Вот пришел папаша Зю...

Совершенно фантастическая история

с вымышленными персонажами.

Совпадение некоторых имен с реальными

либо литературными есть чистая случайность,

и автор за нее ответственности не несет.

БОРИС ПЕРВЫЙ СТРАДАЕТ БЕССОННИЦЕЙ

17 августа 1998 года в ночь с воскресенья на понедельник президент Российской федерации Борис Николаевич Ёлкин, находясь в своей загородной резиденции Завидово, проснулся с тревожным предчувствием, проспав всего три часа, и стал обдумывать сложившуюся ситуацию. А она была весьма не простой.

Накануне вечером, прервав воскресный отдых президента, к нему приехали со срочным докладом глава кабинета Сергей Кириченко, назначенный всего пару месяцев назад, и председатель Центробанка Сергей Дубинкин. На правах старшего по должности сложившуюся обстановку в стране докладывал Кириченко. Эти чёртовы пирамиды ГКО-ОФС, конечно, рухнули!

– Борис Николаевич, мы не сможем до конца года вернуть деньги банкам и фирмам, - едва не плача, тоненько говорил Сергей Владиленович.
– У нас их просто нет!

– Ну и не возвращайте, - миролюбиво посоветовал Борис Николаевич.

Он прекрасно провёл этот тёплый августовский день: купался, потом сидел с удочкой, и теперь его клонило ко сну.

– Мы банкроты, Борис Николаевич!
– стал объяснять ситуацию Сергей Дубинкин.
– Мы набрали займы, а отдавать нечем. Частные банки обанкротятся, фирмы вылетят в трубу, зарубежные инвесторы свернут инвестиции. Мы на грани колоссального экономического кризиса, Борис Николаевич!

У Ёлкина слипались веки. Он хотел сегодня пораньше лечь спать. Зачем они приехали? Говорят про какой-то кризис...

– Что вы предлагаете?
– спросил Борис Николаевич, пытаясь сосредоточиться и сбросить дремоту.

– Есть два варианта выхода из ситуации, - торопливо сказал Кириченко.

Сергей Владиленович напоминал школьника у доски, старательно отвечающего урок, чтобы исправить двойку:

– Первый - отменить валютный коридор и отпустить рубль в свободное плавание...

– А выплывет?
– попытался пошутить Борис Николаевич.

Высокопоставленные чиновники натужно улыбнулись. Выдержав необходимую паузу для оценки шутки патрона, Кириченко продолжал:

– Второй вариант - ввести потолок - 9,5 рублей за доллар.

– Это с шести-то рублей?
– поднял брови Ёлкин.

Повисла тяжелая пауза. Борис Николаевич прикрыл глаза. Всем показалось, что он обдумывает решение. Но Борис Николаевич снова впал в дремоту. Ему грезился рубль в свободном плавании. Вот он, извиваясь, как рыбка в прогретой солнцем воде, подплывает к крючку с червяком...Червяк похож на значок доллара. Рубль подплывает, пробует червячок-доллар, а тот вдруг хвать рубль и проглотил. Борис Николаевич резко открыл глаза.

– Поступайте, как сами считаете нужным, Сергей Владиленович, - строго сказал он.
– Какой вариант вам самому кажется оптимальным?

– Второй, - сказал Кириченко.
– Так мы можем хоть как-то контролировать ситуацию.

– Вот и контролируйте. Вы глава правительства...

– Кабинет может в полном составе уйти в отставку!
– с готовностью пионера отрапортовал Кириченко.

«Ещё чего!
– испугался Борис Николаевич.
– Искать нового премьера! Где я его возьму?»

– Красивой жизни захотели?
– снова пошутил Борис Николаевич.
– Идите работайте, Сергей Владиленович.

На этом аудиенция была окончена.

И вот, проснувшись по своему обыкновению среди ночи, Борис Николаевич стал обдумывать ситуацию заново. Может, не всё так серьезно? Может, как-нибудь всё само утрясётся? Устаканится, так сказать. Взять где-нибудь денег? Так опять сопрут! Не напасёшся, понимаешь. Им же только что Камдессю дал кредит в 17 миллиардов. Ну, и где они?

Неужели он снова ошибся, назначив Кириченко премьером? Не за горами 2000-й, выборы нового президента, а ему третий срок не потянуть. Нужен молодой энергичный преемник. Вон Борька Ненцов, обаятельный красавец - молодой, высокий, талантливый. Не оправдал доверия. Эх, племя младое, незнакомое... Вернуть Черномордина? Старый конь борозды не испортит. И надо бы подстраховаться на случай отставки, не допустить «горячей осени». Пока эта свора будет делить портфели нового кабинета, их революционные страсти поутихнут. А если всё же случится заваруха, можно будет опереться на плечо проверенного друга.

Неужели отставка? Так сказать, добровольно-принудительная...

В семнадцатом уже была одна историческая отставка - Николая Второго. Думали, что для России всё только начинается, а для неё на этом всё и закончилось.

Борис Николаевич поднялся и тяжело заходил по комнате. Думы одолевали его.

Может, монархию восстановить? Как Наполеон: сначала прикидывался демократом, а потом взял, да объявил себя императором. А что, издать указ:

«Высочайшим повелением... объявляется... царь... Борис Первый...»

Вроде, уже был на Руси какой-то Борис, Годунов, что ли? Ну нет, Вторым он быть не хочет, он будет только Первым! Новое время - новые песни!

«...с наследственной передачей власти...»

Жаль, сынов у него нету. Внуку Борьке власть передать, а царевну Танюху назначить регентшей... Так ведь Клинтон, Блин этот, не даст. Ещё Москву бомбить начнёт.

Борис Николаевич стал просматривать старые газеты. Вон еще в начале лета обещали повышение доллара. Все эти журналюги - истерики. Можно себе представить, что начнется в прессе завтра. Доллар за 9,5 рублей! И это только начало. Рубль в свободное плавание...

Через час сон сморил Бориса Николаевича. Ему снова снился плавающий, как рыбка, рубль и червячок-доллар, заглатывающий рыбку.

ЧЁРНЫЙ ПОНЕДЕЛЬНИК

Следующий день Борис Николаевич провел как обычно: купался, ловил уклейку и принимал воздушные ванны - у него все-таки отпуск.