Чтение онлайн

— Хм. Если пять минут назад я был уверен, что наш разговор о будущем сотрудничестве не состоится, то сейчас… — Полковник сложил ладони в молитвенном жесте перед собой и, прикрыв глаза, замолчал, явно о чём-то задумавшись. Правда, стоило мне поёрзать в кресле, как он тут же вернулся на грешную землю. — Завтра, я буду на приёме у Государя, и выясню что к чему. А пока… Давай поговорим о том, ради чего я и звал тебя в гости.

— С удовольствием, Анатолий Семёнович. Только один вопрос. Что заставило вас передумать.

— Именно это… — Почти про себя проговорил Вербицкий и, вскинув голову, улыбнулся. — Ты очень необычный человек, Кирилла Николаевич. Очень. Умеешь выжидать, но умеешь и действовать быстро и без оглядки на авторитеты. Ты думаешь и делаешь и, кажется, совсем не собираешься, как говорите вы, молодёжь, «сидеть на попе ровно». Когда я приглашал тебя, то рассчитывал только приглядеться и, скажем так, навести мосты. Но… как ты правильно заметил, передумал. Причина проста. Я намеревался, присмотревшись, разумеется, в недалёком будущем предложить тебе одно дело, интересное и перспективное, после чего, «взять на буксир»… чтобы через несколько лет, ты мог выйти в свободный полёт, будучи уже знающим и опытным человеком…

— Анатолий Семёнович, а если не ходить вокруг да около? — Вздохнул я.

— Как ты относишься к Марии? — Моментально перестроившись, вдруг спросил Вербицкий.

— Эм-м… как к однокласснице, умной и красивой. — Я чуть опешил от такой резкой смены темы и тона.

— И всё?

— Э, Анатолий Семёнович, у меня, вообще-то, как вам должно быть известно, имеется невеста. — Посчитав, что понял, к чему клонит собеседник, заметил я. Вербицкий хлопнул глазами, открыл рот и вдруг расхохотался, но почти тут же оборвал смех.

— Понимаю. Но, я и не говорю о браке. Точнее, не совсем о браке. — Я недоумённо уставился на полковника, а тот вдруг замолчал, покрутил в руках пресловутый кристалл-накопитель и, лишь спустя минуту, подняв на меня посерьёзневший взгляд, договорил. — Раз ты знаешь о моей должности, то должен знать и то, что род Вербицких не именит. Мы не бояре.

— Мне это известно. — Кивнул я. — Равно как известно и то, что вы уже третий человек подряд в роду Вербицких, принёсший личную клятву верности Государю. А значит…

— Значит, мой труд, труд моих отца и деда пошёл насмарку с рождением Машеньки. — С горечью заметил Вербицкий. — Она никогда не станет личным вассалом Государя… если, конечно, не прыгнет к нему в постель, но такой судьбы я ей не желаю. А значит, уже её потомкам придётся зарабатывать право вассалитета служением, чтобы пятое поколение получило боярский титул.

— И причём здесь я?

— Мать Машеньки — дочь бастарда Скуратовых-Бельских. И если ребёнок Марии будет носителем линии того же рода, то для возрождения фамилии и передачи ему титула, нужно будет только подтверждение экспертизы…

Из меня хотят сделать быка-производителя?! Мама, роди меня обратно.

Впрочем, всё оказалось не так страшно, как мне нарисовало неуёмное воображение.

— Тебя никто не просит спать с Марией. — Вздохнул полковник. — Хотя, разумеется, если отцом ребёнка станешь именно ты, это будет самый лучший вариант. Ты ведь не просто носитель линии, но и генотипа… Но тут я не настаиваю. Я, всё же не боярин, чтоб указывать своей дочери от кого ей беременеть и за кого замуж идти.

— А линия и генотип, разве, не одно и тоже?! — Удивился я, мысленно облегчённо вздохнув. Да мне Ольга тёмную устроит за такие полигамные допущения!

— О… — Вербицкий хлопнул себя ладонью по лицу и тяжело вздохнул. — М-да, об этом я не подумал… Извини, что напугал, Кирилл. Но, ты же боярич, мало того, эфирник, как и все Скуратовы со времен Иоанна Монаха, и должен бы знать об этом.

— Напомню, что моих родителей нет на этом свете уже восемь лет… почти. А когда они были живы, я был слишком мал.

— А Громовы, что… — Начал было Вербицкий, но тут же стушевался. — Извини. Не моё дело… Хм. Ладно. В общем, так. Линия, это наследственная схожесть Эфирного следа и предрасположенность носителей к определённому способу оперирования Эфиром. У тех же Громовых она выражена в особой любви к Пламени. У рода твоей невесты, это электричество на основе воздушной стихии. А у Скуратовых, это были чистые эфирные техники. Линию можно усиливать соответствующим воспитанием её носителей. Того генома, что унаследует будущий ребёнок Маши достаточно для претензии на право наследования боярского звания, а вот усиление его линии твоими техниками, по подсчетам моих евгеников даст стопроцентную гарантию получения титула. Я предлагаю тебе стать в будущем регентом наследника Скуратовых-Бельских.

— Иными словами, нянькой. — Вздохнул я.

— Скорее, учителем и наставником. «Дядькой», если хочешь. — Поморщился Вербицкий.

— Вот, кстати, о дядьках. — Я встрепенулся, вспомнив один момент из досье Леонида на Вербицких… и его облом с агентом на тотализаторе. — А почему ваш сын не может взять на себя ту же ношу, что и вы?

— Потому что, он идиот. — Нахмурился Вербицкий и вздохнул. — Или я недосмотрел… но месяц назад Василий купился на посулы всё тех же Бельских, и ушёл к ним в боярские дети… по клятве. Эх… Теперь понимаешь Кирилл?

— Понимаю, но… а мне-то какая выгода? — Поинтересовался я.

— А для тебя это тоже возможность получить собственный титул. Причём, без многолетних мытарств нескольких поколений. Регент наследника, это, фактически, прямой билет в именитые.

— Вот как? А что мешает мне получить титул сейчас, как носителю и генома и эфирной линии? — Прищурился я.

— Противостояние Бельских, в чьём распоряжении сейчас находится титул, и отсутствие тех, кто замолвит за тебя сло… — Вербицкий покосился на свой браслет и побледнел. Что это с ним? А!.. Вспомнил про гриф, и того, кто его поставил на «моём» деле. Бедняга… то-то у него такой вид, словно ему «винчестер» с любимой порнухой форматнули… м-да. Надо спасать дядечку, а то, как бы его сейчас инфаркт не хватил.