Восход солнца
Шрифт:
– Я хочу кое-что показать всем вам.
Целители терпеливо подождали, когда королевы приведут в детскую своих котят. Вместе с ними и палатку протиснулась и Белолапа.
– А теперь, — сказала Листвичка, когда все были в сборе, — посмотрите на эти ягоды. Всем видно?
Воробей почувствовал нарастающее любопытство котят, однако они все еще робели и не решались ответить Л иствичке.
— С виду вкусные, — первым подал голос Шмелик.
— Нет! Они не вкусные! — голос Листвички задрожал от гнева и отвращения. — Эти ягоды — плохие. Злые. Их называют смерть-ягодами. Хотите знать, почему? Потому, что если вы съедите хоть одну такую ягодку, то у вас страшно разболится живот, а потом вы умрете. И никакие целители не смогут вам помочь.
Воробей знал, что это не совсем так. Когда-то Кисточка рассказала им, что старая целительница Пепелица все-таки сумела вылечить Медуницу, когда та наелась смерть-ягод, однако об этом лучше было сейчас не вспоминать. Листвичка должна была как следует припугнуть котят, чтобы они боялись даже близко подходить к ягодам.
— Но зачем же вы принесли эту мерзость в лагерь? — взвилась Ромашка.
— Затем, что Огнезвезд хочет с их помощью убить змею, — ответила Листвичка. — Но я должна убедиться в том, что наши коты будут умнее змеи и станут держаться подальше от этой отравы.
— Слышали? — грозно спросила своих котят Милли. — Хорошенько посмотрите на эти ягоды, чтобы ни с чем не перепутать.
— Мы будем осторожны, — испуганно пролепетала Шиповничек. Остальные котята молча закивали.
— Лисенок? Ледышка? Все поняли? — спросила Листвичка.
— Все! — ответил Лисенок. — Мы не будем их трогать.
— И в лесу будем смотреть, чтобы не съесть по ошибке, — добавила Ледышка.
— Вот и хорошо. А теперь бегите, но не забывайте, что я вам сказала. — Листвичка подхватила зубами лист, выволокла его из детской и потащила к своей палатке, но на полпути вдруг остановилась и посмотрела на Воробья. — Будь добр, принеси мне мышку из кучи дичи.
Воробей помчался к куче и вернулся с жирной мышкой.
— Вот. Хорошенькая, жирная.
— Я не собираюсь ее есть, — пояснила целительница. — Это для змеи. Хочу попробовать накормить мышь смерть-ягодами. Ну-ка, придержи ее лапой, чтобы мне было удобнее.
— Так ты все лапы перепачкаешь ядом, — испугался Воробей.
— Нет. Я возьму палочку и напихаю ягод мыши к пасть.
Положив лапу на мышь, Воробей почувствовал острое отвращение, охватившее его наставницу. Ему казалось, будто он слышит ее мысли:
«Я целительница! Я должна исцелять, а не убивать!»
Однако он не сказал ни слова и терпеливо ждал, пока Листвичка набьет мышь смертельными ягодами.
«Очень надо снова нарваться на ее раздражение! Да она шкуру с меня спустит, если я заговорю с ней».
— Ну вот, кажется, готово, — вздохнула Листвичка. — Я туда и колючек напихала, они будут колоть змею изнутри и помогут быстрее разнести яд по ее телу.
Воробей кивнул. Он был немного удивлен тем, с каким отвращением Листвичка отнеслась к использованию своих знаний и умений для убийства, пусть даже ее жертвой должна была стать змея, юлько что унесшая жизнь Медобоки. Однако сейчас его больше всего занимала мысль о растениях, которые могут не исцелять, а причинять вред и даже убивать.
«Интересно, есть ли еще такие растения, кроме тиса?»
Листвичка аккуратно положила начиненную смертью мышь на лист и поволокла его на поляну, где Дым с помощью Львиносвета и оруженосцев окружал змеиную нору ежевикой.
Пока целительница объясняла Дыму про смерть-ягоды и свою затею с мышью, Воробей подошел к брату.
— Отличная мысль, — услышал он за спиной довольный голос Дыма. — Я положу приманку возле норы, за барьером.
— Только будь осторожен! — попросила Листвичка.
— Не волнуйся, — с неожиданной мягкостью ответил Дым. — Видишь, я беру ее за хвост. — Воробей услышал, как Дым перемахнул через ежевику, а потом выпрыгнул обратно. — Ну вот и все, — пропыхтел он. — Готов. Так, а вы чего ждете? Давайте поскорее закончим с этим делом!
Вернувшись в свою палатку, целители бережно завернули остатки смерть-ягод в плотный лист.
— Лучше приберечь их, на случай, если приманка не подействует, — пояснила Листвичка. — Не нравится мне все это, но...
Оглушительный визг не дал ей закончить.
— Листвичка! Листвичка!
— Что еще? — простонал Воробей.
В следующий миг он почувствовал запах Бурого, а потом и сам молодой воин ворвался в пещеру.
— Листвичка! Скорее, скорее! — прокричал он. — У Белолапы начались боли в животе!
— Хорошо, хорошо, не волнуйся, — вскочила Листвичка. — Я уверена, что в этом нет ничего серьезного. Возможно, ей пришло время окотиться. Воробей, спрячь сверток, — велела она, поспешно проходя к выходу. — Убери в самый дальний угол кладовой, чтобы никто не наткнулся на ягоды по ошибке.
Воробей поскорее оттащил ягоды в кладовку, где хранились груды сушеных трав и старые свертки со снадобьями.
— Давно пора вычистить тут все, — проворчал он, заталкивая сверток со смерть-ягодами поглубже в щель.
Выбравшись в палатку, он с отвращением пошевелил запыленными усами. Вся его шерсть была обсыпана мелкой трухой от раскрошившихся сухих листьев и стеблей. Он начал вылизывать плечо, но тут в палатку снова ворвалась Листвичка.
— С Белолапой все в порядке, — пропыхтела она. — Просто живот разболелся. Сейчас отнесу ей можжевеловых ягод, — юркнув в кладовку, она выскочила оттуда со завернутыми в лист ягодами. — Кстати, чуть не забыла! — пробормотала ценительница, не разжимая зубов. — Со всеми этими хлопотами я так и не осмотрела натертые лапы Пурди. Займись этим, ладно?