Воровка
Шрифт:
Ви окинул мужчину оценивающим взглядом. Одежда дорогая, кашемир и модные лоферы – для таких приобретений нужны финансы и вкус. И его акцент, на сто процентов глимеровский.
– Как звали дядю? – спросил Ви.
Имя ему ничего не дало. С другой стороны, он не уделял внимания аристократам.
– Аарон, могу посоветовать поговорить с психологами, – сказала Джейн. – Клиника работает с несколькими. Они помогут справиться с горем.
– Я не хочу ни с кем говорить.
– Просто имей в виду. Если возникнут вопросы, или ты снова захочешь поговорить со мной, я приду по первой просьбе. – Повисла неловкая пауза. – Тебя есть кому отвезти? Подбросить тебя до дома?
Парень снова пропустил волосы сквозь пальцы.
– Дома меня ждет моя девушка. У нас двухлетняя годовщина. Предполагалось, что она приготовит что–то особенное для нас, поэтому сегодня вечером я был не с Уиннигом. Неудачное время мы выбрали, да?
– Давай мы позвоним ей и попросим приехать? – предложила Джейн.
– Я в порядке.
Поднявшись, Джейн положила руку на плечо мужчины.
– Думаю, сейчас тебе не стоит оставаться одному. У тебя шок, осложняемый тем, что мы много не знаем и не понимаем.
Спустя мгновение мужчина посмотрел на Джейн.
– Кого ты потеряла? Брата или сестру?
– Младшую сестру, Ханну. Она умерла в детстве, но я все помню.
– И до сих пор страдаешь.
Джейн покачала головой.
– Да. Но это не значит, что я не живу своей жизнью. Наши любимые сопровождают нас в течение жизни, так и должно быть. И, повторюсь, если ты веришь, что праведные души отправляются в Забвение, значит твой брат там. Верь в это. То, как он умер, не влияет на его судьбу, понимаешь? Неважно, что произошло, это не его вина и это не влияет на его загробную жизнь.
Повисла очередная пауза, а потом мужчина встал и обнял Джейн. И пока они стояли вплотную друг к другу, Ви из уважения опустил взгляд в пол.
По неясной причине думая о своей мамэн.
Глава 45
Стоя снаружи палаты своей бабушки, которая располагалась в двух дверях от той, где ранее лежал Эссейл, Сола решила, что никогда больше не хочет оказаться в этом комплексе. Учитывая ее опыт с реабилитацией после похищения, приезд за Эссейлом… и это?
Хватит с нее… и она уповала на правило, по которому Бог любит троицу, после чего ты вылетаешь из лотереи.
Доктор Манелло был шикарен, привез их сюда в рекордное время, сделал еще несколько тестов, все проверил. Но это был ад. Сола ненавидела проволочки в обычные, ничего не значащие дни. В такие моменты? Неуверенность в будущем была невыносима.
И уставившись на закрытую дверь, она словно пыталась увидеть сквозь нее. Рентгеновское зрение не включилось, и она дала шанс чтению мыслей… тоже не судьба. Наконец, в полном отчаянии, попыталась заглянуть в будущее.
И снова мимо. Нет у нее суперспособностей.
– Что бы ни стряслось, – сказал Эссейл тихо, – мы справимся. Ты не одна.
Она сосредоточилась на нем. Эссейл все еще мрачно смотрел в пол, не моргая. От его профиля как всегда захватывало дух, линии щек и подбородка были идеальными, иссиня–черные волосы резко контрастировали с кожей, а брови восхищали изгибом.
Стоя бок о бок с ним, Сола осознала, что до этого момента она всегда была одна. Бабушка не была ее партнером, ведь она заботилась о ней и присматривала. И самый большой ее страх, когда Сола вела преступный образ жизни, заключался в том, что станет с ее вовэ, если с ней что–то случится. У бабушки больше никого не было.
По этой причине ее собственные здоровье и безопасность были обузой.
Но сейчас в трудную минуту она поняла, что у нее есть поддержка… причем, не в бою. Нет, у нее был надежный тыл. С кем разделить горе. На кого можно опереться, чтобы дать волю чувствам перед тем, как снова взять себя в руки.
Он взяла его руку.
– Я так рада, что ты рядом.
Эссейл обратил на нее такой же печальный взгляд, какой был у нее.
– Я не оставлю тебя.
Если это не клятва, то что, в таком случае?
Подавшись вперед, она коснулась его щеки и прижалась к губам в поцелуе.
– Спасибо…
Дверь в палату открылась, и Сола напряглась, пытаясь прочесть выражение на лице доктора.
– Что? – требовательно спросила она.
Но доктора Манелло, казалось, нисколько не зацепила ее грубость.
– У нас все хорошо. Просто оооооотлично.
– Погоди… что? – Она покачала головой. – Что ты… стой, что?!
Он улыбнулся.
– Ее сердце в порядке. Кровообращение в норме. Нет признаков тромбоза или приступа. Давление все еще низковато, но она просто мало ела и почти не пила, поэтому есть обезвоживание и потребность в отдыхе…
– Никакой готовки! – Сола топнула ногой. – Она сутки напролет стоит возле гребаной плиты… я говорила, чтобы она присела и позволила нам прислуживать ей. Какая же она упрямая!
Несмотря на быстрое зажигание, ее гнев вскоре утих, и за ним пришло сокрушительное облегчение, от которого Сола прижалась к Эссейлу.
Доктор Манелло кивнул.
– Она строго следует своим принципам, насколько я понял. И, слушайте, забегая вперед, ссылайтесь на меня. Скажите, что она должна вести себя правильно, иначе вы пригласите меня прочитать ей лекцию.
Сола положила руку поверх сердца, трепыхающегося в груди.
– Она чертовски сильно напугала меня.
– Думаю, она напугала саму себя. И я хочу, чтобы она осталась здесь на пару дней, чтобы убедиться, что мы ничего не пропустили.
– Хорошая мысль. Оставьте ее насколько нужно.
– Скажу, что она не запрыгает от счастья.
– Вот уж точно, – пробормотала Сола. – Но решать не ей.
Доктор Манелло сжал ее плечо.
– Ступайте к ней. Вам всегда рады здесь, звоните, если возникнут вопросы. Не тревожьтесь из–за капельницы. Мы восстанавливаем водно–солевой баланс. А мониторы просто отслеживают ситуацию. Завтра вечером я повторю несколько анализов, посмотрим, как обстоят дела. Но, повторюсь, пара дней под присмотром – вот мое желание.