Чтение онлайн

— А потом, Владимир Владимирович?

— Потом будет только хуже. Я на Вас, Николай Михайлович, очень рассчитываю. Вы хотите что–то спросить?

— Да.

— Спрашивайте.

— Несколько странно выстроена очередность задач по важности и опасности фигурантов и ведомств. Я не мальчик, к тому же весьма информированный человек. Должен ли я Вас понимать буквально и допустима ли импровизация, какие–то рокировки?

— Я Вам отвечу так: импровизация почти всегда есть благо. Если она продумана и не выглядит как домашняя заготовка. По сути являясь таковой. Все, что я Вам сегодня сказал, — это мои бессонные ночи. Ситуация хреновая, и нет уверенности, что выпутаемся, и, как вылезать, не знаю. На Бога надеюсь. И верую: Россия — территория Богородицы.

Всё, Михалыч! Ужинать будешь?

13.12.2005 г. 8:10 (время московское). Московская область.

Загорянка.

— Товарищи генералы!

Здравствуйте господа!

Присаживайтесь. Докладывать буду я. Выводы аналитиков соответствующих служб весьма неутешительны. Происходит консолидация антироссийских сил. Центр притяжения и управления — Великобритания и Франция.

Основные ударные силы, исполнители предначертаний: Польша, Украина, Грузия, Албания и прибалты. К ним неминуемо присоединятся Румыния и Молдавия. Возможно, Венгрия и Турция. Вероятна и учтена Финляндия. Это Европа и Малая Азия. Дальний Восток: Япония — без всяких сомнений. Не следует обольщаться и лучше заложиться — Китай.

Возможны варианты и отклонения от, так сказать, генеральной линии, но основные участники определены довольно точно. Причем я перечислил поставщиков пушечного мяса. Второй эшелон — это силы Англии и Франции. Эта парочка мечтает добить раненых и по честному разделить трофеи. Все это при доброжелательном нейтралитете США и НАТО как организации. Где границы такого нейтралитета — покажет время. Боюсь, где–то в Предуралье.

Это враги. Теперь о наших союзниках.

Их не много — наша армия и наш флот. Как видите, все очень просто. Вот такое соотношение сил и средств.

Политического согласия, следовательно, решения еще нет. У новой Антанты свои проблемы и свои склоки. Но! Но. Я приказал Вам собраться сегодня здесь, чтобы Вы ответили мне на один небольшой вопрос! Вернее, два. Какая война для России началась как ожидаемое событие? Второй: к какой войне Россия была готова?

Кто может сформулировать ответ, не растекаясь мыслью…

Самым смелым и эрудированным оказался Сергей Борисович Иванов, но, во–вторых, он министр обороны и по должности обязан излучать отвагу, в-третьих, Загорянка — его территория, а во–первых, был давним президентским знакомцем и коллегой: война 1380 года с монголами, но это была другая эпоха и другие войны!

Иванов был человеком старой доброй школы.

— Хорошо, господа. Вы понимаете: ответ носит чисто академический характер. Посему приказываю: Военные! Срок — месяц. Привлекайте кого хотите: тайн тут никаких. Но ко мне след привести не должен. Соберите конференцию какую или семинар — не знаю. Я хочу знать, какой будет следующая война России. Не с кем, а какая? Вам понятно?

Иванов утверждающе и бодро кивнул.

— Отлично! А что бы подогреть Ваш интерес к профессии и сохранению должности, я этот же вопрос задал еще кое–кому. Потом мы вместе дружно сравним выводы теоретиков. Надеюсь, Вы сумеете объяснить разницу в выводах.

Вице–премьер поскучнел лицом.

— Далее. Контрразведка! Мне необходима объективная оценка проникновения агентурой в структуры власти, их возможности по срыву и противодействию подготовки государства к войне.

Оценивайте все аспекты: внешнеполитический, внутриполитический, экономический, транспортный, мобилизационные запасы, СМИ, диверсионно–террористический. Устойчивость органов государственного управления в предкризисной и кризисной ситуациях.

Рашид Нургалиевич! У Вас строго по профилю: бандиты, коррупционеры, их возможности по дестабилизации страны. Мнение Ваших аналитиков об их возможностях и на чьей стороне будут играть мне необходимо. Впрочем, вопрос чисто риторический: с кем будет жулье? По–моему, сомнений нет. А с кем будут бандиты? Английскому бизнесу «крыша» не потребуется, а поляки навяжут свою.

Такая, господа, у меня в Вас необходимость. Но я Вам тоже нужен: с этой минуты объявляю «угрожающий период». Приказ. Точка.

Патрушев! Доведите до должностных лиц их права и обязанности.

— Господа! Прочтите и распишитесь.

— Хочу обратить Ваше внимание и честно предупреждаю: с этой минуты за болтовню, коли случится, на вопросы прокурора Вам отвечать не придется. Без моей визы, на основании Указа Президента «Об условиях введения порядка и правил угрожающего периода» члены Ваших семей невыездные. Надеюсь, понятно, что осталось за кадром?

Президент с интересом наблюдал за озабоченными перспективами чиновников. Выждал и изрек: Товарищи! В пятидесятых годах девятнадцатого века у населения Европы случилась большая неприятность! Канцлер Горчаков отлил жестокую фразу: Россия сосредотачивается… Подумайте, что старый дипломат хотел этим сказать?

Крепко подумайте! Эта фраза станет основой нашей внешней политики, каковая с этого момента подчинена нашей внутренней политики!

Господа! Не смею задерживать. Патрушев, останьтесь.

Господа удалились учить историю.

— Николай Пантелеймонович! Есть дело…

— Я весь внимание, господин Президент!

— Вы обслуживаете ФАБСИ, что есть на эту фирму?

— На все фирмы есть материальчик… Старовойтов, э-э, позвольте я пропущу, такого нагородил. Преемникам разгребать десяток лет точно.

— Я уточню: на активную часть структуры: перехват, дешифровка?

— На каждого месье есть свое досье, как говорится… Шифровальщики от века под особым контролем. Сигналы есть, но они всегда были. Нет у меня уверенности, что это не деза. АНБ свой хлеб зазря не жует, там тоже люди работают. Как знать: у нас утечка или сами шифры раскололи?

— Вы докладывали о перспективах…

— Да, есть малость, надо месяц–два.

— Хорошо, а если иначе поставить вопрос: насколько чисты люди в перехвате, аналитике и дешифровке?