Воспитатель
Шрифт:
«Военный реквием» – из храма на подмостках
Эта музыка заоблачного ада или рая!
Сверкающий оркестр – потрясающее действо!
Я архитектор, но музыка в моём
Строительном семействе. Войны и смерти
Рождают строительных участков перемены –
Колокол звонит для территорий смены
Вглубь сохранившихся лесов надо
Строить дома вместо траншей или крестов!
И здесь, в Москве – в шестидесятые –
Мои коллеги пристраивают к столице
Большое поселенье – и это даже состоится
С индустрией, (в столице тесно) – Зеленоград –
Как пристоличный город-сад! Не грех повторить
Успешно существующие сателлиты на
Мирового опыта орбитах…
«Военный Реквием»…
Бенджамин Бриттен…
Моей поэмы увертюра –
Так родственны они:
Музыка и архитектура.
Неожиданно я еду туда, где
Эта святая литургия родилась,
Где новый построенный или реставрированный
Храм суровых времён
Этим «Реквиемом» освящён!
Действительно –
Архитектурная
Командировка…
В Ковентри, который – тоже –
Британская история!
При этом город-спутник Лондона –
Его статус – Сателлит.
Ему разбавить
Гигант Лондон надлежит.
Первая прогулка – английская история вокруг!
Мэр Ковентри – наш первый друг,
Он шутит, вывернул карманы брюк:
«Простите, гости, что не ели и не пили.
Вам только кофе. На ресторан не накопили».
И он советует:
«Не пропустите наш Собор —
Для вас о «Реквиеме» нашего Бриттена
Занятный разговор».
«Реквием?»
Я слушал эту музыку в Москве – зачем!
Я у развалин древнего собора святого Михаила,
На счастье – солнце в этот майский день!
Блицкриг оставил только камни, но живописно –
Свет и тень…
Погибла Готика, где тени были так важны!
И в новой композиции они красноречивы и нужны!
Как без теней? Ведь это Памятник Войны –
Руинами многовековой истории:
Леди Годива –
Древних времён священная легенда!
Камни-камни…
Тишина…
Не слышно топота её коня…
Давно исчез тот дом,
Где любопытный Том был за окном…
А рядом постмодернистский новый храм,
Сегодняшней рукой здесь нарисован и фасад
И интерьер!
От прошлых боёв архитектурной
И скульптурной пластики барьер…
Произношу я вслух:
«Святое майское виденье!»
Перехватило дух…
Год 1940-й,
Англия в войне.
Блицкриг, на Ковентри налёт –
Ковентри бомбят
Несколько дней подряд…
Год сорок третий:
Английский Ковентри и русский Сталинград
Отныне побратимы!
Прославлен этот ад,
Оплаканы руины –
Разгромлены два города –
Страдание едино!
Год 1940-й: 10 июля –
Официально!
«День битвы за Британию».
Черчилля слова:
«Третий Рейх завоёвывает господство
в воздухе…»
Блицкриг! Трагедия! Помнить на веки –
Священная проблема –
Для «Реквиема» – животрепещущая тема!
Композитор Бриттен живёт
Между его бурлящей музыкой и жизни адом,
Родную землю покидая, жить продолжая
Только в своей музыке!
Мирная Канада рядом –
Затем он в Штатах,
Вслед за поэтом У. Х. Оденом…
Войне жестокий приговор – их аксиома…
Душой Бриттен на своей родине –
Но он не дома эти суровые четыре года!
Мир! Но не забыть войну!
И Бриттен чувствует, что он,
Как клятвой связан
И повязан, и обязан.
Своим талантом,
Уникальным оркестровым словом должен
Поклясться всеми инструментами его оркестра,
Кричать о только что умолкшей скорби –
Поминание! Молитва! Лития!
И это тем –
Тем, кто не вернулся!
Тем, кто не вернулся!
Тем, кто не вернулся!
Год 1958-й:
Сэру Бенджамину Бриттену заказывают
Литургию для освещения строящегося
Или реконструируемого
Собора святого Михаила –
На разбомбленной памяти, на могилах
Двух войн – Монумент Погибших…
Священная работа!
Музыка громыхающих боёв марширует в голове…
Долгие месяцы он слышит этот нотный грохот!
Год 1960-й:
Готова Литургия –
Как грандиозна месса!
И исполнители закреплены –
Голос Матери погибших воинов
Бриттен нашёл в звучании вокала
Русской певицы Вишневской.
Её голос может так божественно
Призывать к примирению
Уже мёртвых «солдат-недругов»…
Композитору необходимо встретиться с ней –
Партия написана только для неё!
Она в России –
В такой далёкой…
И Бриттен хочет также показать мессу своему другу,