Чтение онлайн

– Я собрал вас, дети мои, дабы поговорить о тех безбожных делах, что творятся под благословенным небом Галатона, – елейным голосом произнес он. – Народ империи забывает о богах и уже не испытывает должного священного трепета перед их всемогуществом. Храмы наши пустеют, и иссякает поток подношений. Люди перестали бояться гнева богов и живут во грехе, не каются в нем. Да и милость божья им уже не нужна. Зачем, когда есть магия? – слово «магия» Падерик произнес с отвращением, будто вынужденно осквернил уста непристойным ругательством. – К чему просить богов о чуде и приносить им жертвы, к чему оставлять свои денежки в храме, когда можно обратиться к чародею? Он возьмет дешевле, к тому же гарантирует результат. И я спрашиваю вас, дети мои, доколе? Доколе мы будем терпеть греховную волшбу? Призываю вас восстать против магов и обратиться к его императорскому величеству с прошением о запрете на колдовство!

Его высокопреосвященство замолк и, отдуваясь, посмотрел на слушателей, ожидая их реакции. Говорить красиво, долго и убедительно Верховный жрец умел и любил. Этот талант и позволил ему достичь высшей ступеньки в карьере. Но собравшихся здесь пронять пылкой речью было не так—то просто. Все они были искушены в закулисных интригах и подковерной борьбе. Все прекрасно понимали, куда клонит их предводитель. Одиннадцать пар глаз преданно уставились на Падерика, но ни в одном почтительном взоре не читалось истинного единомыслия.

– Что до моих девочек, – заговорила наконец статная черноволосая женщина лет пятидесяти, несмотря на возраст, все еще замечательно красивая, – каждая из них еженедельно посещает храм. И десятину они платят честно.

Старая греховодница! Верховный жрец едва не заскрежетал зубами в бессильной ярости. Мать Лаурита, Старшая жрица храма Неи златокудрой, всегда отличалась несговорчивостью. А что самое неприятное, являлась серьезным авторитетом для остальных жрецов. И ее теперешняя реплика задавала тон всей беседе.

– Что же касается магии, – продолжила Лаурита, – как вы себе представляете работу блудниц без амулетов, предохраняющих от заразы?

– И без бабок—ведуний, вытравливающих плод?! – угрожающе уточнил Падерик, уставившись в глаза жрицы.

– И без них тоже, – черноволосая спокойно выдержала ненавидящий взгляд и даже позволила себе холодно улыбнуться.

Ссориться с Лауритой было не с руки. Именно под ее покровительством Падерику поставляли невинных девочек, еще не вступивших на скользкую дорожку порока. Жрица Неи слишком много знала, причем обо всех, поэтому вела себя как хозяйка положения.

– Ну, ремесленникам без магии тоже никуда, – вмешался добродушный отец Дарсан, Старший жрец храма Дадды—труженика. – К примеру, оружейники магической закалкой пользуются, ткачи опять же в лучшие материи заговоренные нити вплетают. А сапожникам как без волшебства? Обувь для знати только с наговором шьется, чтоб, значит, ноги не терла и не промокала. Нет, моим ребятам без чар никак.

Падерик вопросительно посмотрел на отца Вельмарина.

– Нет—нет! – воскликнул тот. – Ни один моряк без оберегов сушу не покинет! В Портовом квартале начнется бунт, вздумай я запретить чародейство! Да и на моряков жаловаться грех: перед выходом в рейс они все приносят Маннаину весьма щедрые дары!

– Боевая магия – основа военного дела, – решительно заявила Варелия, Старшая жрица кровавой Морриган.

– И всадникам чародеи потребны всегда, – поддержала ее мать Танефа, – усмиряющая сбруя, зачарованные подковы, целители, наконец! Без этого никуда, храни нас, Эгония—покровительница!

– То же касается скотоводов и земледельцев, – тихо произнесла мать Перетея из храма Брижитты. – От магов зависит урожай и здоровье скота. Отказавшись от волшебства, мы рискуем обречь Галатон на голод…

– И довольно странно, что Верховный жрец Луга всеблагого – покровителя магов и магии – ратует за ее запрет, – высказалась мать Лаурита. – Разве они недостаточно жертвуют вашему приходу, Великий отец?

– Луг был объявлен покровителем чародеев всего лишь пятьсот лет назад! – не выдержав, рявкнул Падерик. – До этого же Луг наш великий являлся покровителем праведников и власть имущих!

– Всегда находила это сочетание забавным, – непринужденно заметила жрица Неи. – Как можно одновременно быть праведником и иметь власть?

– Очень просто! – взъярился его высокопреосвященство.

– В самом деле, ведь вы доказываете это своим примером, Великий отец, – сладко улыбнувшись, заявила Лаурита.

Падерик пребывал в тихой ярости, направляя все силы на то, чтобы не выдать своего бешенства. Что позволяет себе эта заступница грязных шлюх? И почему всем остальным так уж необходима магия? Ведь жили же как—то без нее раньше, и ничего! Но жрецы Тарантуса, Стратаны, Пирия, Ат—таны и Нуадия тоже высказались в защиту волшебства. Верховный жрец сделал несколько глубоких вдохов, через роскошное парчовое одеяние ущипнул себя за ляжку, дабы не дать волю гневу, и произнес:

– Хорошо, дети мои. Я понял вас. Вашим прихожанам нужна магия. Но надеюсь, речь идет лишь о светлой ее стороне? Ведь темная волшба незаконна.

Жрецы переглянулись. Конечно, их прихожане пользовались магией мрака. Да и как без нее? Слишком многие виды волшебства объявлены в государстве вне закона. С другой стороны, признать это в присутствии Верховного жреца Луга, поборника праведной жизни, означало навлечь его гнев на свои приходы. Поэтому все одиннадцать священнослужителей неохотно, но утвердительно кивнули.

– Я знал, что могу быть уверенным в вашем благочестии, – пафосно заявил Падерик. – Предлагаю вам поставить свои подписи на прошении к императору.

Верховный жрец махнул рукой Иллане, и та, подойдя к столу, выдернула из кипы свитков одно из заранее приготовленных писем. Затем принялась обходить жрецов, подавая им бумагу и перо с чернильницей – здесь, в храме Луга всеблагого, магические самопишущие стилосы не признавались. Подписывая прошение, каждый понимал: Верховный жрец заботится вовсе не о соблюдении законности. И совсем не любовь к богам двигала этим одышливым толстяком. Власть – вот единственное, что нужно Верховному жрецу. Его беспокоит лишь ослабление влияния религии в государстве.