Чтение онлайн

— Замечательно, — заявил Лейн, с профессиональным интересом оглядев Кима. — Сегодня удивительно удачный день. Сначала эта, — он мотнул головой в сторону висевшей на цепях девушки, — теперь он.

— Да, — согласился Кейн. — Хороший день. Однако пора и поработать… — Он подошел к стене, задумчиво оглядел ее, потом снял большие клещи. Попробовав ногтем остроту отточенных кромок, остался доволен. Все это время Ким со страхом следил за ним, уже понимая, что его ждет. Самым интересным было то, что какая-то часть его сознания следила за всеми приготовлениями спокойно и отстраненно. Именно оттуда пришла мысль о том, что самое главное — побыстрее потерять сознание. Эти люди не располагают технологиями Департамента, поэтому смерть не заставит себя ждать слишком долго.

Он ошибся — и понял это в тот момент, когда Лейн принес тяжелый шлем с тянувшимся к нему толстым кабелем. Кабель он подключил к закрепленному под столом грубому металлическому ящику.

— Это чтобы жизнь не казалась тебе медом, — заявил Лейн, с ухмылкой надев шлем на голову Киму. — Попрыгаешь ты у нас…

Шлем почти полностью перекрыл Киму обзор, лишь перед глазами была небольшая узкая щель, позволявшая видеть часть потолка. Свободным остался и рот — Ким почувствовал, как в горло ему сунули какую-то трубку, закашлялся, тут же из трубки хлынул поток горьковатой жидкости. Давясь и захлебываясь, Ким вынужден был ее проглотить. Трубку вытянули, Ким услышал, почувствовал всем телом, как Кейн положил на стол тяжелые клещи. Потом Лейн что-то сделал, и Ким вскрикнул от боли. Ему показалось, что шлем внезапно ощетинился тысячами вонзившихся ему в голову игл. А может быть, именно так и было.

— Электроды, — пояснил Лейн, нагнувшись и посмотрев Киму в глаза. — Помогают контролировать уровень боли. Я не хочу, чтобы ты сдох слишком быстро.

— И я тоже, — добавил Кейн. — Я как раз соорудил новую костоломку. Надо бы испытать ее.

Снова что-то щелкнуло, голове стало тепло.

— У меня все готово, — заявил Лейн. — Начнем, пожалуй?

— Начнем, брат Лейн…

Ким ощутил, как его взяли за правую руку, спустя мгновение острые кромки клещей сомкнулись на его указательном пальце.

— Итак, Ким… — раздался над самым ухом тихий голос Лейна, Ким даже вздрогнул от неожиданности — очевидно, в шлем были вмонтированы динамики. — Расскажи нам, кто и зачем тебя прислал? Зачем ты приехал сюда, Ким?

— Меня никто не посылал, я приехал к вам сам. Хотел научиться вашему искусству.

— Ну так учись… — в голосе Лейна послышалась усмешка, и тут же Ким ощутил страшную боль в руке. Он почувствовал, как хрустнула перекушенная клещами кость, это было не только больно, но и невыносимо страшно. Ким закричал, зал наполнился отзвуками его вопля.

— Хочешь взглянуть? — Кейн демонстративно поднес к глазам Кима отрубленный палец. — Нет? Ну, как хочешь. Пальцев у тебя еще много.

— Повторяю вопрос, — снова вполз в уши вкрадчивый голос Лейна, — зачем ты сюда приехал? Кто тебя послал сюда?

— Я сам приехал! — простонал Ким сквозь боль, уже понимая, что навсегда потерял палец. — Я говорю правду!

— Брат Кейн…

Клещи сомкнулись на безымянном пальце, Ким задергал рукой, пытаясь освободиться. Бесполезно — отточенные кромки начали смыкаться, Ким снова заорал от невыносимой боли. Все тот же, отдающийся во всем теле хруст — и голос Кейна.

— Два пальца. Продолжать?

— Прижги раны. Он не должен подохнуть раньше времени.

— Да, брат Лейн. Разумеется.

Ким услышал, как что-то стукнуло, затем с характерным хлопком где-то вспыхнуло пламя — именно так загорается газ. Прошло еще несколько секунд, и в пропитанное болью сознание Кима ворвалась новая боль — огненный факел коснулся обрубков пальцев. Ким опять закричал, чувствуя, что не вынесет этого. И хуже всего было то, что спасительное забвение никак не наступало. Не иначе, проклятый шлем и в самом деле не позволял ему отключиться.

Пламя погасло, Ким ощутил витающий в воздухе запах паленого мяса. Его мяса, его плоти. Осознание этого было невыносимым.

— Хорошо, Ким, — произнес Лейн. — Расскажи нам о себе. Кто ты, где родился, кто твои родители? Это ведь не так трудно. Пока ты говоришь, боли не будет, это я тебе обещаю. Говори, Ким…

— Отпустите меня… — простонал Ким.

— Ты не ответил на мой вопрос. Брат Кейн…

— Да, брат Лейн… Только я лучше поработаю с другой рукой.

Ким слышал, как Кейн перешел на другую сторону стола, и тут же почувствовал прикосновение стали к левой руке.

— Я скажу! Я все расскажу! — закричал он. — Я Ким Ремезов, родился на Земле в двадцать девятом году, десятого сентября. Родителей не помню, они погибли в аварии, когда мне было три года. Меня воспитал дядя, дядя Гарольд…

— Уже лучше. Где ты учился?

— Колледж святого Лаврентия. Потом попал в Департамент Наказаний, работал в конвойном отделе. Оттуда был переведен в штат Исполнителей…

— Брат Кейн, да у нас важная птица… — с наигранным удивлением произнес Лейн. — Уж не Департамент ли тебя к нам подослал?

— Нет! Я говорю правду!

— Может быть. И все-таки, брат Кейн, освежи-ка нашему другу память…

— Нет! — заорал Ким, его крик перешел в вопль — Кейн снова сомкнул клещи.

— По крайней мере, на курок ты больше жать не сможешь — ни правой рукой, ни левой, — усмехнулся Кейн, продемонстрировав Киму очередной палец.

Сознание Кима раскалывалось от переполнявшей его боли. Словно в тумане, услышал он хлопок газовой горелки, руку обдало пламенем.

— Аккуратнее, брат Кейн, — недовольно произнес Лейн. — Ты спалишь ему всю руку.

— Так все равно она ему уже ни к чему, — ответил Кейн и сам же рассмеялся над своей остротой.

— И все равно тебе следует быть аккуратнее… Итак, Ким, зачем тебя сюда прислали?

Удивительно, но Ким еще сохранил способность соображать — точнее, это делала та холодная часть его рассудка, которая наблюдала за происходившим со стороны. Да, он говорит им правду — но они не верят. Можно солгать, сказать, что его подослали. Но тогда они будут мучить его до бесконечности, пытаясь докопаться до того, чего на деле не существует. Врать не имеет смысла, ложь только продлит его мучения. Сейчас у него осталось всего одно желание — желание умереть.