Чтение онлайн

– Оперативно.

– Да уж. Из этой переделки нам, скорее всего, удастся вырваться, но еще немного – и они будут более точны. И однажды мы выскочим прямо на какую-нибудь эскадру в зону огневого поражения. И тогда нас просто закидают снарядами в тот момент, когда мы будем уязвимее всего. Более того, я думаю, сейчас они обсчитывают все возможные пути нашего отхода, и туда уже спешат другие эскадры Альянса. А их тут полно…

– Да ну?! – не поверил агент КЕК. – Это же невероятный риск! Стоит им немного просчитаться с максимальным упреждением, и мы врежемся в их корабли!

– Вот вам и «да ну». Молитесь, чтобы им не пришла в голову похожая мысль и они не начали ставить баржи в точке нашего выхода. Тогда им и стрелять не придется. Более того, я думаю, они так и сделают и будут счастливы даже в том случае, если мы буквально столкнемся бортами с их боевыми кораблями. Мы натворили столько дел, что они пойдут на любые жертвы, чтобы нас остановить.

– Сэр, противник вошел в зону поражения, – доложил один из операторов.

– Курс готов?

– Так точно, сэр.

Силаев на экране посмотрел вероятные точки выхода. Их было пять. При этом Винсент что-то шептал одними губами. Неожиданно он обратился к агенту КЕК с вопросом:

– Полковник, какая машина вам больше нравится: «вейст», «сейгуль» или «майти»?

– Что?!

– Какая машина вам больше по душе?

– Э-э… зачем вам это? – выдавил из себя агент, явно находясь в легкой прострации от неожиданного вопроса и не зная, как на него ответить, поскольку не понимал, где здесь подвох и есть ли он вообще. Уж больно необычно звучал подобный вопрос в таких условиях.

– Просто ответьте. У нас мало времени.

– Ну… «майти» мне нравится больше, – наконец ответил полковник. – Более быстрый…

– Спасибо… – не дослушал объяснения адмирал и, вернувшись к созерцанию возможных точек выхода, снова немного пошептался сам с собой.

– Номер три, – выдал адмирал ждущему ответа оператору.

– Есть, сэр.

– По какому принципу вы выбираете точки выхода? – поинтересовался полковник Чемберлен, наблюдая за тем, как операторы вводят в свои терминалы необходимые данные для очередного прыжка.

– Честно?…

– Конечно, сэр.

– Считаю их.

– Считаете? В смысле выбираете наиболее оптимальные варианты?

– Нет, просто считаю.

– Я не понимаю… – вынужден был признаться агент, до этого думавший, что он знает и понимает все на свете. – Объясните, если вам не трудно.

– Знаете, есть такие детские считалочки… Вот нынешнюю точку выхода я посчитал по считалке: «В гараже стоят машины…»

– Не может быть!

– Почему?

– Вы вверяете наши жизни, исход важнейшей военной операции за последние сто лет какой-то считалочке!

– Ну, на мой взгляд, это все же лучше, чем просто тыкать пальцем наугад.

На это полковник ответить ничего не смог. Он смотрел на адмирала расширенными от ужаса глазами.

– Неужели нет никакой специальной программы по выбору точек выхода?

– Есть, конечно. Только они выбирают действительно оптимальные варианты, но эти варианты для мирного прыжка, когда не ожидается появление противника, собственно, программы эти предназначены для того, чтобы не врезаться в какую-нибудь звезду. В нашем случае это не суть важно. Кроме того, у противника есть наши компьютеры с трофейных кораблей и соответствующие программы, а значит, у них также есть все эти оптимальные варианты. Именно поэтому я и выбираю точки по считалочкам. Есть некоторый элемент непредсказуемости. Им же в голову не придет, по какому принципу я выбираю точки. Потому все логические выкладки их компьютеров совершенно бесполезны, и они просто не знают, куда направить самую мощную эскадру для нашей встречи.

– Вы псих…

– Все мы немного повернутые, – легко согласился Силаев.

Начался бой, и стало уже не до разговоров. Но эскадра адмирала Силаева уже набирала максимальную скорость для совершения еще одного прыжка, потому вскоре перестала отвечать огнем на огонь, убрав пушки под колпаки. Затем корабли покрылись сетью электрических разрядов, и через еще некоторое время один за другим исчезли в красных вспышках, так что снаряды и лазерные лучи самого мощного перекрестного залпа двух эскадр Альянса ушли в пустоту.

Такая гонка продолжалась несколько недель. Корабли совершали один прыжок за другим, то в одну сторону относительно основного маршрута, то в другую, иногда даже поворачивали обратно. Делалось все, чтобы максимально запутать противника. Но однажды их все же подловили, и от полноценного сражения уйти не удалось. Дело от банальной перестрелки тяжелыми пушками, дошло даже до применения бортовой авиации и ракетных катеров. Они понесли довольно существенные потери, но большие корабли удалось сохранить, хотя они получили дополнительные повреждения.

Из этой битвы удалось вырваться, и дальше дело пошло немного лучше. Эскадра выходила из зоны влияния Альянса в необжитые районы, и преследовать людей стало значительно сложнее. Еще несколько дней – и штурманам впервые удалось рассчитать прыжок для большого стержня, во всех предыдущих случаях использовались малые стержни на несколько дней, а то и часов похода в подпространстве.

И вот первый случай, когда, наконец, удастся уйти в недельный переход, что даст возможность выиграть несколько дней для ремонта, поскольку технические службы завалили командный пункт жалобами. Корабли требовали внешнего ремонта, который невозможно было обеспечить сразу после разгрома вражеского завода.

Дальше затягивать с ремонтом тоже не стоило, ведь случись хоть небольшая авария во время прыжка в подпространстве, природа которого до сих пор оставалась загадкой, и все…

– Но у вас только один день, – предупредил адмирал начальника ремонтной службы.

– Этого вполне достаточно, сэр. Мы залатаем самые значительные повреждения, которые оставлять без ремонта смерти подобно.

– Тогда работайте.

– Разумно ли это? – спросил полковник Чемберлен после того, как главный механик ушел.