Чтение онлайн

Мерзко.

Она отклоняется, и кончики его пальцев касаются верхней части её ляжки, продвигаясь все ближе и ближе к бёдрам.

— Знаешь же, что я ненавижу, когда ты заставляешь меня ждать, — говорит он, подчеркивая, что это определенно не первая встреча с ней.

— Прости, дорогой, но мне пришлось сушить волосы, а отельный фен отстойный, — говорит она, сжимая в пальцах темные волны, которые каскадом падают на плечи. Я не эксперт в женских прическах, но, похоже, что она сделала чуть больше, чем просто высушила их. Если подумать, я бы сказал, что она накрутила волосы, побрызгала их лаком, и вложила до хрена усилий, чтобы произвести впечатление на мужчину, которому, вероятно, будет плевать на неё в конце дня.

— Ты же понимаешь, что уже час ночи, а завтра мы должны быть на чертовой свадьбе, верно? — спрашивает он, говоря так, словно это чужая свадьба. Полагаю, так и есть. Мужчина, сидящий здесь и лапающий по всему телу эту женщину, не тот самый мужчина, который завтра собирается обменяться клятвами с Оливией. Этот человек, мужчина, за которого она думает, что выйдет замуж, ничего более, чем фарс.

Притворство.

Совершенно очевидно, что это человек, привыкший получать всё, что захочет, и точно знающий, как добиться этого.

Но я не понимаю, если он мог заполучить любую женщину в мире, почему она? Почему добродушная, скромная душа, которая верит, что он принимает её интересы близко к сердцу?

Этот мужчина, этот ублюдок, напоминает мне о клиенте, который был у меня в прошлом году. Парню было немного за сорок, первый ребенок богатых родителей, который разводился с первой женой, женщиной, с которой был со старшей школы.

Почти двадцать лет брака, и все коту под хвост. У него хватило наглости бросить её ради молоденькой девушки и назвать свою бывшую грёбаной стартовой женой. Не только это, но он утверждал, что знал с тех пор, как они обменялись клятвами, что так не будет продолжаться целую вечность.

— Давай вернемся в мой номер, пока никто не видит, — говорит он, поднимаясь со стула и стаскивая девушку с её. Его руки покоятся на её бёдрах, а сам он зарывается лицом в её шею.

Ставлю на то, что он испытывает страх быть застуканным, хотя, очевидно этого пока не произошло, потому что я сильно сомневаюсь, что Оливия выходила бы завтра за него замуж, если бы знала, что выходит замуж за такого.

— Я ещё не выпила своё вино, — протестует она, одним из тех приторно-сладких детских голосов, что звучат, как противные взрослые.

Я допиваю остатки своего напитка.

Не могу оставаться здесь ещё минуту с этим дерьмом.

Но перед уходом я делаю случайную фотографию двух придурков на телефон, удостоверяясь, что он на беззвучном режиме, и таким образом оставаясь незамеченным. По своему опыту знаю, что люди не всегда хотят верить во что-то, пока они не увидят это собственными глазами. Я также знаю по опыту, что сплетни это - просто сплетни. И что фотография зачастую помогает выиграть или проиграть дело. Доказательство. Вот и всё. Возможно, мне даже не понадобиться использовать её, но я предпочел бы, чтобы она была у меня, чем нет.

Возвращаясь в свой номер, я через несколько минут ложусь на кровать и включаю телевизор для фонового шума, потому что мои мысли чертовски громкие.

Он её не заслуживает.

И, несмотря на то, что у меня обычно нет привычки ввязываться в дела других людей, если только они мне не платят по почасовой оплате... Я бы сделал исключение для Оливии, потому что пять лет назад, я бы отдал бы всё кому-то, кто предупредил бы меня прежде, чем я выставил себя дураком.

Отменить свадьбу унизительно, особенно своеобразным способом, но это ничто в сравнении с тем, чтобы выйти замуж за любовь всей своей жизни, улыбаться с тысячи свадебных фотографий и начинать прекрасную жизнь вместе - только, чтобы выяснить, что тот, кого вы знали, был лживым, изменяющим бабником.

Я должен предупредить её.

У меня нет её номера. Я не знаю её фамилии - или его, если на то пошло, но я что-нибудь придумаю.

— Оливия? Оливия, ты слышала, что я только что сказала? — мама отрывает меня от небольшой утренней мечтательности. — Твоя сестра сейчас принесёт платье. Мы готовимся в твоём номере, если ты не против.

— Конечно. — Я возвращаюсь обратно в настоящее время, стараясь забыть вчерашний сон.

Я шла к алтарю, одетая в белое, в изобилии цветов, струнный квартет играет «Канон Пахельбеля11» ...а подойдя к концу я увидела, что там стоял не Дориан - это был Габриэль, адвокат по разводам, которого я встретила в баре прошлой ночью.

Это очень странно, но в том сне, я была счастлива. Нет, не счастлива. В полном восторге. Всё в этой сцене казалось правильным и естественным, и наполнило моё тело теплом и полнотой.

Все казалось таким реальным, даже когда я проснулась.

И сейчас кажется.

Но мне нужно очнуться от этого, потому что я выхожу замуж за Дориана, и этот сон совершенно ничего не значит, как и большинство прочих.

Мама реагирует на стук в дверь. Моя сестра Амелия заносит платье в двух руках. Оно больше нее. Изначально я выбрала более скромный вариант, с меньшим количеством шифона и тюля и большим количеством кружева цвета слоновой кости, классического фасона, но моя будущая свекровь настояла на том, что оно будет выглядеть нелепо.

— Будет выглядеть, словно ты пришла в дениме на «Met Gala12», — произнесла она, подняв чашку к губам и выставив мизинец в сторону.

Раздается ещё один стук, и мама спешит открыть дверь.

— Элизабет, Морган, — говорит она другим моим подружкам невесты. — Не все мы выглядим этим утром лучезарными и жизнерадостными!

Элизабет всё улыбается мне, но что самое странное - у неё мешки под глазами, и выглядит она так, словно через две секунды вернется обратно в постель. Её темные волосы собраны в неопрятный пучок на голове, и она трет глаза, прежде чем рухнуть в кресло.