Чтение онлайн

Какая нелепица! Следить за взрослым человеком, она предполагала, что у него чувства, а товарищ капитан просто следил! Немыслимо! Сердце защемило от обиды и отчаяния. Никогда ей еще не было так до слез неприятно. Ведь почти поверила! Ведь почти!

Включив свет, Женя утерла слезы и взяла со стола газету, одолженную у Якова Моисеевича.

Насколько же юные были эти девушки, эти рижские партизанки. Самая младшая – Рузиля Гарифуллина, командир отряда. С газеты на Женю смотрели огромные, темные и строгие глаза татарской девушки. Ямочка на подбородке. Волосы убраны в косички. Совсем девочка, детская улыбка. Хочется потрепать за щечки. Галина Сокол была другой – смеющийся взгляд, большой нос и совсем маленький рот. Ангелина Портнова – холодная блондинка с леденящим взглядом. Маргарита Бондарь – серьезная, по – настоящему красивая. Грустный взгляд. Смешные, торчащие уши. Волосы убраны в маленькую косу. Елена Павловна. Совсем юная Ракицкая. Вытянутое лицо. Мелкие черты лица, утонченные. Встревоженный, немного удивленный взгляд. Коротко стриженные волосы.

«Правду. Пожалуйста».

Круглова вздохнула и убрала газету под подушку. Надо спать. Предстоял тяжелый день.

Неожиданно тишину разорвал грохот выбитого стекла: на пол комнаты упал тяжелый камень, едва не угодив в девушку. Заливисто залаял Жариков–Шариков. Ошалевшая Круглова, спрыгнула с кровати, накинула пиджак поверх сорочки и выбежала на улицу.

Никого. Лишь собаки лаяли где-то далеко.

Вернувшись, Женя застыла на пороге. В доме кто–то был, она явно чувствовала дыхание. Взяв в руки кочергу, девушка резко включила свет.

– Спокойно! Спокойно, это всего лишь я! – Крикнула Яна, стоявшая посреди комнаты.

– Ты, да я тебя! – Зарычала Женя. – Я тебя сейчас на флаг порву, Советский, как Канаду в хоккее уничтожу! Что ты здесь делаешь вообще?!

– Пришла поговорить, – ответила Яна, не сводя глаз с кочерги.

– О чем? – Не могла успокоиться Круглова. – О том, зачем ты у финнов прячешься или принуждаешь советского милиционера границу перейти?!

– Что у вас тут… – застыл на пороге Сухов, – оп-па, вот это да. Яна?! А ты здесь откуда?

– Ты вообще здесь откуда? – Рявкнула на него Женя. – Сказала – уходи!

– Ну, я не мог тебя оставить, поэтому спал здесь, в мотоцикле.

– Сумасшедший дом, – закрыла лицо руками Женя.

– Страсти по Шекспиру, – согласилась Яна.

– А ты вообще у меня в детдом пойдешь, – властно ответила Женя, – чего пришла–то, набегалась?

– Птицу в клетку не загнать, птенчик волю любит, – приподняла брови девочка, приподнимая подол белого сарафана и усаживаясь на стул у батареи, – я дочь Советской партизанки, упрячете – все равно сбегу. Поэтому лучше нам работать вместе, Евгения Марковна.

– Деловой подход, – одобрительно кивнул Олег.

– Бардак, – покачала головой Женя, – твои предложения?

– Я кое–что знаю, Евгения Марковна, – взглянула в окно Яна, – слышала, как мама просила рассказать правду. Но здесь разговаривать опасно. Завтра, в 2 часа ночи…

– Подожди, давай еще раз, – подошла к ней Женя, пройдя мимо шкафа и что-то взяв сверху, – сначала, и все по порядку.

–Я не могу, у меня… – Яна с ужасом увидела, как на ее руке защелкнули наручники. – Ев…

– Условия она мне тут ставит, – защелкнула к батарее второй браслет Женя, – можно было понять, что я переговоры вести не собираюсь. А сейчас мы отправимся в опорный пункт.

– Я все равно сбегу, – злобно проговорила Яна, – я…

– Дочь Советской партизанки, я помню, а я Советский милиционер и против закона идти не собираюсь.

– Вы совершаете ошибку, – подал голос Олег, – ее могут убить.

– Не убьют, – твердо ответила Женя, – милиция сбережет. Ваш мотоцикл на ходу?

– Так точно, товарищ участковый, разрешите заводить?

– Заводите, Сухов, мы скоро будем.

– Евгения Марковна, какая же вы глупая, неужели вы думаете, что решетки или детский дом спасут меня от профессионального убийцы?– Отчаянно проговорила Яна.

– Какого убийцы, ты о чем?

– Евгения Марковна, это же Ордок, ну, поверьте мне!

–Кто?

– Я не знаю, они называли его или ее Ордок. Мама писала в письме тете Геле, что он где–то здесь. Поверьте мне, пожалуйста, Евгения Марковна!

Женя вздохнула. Сказанное казалось сущим бредом.

– В мотоцикл, – бросила она, – и без разговоров мне.

***

«Иж» вывернул на перекресток и выехал на дорогу, ведущую к мосту.

– Остановите, – попросила Женя, – в общем, так. Пока я тебе верю,– она отстегнула наручники, – но если это неправда…

– Евгения Марковна!

– Ша, – приложила палец к губам Женя, – беги и будь на связи. Пойму, что ты меня обманула…

– Она ноги отстреливать любит, – усмехнулся Олег.

– Евгения Марковна, спасибо вам огромное! – Обняла Круглову девочка. – Я не обманываю, честное пионерское, мне правда очень страшно, я же поэтому и убежала…

–Исчезла отсюда, бегом,– прищурилась Женя и улыбнулась, когда девочка скрылась в чаще, – глянь, поскакала, коза–дереза.

– А вы молодец, товарищ участковый, – похвалил Сухов, – не думал, что вы ее отпустите.

– Я что – монстр? – Окатила его презрительным взглядом Женя. – Вези меня домой, Сухов, и побыстрее.

– Как скажите, Евгения Марковна, – козырнул парень и завел мотор. Женя довольно улыбнулась.

– А я, между прочим, еще обижаюсь, – сообщила она.

– Ну, это заметно. Я надеюсь, у меня будет шанс объясниться?

– Да, – кивнула Женя и посмотрела на него, – приходи вечером, чаю попьем, поговорим. Музыки, правда, нет.

– «А мне ни один не радостен звон, кроме звона твоего любимого имени…», – рассмеялся Олег.

– Ох, вот подхалим, – улыбнулась Женя.

Над городом вставало солнце – день вновь обещал быть жарким и знойным. Северная погода пока уступала свои территории.

***

– Значит, вы утверждаете, Евгения Марковна, что в ночь убийства Карасева А.А были дома?