её характерная черта. Никаких долгих размышлений и сомнений - сразу в омут с головой. Именно поэтому, сейчас, она не раздумывая ответила:

– Я принимаю твоё приглашение.

– Отлично! Все организационные вопросы я беру на себя.

Итак, Наташе останется только посадить свою божественную попку в самолёт и прилететь в Париж.

Она так боялась сглазить предстоящее путешествие, что никому и словом не обмолвилась об этом. Уже находясь в аэропорту, позвонила мне и сообщила, что улетает.

– Ну, ты даёшь! – воскликнула я.

– А что? Дело-то молодое, зачем зря время терять, – рассмеялась Наташа.

– И с кем же ты летишь?

– Одна…

– То есть как одна? – я окончательно сбилась с толку. – А зачем?

– Затем, что мой кавалер уже там меня поджидает.

– Какой ещё кавалер?

– Новый! – призналась подруга.

– Я, похоже опять что-то интересное пропустила. И когда ты всё успеваешь?

– Сама говорила, что скорость – моё второе имя, – смеясь, напомнила она.

– Это точно! – мне пришлось согласиться.

– Подогрела твоё любопытство?

– Не то слово! Интриганка проклятая!

– Ты уж потерпи до понедельника, приеду и всё расскажу, а пока никому не говори. Лады?

– Ладно, договорились! – бросила я на прощанье.

Наташа бесцельно слонялась по аэропорту убивая время до начала посадки, пока не решила заглянуть в магазин. Собиралась она впопыхах, не успев продумать наряды, и теперь решила примерить понравившееся платье. Крутясь перед зеркалом, Наташа смотрела как прозрачные, чёрные складки окутывали тело, а большой вырез открывал ногу почти до бедра. Сделав пируэт вокруг собственной оси и поймав восхищённый взгляд дамы, заглянувшей в примерочную, она решила его приобрести. В эту самую минуту из громкоговорителя прогудел хриплый мужской голос, объявляя её фамилию и призывая срочно пройти на посадку. Взглянув на часы, она пулей вылетела из примерочной и прямо в новом платье помчалась к кассе, на ходу доставая кошелёк. В самолёт вбежала последней, пряча не снятую с платья бирку и провожаемая недовольными взглядами стюардесс. Сидевшая рядом с ней попутчица – элегантно одетая женщина средних лет, в больших очках с чёрной оправой – лишь понимающе кивнула головой и к радости Наташи оказалась не разговорчива. Лишь к концу полёта она улыбнулась и спросила: – «Вы любите Париж?»

Наташа поспешно кивнула и избегая её проницательного взгляда уставилась в окно иллюминатора. Перед глазами большими гибкими змеями извивались реки; простирались зелёные поля, разлинованные в правильные прямоугольники; яркое солнце проглядывало сквозь большие пушистые тучи, оставляя на них жёлтые брызги от своих лучей. Вот уже вдалеке появились ещё размытые очертания зданий. Самолёт накренив крыло плавно повернул своё сверкающее гладкое тело и пошёл на снижение. От перепада давления стало закладывать уши и пассажиры, словно сговорившись, начали широко зевать, прикрывая рты сложенными «домиком» ладонями. Зашумели закрылки, бортпроводники проплывая по салону просили пристегнуть ремни безопасности и открыть шторки иллюминатора. Осталось всего несколько минут до встречи с Романом.

А ведь придя на первое свидание Наташа не знала его имени, вернее не помнила. Признаться в этом было стыдно, поэтому пришлось пойти на маленькую хитрость. Произошло это в ресторане. Отлучившись в дамскую комнату, она незаметно поймала одного из официантов и попросила выяснить на чьё имя был заказан столик, за которым она ужинает с молодым человеком. Даже привыкший к разным причудам гостей официант сделал удивлённое лицо, но спустя минуту сообщил, что стол бронировал Роман. Тут она с облегчением вздохнула и поблагодарила шустрого паренька, аккуратно вручив ему пятисотрублёвую купюру. Так мучивший её вопрос был снят с повестки дня.

Быстро пройдя паспортный контроль, она вынырнула в толпу встречающих и сразу увидела его. Высокий парень с лысой головой и огромным букетом белых роз махал ей рукой. Распахнув объятия, он коснулся губами её волос, одобрительно осмотрел наряд, остановив внимание на разрезе, демонстрирующем стройные ноги радующие глаз, но посоветовал набросить плащ. На улице хоть и солнечно, но ветрено.

Они поужинали в маленьком семейном ресторане, находящимся рядом с отелем, и оставшейся вечер провели в постели. В субботу днём у Романа были короткие телефонные переговоры, всё остальное время он принадлежал ей. Наташа не успела оглянуться, как опять оказалась в аэропорту. Зарегистрировавшись на рейс, они медленно шли к зоне досмотра и Роман не выпускал её ладонь из своей руки.

– Надеюсь, ты хорошо провела время?

– Хорошо? – переспросила Наташа. – Я сказочно провела время. – Она потянулась к нему, чтобы поцеловать. – У меня роман с Романом. Забавно.
–  Выскальзывая из его объятий, прошептала Наташа.

– Мне жаль с тобой расставаться, – с досадой вздохнул он, – но ничего, в следующий раз я тебя так быстро не отпущу, – игриво подмигнув, обнял Наташу за талию и опять потянул к себе.

– Не дразни меня, – взмолилась она.

– Ух! Ненасытная моя! – его губы потянулись к её губам.

– Я пойду… Скоро уже посадка, – тихо произнесла Наташа, а потом печально добавила: – Долгие проводы, лишние слёзы.

Они ещё раз поцеловались и она растворилась в шумном людском потоке, который медленным зигзагом плыл вдоль ограждений к месту проверки ручной клади. Вдалеке сумки и маленькие чемоданы поспешно взлетали на ленту рентгеновского аппарата, мужчины снимали ремни и доставали мобильные устройства, женщины снимали обувь на каблуках, а Наташу тем временем одолевала мысль: «Может быть, он тот, кто мне нужен ?»

Не удержавшись, оглянулась. Роман стоял на прежнем месте и встретившись с ней глазами, махнул рукой.

На протяжении всего полёта она предавалась воспоминаниям о проведённом уикенде, смаковала в памяти самые приятные моменты и пришла к умозаключению, что Роман практически безупречен.

В понедельник вечером раздался звонок. Это звонила Наташа.

– О! Я в восторге. Эйфория рвёт на части! – её голос вибрировал от эмоций.

Впрочем, что-то подобное мне доводилось слышать от неё бесчисленное количество раз. Я прекрасно знала и понимала, что сейчас ей хочется говорить о нём не замолкая. Быть подругой, как никак – это серьёзная и ответственная работа. И мне пришлось включиться в эту работу.