Чтение онлайн

Добавило забот японскому командующему флотом и происшествие, случившееся 1 мая, когда на мине в, казалось бы, полностью протраленной бухте Керр погибло авизо "Мияко". Японцы лишь после войны узнали, что этот подрыв стал результатом действий наблюдавших за бухтой трех русских моряков, возглавляемых прапорщиком Дейчманом, которые в ночь на 1 мая смогли переставить вешки, обозначавшие свободную от минной опасности акваторию. Их усилия привели к тому, что после потери в бухте Керр уже второго за пару дней корабля противник просто отказался от высадки в этом месте - все силы были брошены им на очистку от мин зоны десантирования у Бицзыво.

6 . "Черный день японского флота"

То, что позже стали называть "черным днем японского флота", произошло 2 мая 1904 года, когда высадка у Бицзыво наконец-таки началась. И столь громкому обозначению этой даты было сразу несколько причин.

Во-первых, в ночь с 1 на 2 мая у мыса Шантунг бронепалубный крейсер "Иосино" был протаранен в тумане броненосным крейсером "Касуга". Из-за быстрой гибели "Иосино" из его команды удалось спасти всего 19 человек, остальные 335 погибли. "Касуга", также пострадавший в столкновении, ушел на ремонт в Сасебо на буксире у "Якумо", что временно лишило флот Того сразу двух броненосных крейсеров.

Во-вторых, русские в эту ночь также не преминули прибегнуть к помощи установившейся погоды для решения своих задач и скрытно вывели в море минные заградители "Амур" и "Енисей" в сопровождении 8 миноносцев. Воспользовавшись туманом как прикрытием, два русских корабля выставили минное заграждение из двух параллельных линий по 50 мин каждая на пути предполагаемого движения японского блокадного отряда в 10,5-11 милях от Порт-Артура.

Их усилия были вознаграждены уже совсем скоро. Утром 2 мая, около 10.00 японский блокадный отряд под командованием адмирала Насиба в составе броненосцев "Ясима", "Хатсусе", "Сикисима", прикрываемых бронепалубными крейсерами, канонерскими лодками и миноносцами, угодил на минную банку, выставленную "Амуром" и "Енисеем". Эффект от этого был поистине ошеломительным.

Первой жертвой двух последовательных подрывов на минах стал "Хатсусе". После второго подрыва на нем сдетонировало содержимое кормового погреба главного калибра, за минуту отправив на дно и сам броненосец, и 493 члена его экипажа. "Ясима", второй пострадавший, также в результате двух подрывов, был тяжело поврежден и в конечном итоге затонул в пяти милях от рифа Энкаунтер Рок, а его экипаж, в котором было всего пятеро раненых, организованно перешел на корабли сопровождения. Список подорвавшихся в этот день на русских минах завершил крейсер "Акицусима". По злой иронии судьбы, только этому кораблю, вчетверо меньшему, чем каждый из двух погибших броненосцев, удалось справиться с затоплениями и добраться до островов Эллиот. Но все это случилось несколько позже, а пока же стоит вернуться к тому, что происходило сразу после столь нерадостной для японцев встречи броненосцев и крейсеров Насибы с минным полем русских.

Корабли Макарова были готовы к такому развитию событий и в атаку на понесший столь ощутимые потери японский отряд практически сразу были брошены крейсера "Яхонт" и "Алмаз" с десятком миноносцев 1-го отряда (6 "немцев" и 4 "француза"). Однако противник, силы которого к тому времени, не считая поврежденных кораблей, включали броненосец "Сикисима", бронепалубные крейсера "Касаги", "Читосе", "Такасаго", "Акаси" и "Сума", авизо "Тацута", канонерки "Осима", "Сайен" и миноносцы, встретил атакующую русскую группу столь плотным огнем, что сама возможность торпедной атаки в таких условиях фактически равнялась самоубийству.

Впрочем, отбежавшие от частокола всплесков японских снарядов русские корабли, казалось, были нисколько не обескуражены своей неудачей. "Яхонт" и "Алмаз" демонстративно направились в сторону Порт-Артура, как будто считая свою миссию выполненной, им в кильватер встали и миноносцы.

А в это время над порт-артурской гаванью стали подниматься многочисленные дымы, которые, по мнению японцев, явно свидетельствовали о том, что русским все же удалось расчистить проход и к выходу готовятся их основные силы, на соединение с которыми и ушли "Яхонт" с "Алмазом" и миноносцами. Разумеется, в таких условиях Насиба, уже лишившийся одного корабля и имевший поврежденными еще два, не желал ни одной лишней минуты находиться у стен крепости. Но японский адмирал ошибался - броненосцы Макарова выйти из гавани все еще не могли, однако русский командующий приказал подкинуть в топки оставшихся в гавани кораблей побольше "мусорного" угля, обычно используемого ими на стоянке. И свою роль в дезинформации противника обеспечиваемый этим углем густой черный дым сыграл.

На оценку японцами ситуации повлияла также не ускользнувшая от их внимания даже во всей этой кутерьме, связанной с подрывами, борьбой за живучесть, перестрелкой с русскими легкими силами и ожиданием выхода сил основных, одна важная деталь - на внешнем рейде не было так и остававшегося там после своего торпедирования в начале войны "Георгия Победоносца". И адмирал Насиба посчитал, что отсутствие броненосца объясняется именно состоявшимся наконец его переходом на внутренний рейд для починки, расценив это как еще одно явное свидетельство завершенной расчистки фарватера от брандеров. Но истинное положение дел было совсем иным...

На самом деле максимально доступный ремонт "Георгия Победоносца" был к тому времени уже произведен - с помощью кессона на нем залатали пробоину в корпусе, насколько могли, отремонтировали и внутренние помещения. Но починка искривленного вала в условиях Порт-Артура была делом, увы, нереальным. Однако это не помешало включению броненосца в состав отряда, который призван был помешать высадке японцев у Бицзыво и от которого, собственно, и отвлекали внимание все предыдущие действия русской стороны.

Использовать "Георгия Победоносца" в планируемой акции в качестве главного и единственного средства усиления удара по японским транспортам, способного при этом выдержать огонь броненосцев Того, предложил сам его командир, капитан 1 ранга И.П.Успенский, заявивший на военном совете:

– Без "Георгия", Степан Осипович, нашим крейсерам да канонеркам там несладко придется. А даже если моего "хромоножку" япошки и утопят, то и я уж, будьте покойны, до того им преизрядно хлопот доставлю.

Макаров, изначально не планировавший задействование пострадавшего броненосца, расчувствовавшись, только и смог на это ответить:

– Приказывать вам такое в свете состояния вашего корабля не могу. Но и отказать в праве идти в бой, понимая серьезность нашего положения и стоящей задачи, не смею.

Поэтому в конечном итоге "Георгий Победоносец" все же был включен в ударный отряд, в который, помимо него, вошли практически все боеспособные русские корабли - четыре крейсера-"рюриковича" ("Баян" уже успели отремонтировать), "Яхонт" с "Алмазом", канонерские лодки "Хивинец", "Кореец", "Манджур" и 24 миноносца (6 "немцев", 7 "французов", 4 "невки" и 7 "соколов"). Еще две "невки" и один "сокол" из-за проблем с главными механизмами остались в крепости. Самым быстроходным миноносцем эскадры, "Лейтенантом Бураковым", в этом деле решили не рисковать.