Чтение онлайн

Раднир рассмеялся.

— Она права. Мне не нужна жена.

— Зато нужна очередная наложница.

— Чтобы я сбился со счета? Хорошо, хорошо, — поднял он руки. — Ну, у меня их не более… одной, — он засмеялся. — Я немного преувеличил. Но буду наверстывать упущенное.

Талина и Стенк уже успели привыкнуть к шутливой перепалке Раднира с их сыновьями. Но остальные слушали с недоумением и даже испугом.

— Ну, так зачем тебе Овета именно сейчас? — устало спросил Интар.

— Ну, пусть будет — для веса! — усмехнулся Раднир. — Чтобы мои люди видели, что я везу с собой королевскую дочку.

— Не дочку, а внучку, это раз. Во-вторых, ты едешь с королевой Кордии. Более весомой фигуры не найти! Извините, ваше величество, но скоро этот названный король окончательно выведет меня из себя.

— Ничего, принц Интар, продолжайте, — позволила себе слегка улыбнуться Тайлис.

— Королева Тайлис, — опередил Интара Раднир, почтительно отвесив ей поклон, — смотрит на меня как на врага.

— И почему-то это неудивительно, — пробормотал Иллар.

— А Овета — с любовью, — закончил Раднир. — Моим людям это понравится.

Овета вскочила.

— С какой такой любовью? Раднир, ты думай, о чем говоришь.

— С братской! — невозмутимо похлопал глазами юноша. — А ты о какой подумала? У нас это отлично получилось. Помнишь, Ногала заподозрили. Её высочество, — он склонил голову в сторону Лайны — тоже. Но не нас. Мы отлично сыграли свою роль.

— Так, Раднир, — решительно произнес Интар. — Хватит шутить. Давай окончательно проясним ситуацию. Откровенно. Вы с Оветой подружились…

Раднир с Оветой переглянулись и пожали плечами.

— Я бы поспорил, — сказал Раднир, Овета кивнула головой.

— О чем бы ты поспорил?

— Насчет дружбы.

— Только не говорите, что вы влюбились.

Оба решительно отрицательно покачали головой.

— Ну и на том спасибо! Давайте дальше. Девушка рядом с тобой может быть лишь в нескольких случаях. Если это твоя сестра, невеста, жена, наложница или заложница. Ни один из этих факторов не имеет место быть. Так?

— Так, — Раднир и Овета кивнули вместе.

— Чтобы прояснить ситуацию до конца, Овета теряет право на престол, если выходит замуж за чужестранца.

Раднир и Овета, не сговариваясь, кивнули одновременно.

— Твой отец не имел жен, имел наложниц, — продолжил Интар. — Если ты введешь у себя такие же обычаи, то просто к сведению: это может пройти с простой девушкой, но не с королевской внучкой.

Молодые люди опять кивнули.

— Ну и хорошо, что вы это понимаете. Давайте думать дальше. Вам предстоит долгий путь, не одно сражение. Вы собираетесь пройти три королевства, и все это время Овета будет рядом с тобой. В опасности, в возможном поражении, среди твоих пиратов. Потом ты приведешь её на свой корабль. Что будет с Оветой, если с тобой что-нибудь случится, а ведь ты не будешь отрицать того, что случайная, а скорее всего не случайная стрела или дротик, может прервать твою жизнь. Овета останется среди твоего войска одна, без помощи и защиты. Кем она будет для твоего войска? Ну? Правильно. Добычей. Наложницей, заложницей. Но никак не сестрой.

— Гостьей, — на этот раз серьезно ответил Раднир. — Ты забыл еще один вариант, принц. Твоя дочь будет моей гостьей. Как моей гостье ей ничего не будет грозить. Мои люди будут видеть уважение и почтение, которое я питаю к ней. Они чтут сильных людей. Твоя дочь спасла своего отца, победила их вождя. Она достойный противник и они склонятся перед ней. И не причинят ей зла. Она будет вольна покинуть меня в любой момент и особенно если со мной что-нибудь случится. И потом, ты рассуждаешь так, будто факт того, что я уведу свое войско обратно — свершившееся событие. Да, мои люди приняли меня, и я могу держать их в руках. — Перед удивленным королевским семейством, сидел уже не насмешливый парень, пререкающийся с Интаром и его племянниками, а предводитель, или как он сам себя называет, капитан, обреченный властью и ответственностью за своих людей, за свои действия. — Но мы идем обратно без добычи, без трофеев, без рабов. Мои люди не привыкли так.

— Вы идете живыми. Вот что вы вернете на острова. Живых своих воинов.

— Да, я с тобой тогда согласился, принц. И мои люди согласились. Сейчас, когда они побеждены. Но пройдет немного времени, и они вспомнят, что они свободны и покрыты позором. А когда королева Тайлис возвратит им оружие, они захотят вернуться домой хоть с чем-нибудь.

— Войско твое отца достаточно пограбило в Кордии. Чего еще вам не хватает?

— Силы. Да, сейчас я отвечаю за них. Я спас их от плена и веду домой. Но потом они припомнят, что я проиграл. Что я слаб. Мне нужен рядом тот, кто сильней меня, но кто на моей стороне. Твоя дочь — та сила, что удержит их.

— Если твои рассуждения верны, — Интар покачал головой, — то я отправлю с тобой Иллара. Победитель он. И твои люди знают это лучше, чем то, что сделала моя дочь. В твоих словах есть разумное зерно. Но ты так же не знаешь Иллара, как они не знают Овету. И, кстати, ты забыл в своих заключениях королеву Тайлис. Именно её стрела поразила их короля. Вот та сила, что удержит их, а не Овета. Разве не так?

— Да, наверное, ты прав, принц! — голос молодого капитана прозвучал глухо, — Я мыслил слишком узко. Я учту это на будущее. Но если твоя дочь будет со мной… — поднял он голову.

— То что?

Оглядев королевскую семью, Раднир тихо, но внятно произнес:

— У вас не будет преданней союзников, чем Ситарские острова.

— Хорошо, — вздохнул Интар. — Хоть это и не аргумент, но имеет право быть рассмотренным. Учти, — остановил он радостно вздохнувшего юношу, — быть рассмотренным. Со всех сторон. Нужна ли нам дружба с Ситарскими островами настолько, чтобы рисковать безопасностью Оветы.

— Папа, — возмутилась девушка, — мне ничего не будет грозить, тем более с Илларом.

Раднир, мигом сменив серьезность на насмешливость, подмигнул юноше:

— И с королевой Тайлис.

Иллар непроизвольно сжал плечо Тайлис. После нескольких часов, проведенных вместе, им не хотелось расставаться, их влекло друг к другу. Они и не заметили, что его рука с начала совета лежала у неё на плече. Это получилось само собой.

Тайлис наоборот побледнела, вытянулась в своем кресле и просверлила Раднира взглядом.

Иллар, сообразив, что своим жестом, невольно выдал себя, поспешил убрать руку.