Чтение онлайн

Как же меня трясло от невозможности потрогать, вцепиться, прижать к себе! От этой потребности, казалось, порвет на части, и я двигался все быстрее, диссонируя с ней, сжимая ее коленями, чтобы никуда не делась. И даже вожделенный оргазм на фоне всей этой прелюдии померк — я захлебывался ощущениями. Губы беспощадно тянуло в улыбке, дыхание сбивалось, и мокрая обессилившая Кристина, распластавшаяся сверху, не облегчала мне задачу надышаться.

В голову лезли грязные маты — только они могли выжать из мозга передоз эмоций, чтобы тот не лопнул. А еще хотелось смеяться…

— Слав, тебе плохо? — встрепенулась Кристина и завозилась с платком.

— Не знаю, — хохотал я.

— Слушай, если тебе не нравится, давай не будем…

Я сцапал ее, едва почувствовал свободу, и рванул к своим губам:

— С ума сошла? Ты как?

— Хорошо, — теперь и она улыбалась.

— Ну вот и прекрасно — мы нашли друг друга. Два больных идиота…

Моя фея рассмеялась, и все черные предчувствия лопнули. Я глубоко вздохнул, стянул резинку и бросил на тумбочку. Больше моих сил сегодня ни на что не хватило.

Я проснулась от поцелуев.

Когда бы с утра меня так радовало общество Багратова? Кто бы сказал неделю назад, что я буду урчать от его прикосновений — покрутила бы у виска. Теперь едва сдерживалась, чтобы не покрутить попой, подставляясь под его губы. Он не трогал руками, но с ним я чувствовала себя полноценной.

— Малыш, на спинку ляжешь?

Ну как тут было не лечь?

Слава коснулся губами выпирающей косточки на бедре, и я задержала дыхание. Прохладный ветерок скользнул по коже, унося уютное тепло одеяла, накопленное за ночь, но я готова была обменять его на горячий выдох мужчины в самом сокровенном месте, который обещал, что я не замерзну.

Невинный поцелуй сразу же сменился порочным проникновением, и я вздрогнула, выгибаясь. Закусила губы до боли и зажмурилась, зачем-то пытаясь сдержать выдох. Солнечный луч бесновался на лице, как губы и язык мужчины — внутри. Слава был хорош… нет, он был лучший! Первый, кто принял меня такой, какая есть, и мои правила, и это само по себе уже создало какую-то новую эрогенную зону на всей поверхности кожи. Ему не надо было трогать ее — она вибрировала даже от мыслей о нем. А уж от ласки…

— Ммм… — подалась дрожащими бедрами вперед и вцепилась пальцами в простынь, — Слав, пальцы… Да… да… ммм…

Конечно, так меня никто не трогал, и я решила рискнуть, но за всеми этими ощущениями не могла разобрать — хорошо мне или уже плохо. Было все равно. Слава вел — я велась, и было плевать, куда. Я доверилась, и он не подвел… Уже через несколько вдохов я дрожала, сжимала ноги и его пальцы внутри и пошло постанывала, а он все высекал новые и новые искры моего оргазма, выкручивая меня до последнего вздоха...

Когда он навис надо мной, я уже справилась с порывом зарыдать — это был бы перебор для него. Наедине с собой — да, нужно, но это подождет.

— Может, мы попробуем? — заглянул мне в глаза. — Я… здесь… сейчас…

Я растерянно моргнула, и страх, что мгновенное затопил меня по уши, скрыть от него не удалось.

— Быстро… — выдохнула одними губами.

— «Холодно», — нахмурился он.

— Я согрею, — улыбнулась. Не хотелось портить утро, а благодарить мне его было, за что. — На спинку ляжешь?

Он капитулировал с безумно соблазнительной усмешкой, но задержалась она на его губах ненадолго. Теперь была его очередь шипеть сквозь зубы и впиваться пальцами в простынь, а я ловила себя на ощущениях, что впервые удовольствие сделать мужчине хорошо вытесняет болезненную потребность причинить боль...

После столь насыщенного пробуждения завтрак на террасе меня добил, и я растеклась в кресле, смущенно наблюдая за Славой. Он сидел напротив и с серьезным и внушительным видом намазывал мне тост вареньем.

Погода была хорошая, в воздухе стоял густой запах сосен, морилки и кофе, а в животе порхали бабочки, подскакивая временами к солнечному сплетению и сбивая дыхание. Главной задачей теперь было не обольщаться… Что бы он ни говорил. Дети у «двух больных идиотов» вряд ли могут быть в планах, до этого слишком далеко по витиеватой нелегкой дороге.

Только казалось, Слава для нее создан, для этой дороги. Он, мать его, избранный, как в сказке, преодолеет всех чудищ, сносит три пары железных сапог… хотя, я не готова столько ждать!

— Слав, а можно тебя попросить сесть ко мне?

Он посмотрел на меня таким взглядом, в котором с равной степенью вероятности можно было прочитать «Блин, я могу хоть позавтракать без пороха и фитилька?!» или «А давай бахнем! И весь мир вдребезги!»

— Можно, — улыбнулся, поднялся и направился ко мне с бутербродом. — Кристин, мне нравится твой настрой.

— Спасибо, — поднялась я, чтобы дать ему сесть. — Не привыкла отступать.

— В этом я даже не сомневаюсь, — поднял он руки, давая мне осторожно усесться у него на коленях. — Подашь кофе?

— Ох, рискованную конструкцию мы соорудили. Ты, я, горячее кофе… — улыбалась я, протягивая руку к столику.

— Кофе здесь самое безобидное… Но смотри, чтобы не опасаться понапрасну, надо строить реальные планы на случай непредвиденных ситуаций. К примеру, в случае чего, я выбрасываю кофе с балкона…

— А если не успеешь?

— Выливаю на себя.

— Но предложила то всю эту авантюру я.

— Но я хотел, чтобы ты предложила, ты просто об этом не знаешь. Поэтому к риску я готов.

Если до этого я сидела с прямой спиной, то теперь плечи сами опустились, а губы поползли в стороны:

— Данил бы тобой гордился.

— Я просто знаю, о чем ты думаешь, — проигнорировал он мой комплимент, приближаясь к самому уху: — Что это все — игрушки… Только, девочка моя, — невыносимо возбуждающе и немного опасно зазвучал его голос, — я никому не позволял себя трахать так, как это сделала ты…