Враг моего врага
Шрифт:
– Ценные подарки?
Шаман пнул интервьюируемого товарища ногой, угодив ему носком ботинка в аккурат по косточке, по лодыжке.
– Не попугайничай, майор! Отвечай на вопросы!
– Я говорю про квартиру, – уточнила Роза. – Про ту самую квартиру, где мы вас взяли. Неплохие нынче подарки государство раздает сотрудникам спецслужб! Не всем, конечно, но – «особо отличившимся»… Лазарев, что еще, кроме квартиры, вам «презентовали»? Во исполнение закрытого Указа?! Что-то среди ваших «цацек» мы не нашли звезду Героя России и наградные документы… А меж тем у нас есть сведения… Да-да, не удивляйтесь!.. Что и вы, Лазарев, были награждены в числе «особо отличившихся»! Могли бы, кстати, и в более престижном районе квартирешку вам выделить! А то Люблино… Вот же жлобье!
– Не понимаю, о чем вы говорите. Квартиру я получил от своего ведомства, буквально накануне выхода в запас! А в запас вышел после излечения в госпитале. Я был ранен в Ингушетии во время «спецухи» весной прошлого года.
– Что? Весной прошлого года? – переспросила Роза. – А квартиру когда, говорите, получили?
– Осенью. В начале октября… В прошлом году. Как только получили на руки ордер, сделали небольшой допремонт и ближе к ноябрьским – вселились.
– Что-то тут не сходится, – Шаман посмотрел на напарницу. – Роза, чего-то он не то гонит! По нашим сведениям, он получил хату не позднее первого октября! Э т о г о года! Этого! А никак не прошлого!
– Ну так есть же документы на квартиру, – подал реплику Лазарев. – Она записана на меня. Документы в синей папке. Папка лежала в коробке из-под женских сапог… С другими документами – в секретере, в гостиной!.. Ну не был я на Кавказе в августе! Я из Москвы и области вообще никуда не уезжал! Все лето пахал сутки через сутки, как проклятый! Всего пару-тройку выходных брал… А в августе, кажется, один выходной всего имел!
– Шаман, ты видел эту папку? – поинтересовалась Роза.
– Да. Мы все документы, какие нашли, в том числе и на хату, загрузили в одну из двух сумок!
– А на месте не могли посмотреть?
– Это вопрос не ко мне, Роза. Мы с тобой в адрес вместе приехали!
– И еще, – вновь заговорил Лазарев. – Вы тут называли числа, даты. Упоминали период с седьмого по двенадцатое, кажется, августа?… – Он помолчал, взвешивая возможные последствия того, что собирался сказать. Потом все же продолжил, потому что молчание или путаница в датах и событиях были в его ситуации более важным фактором, чем открытие какой-либо информации. – У моего… моего сынишки… у него день рождения как раз… одиннадцатого августа!
– И что?
– Ему восемь исполнилось…
– Ну и что из того? – хмуро сказал Шаман. – Думаешь, мы бросимся поздравлять твоего отпрыска с этой некруглой датой? Спустя три с лишним месяца?! И в нашем, так сказать, интересном «положении»? Слушай, майор… Ты, как я вижу, так ни хрена и не понял…
– Постой, Шаман, секунду! – перебила его женщина. – Так… Не пойму я что-то, куда вы клоните, Лазарев? Почему сказанное только что вами про день рождения вашего сына должно нас впечатлить? Или, тем более, разжалобить?!
– Значит так. Если вкратце… – после паузы сказал Лазарев. – Я подменялся с коллегой на сутки. Чтобы он, значит, вышел в «сутки» за меня, ну а я, следовательно, отдал бы ему при первой возможности «должок»! Подменился я специально с тем расчетом, чтобы… чтобы отметить с остальными день рождения сына. Мы не часто собираемся, но здесь намечалось… и заранее обговаривалось… семейное такое… мероприятие. Теща с тестем приезжали… Еще брат жены присутствовал со своей супругой… Детей было несколько… ну и другие гости. Свояк снимал на видео… у нас есть где-то эта кассета! Мы иногда просматриваем в семейном кругу… Там еще есть несколько записей: наши семейные видеоматериалы… Я это к чему говорю. Там, на записи, показания тайминга…
– Шаман, вы нашли там какие-нибудь видеокассеты? – спросила Роза у коллеги. – Надеюсь, изъяли?
– Обижаешь, мать. В сумке они. Мы туда все самое интересное загрузили! В том числе и все записи на любых носителях, какие только нашли. Если не врет, то и эта кассета должна быть у нас, в одной из сумок.
Роза на несколько секунд закрыла глаза, потом, тряхнув головой, сказала:
– М-да, появились-проявились нестыковочки… Шаман, давай сделаем перерыв! Пойдем наверх, еще раз внимательно посмотрим на все изъятые у него в адресе документы!
– Да брешет он! Не верю я ему! Они, Роза, еще не такие фокусы-покусы проворачивают! Это ж спецы! Эти красавцы, млин, не только стрелять и резать обучены, но еще и на «разводки» мастера!
– И пленочку ту посмотрим! – В голосе женщины неожиданно прорезались металлические нотки. – Лазарев, ау! Вы еще здесь?
– Шутить изволите, – донесся из-под мешка глуховатый голос. – Сняли бы наручники… Больно же! И руки затекли!
– Ничего, потерпите… Так. Есть два варианта дальнейшего развития событий, Сергей Николаевич, – сказала Роза, делая знак напарнику, чтобы и он следовал за ней. – Если произошла накладка… Если вы не тот, кто нам нужен…
– Мы оторвем тогда кое-кому яйца, – пробормотал Шаман. – За то, что слил недостоверную инфу!
– …то вопрос по вам мы решим очень быстро, – продолжила Роза. – Мы не садисты и без надобности людей не мучаем, не пытаем. Мы работаем на результат! Но если вы, как подозревает уважаемый мною за профессионализм и прочие интересные качества Шаман, пытаетесь тянуть время… Или, того паче, надеетесь нас развести… В таком случае ваша участь и судьба ваших близких, Лазарев, будет ужасной.
Глава 7
Селим, двое его помощников и привезенная ими три дня назад из соседней республики женщина провели ночь в частном домовладении на северной окраине Владикавказа. Дом, расположенный в 15-м микрорайоне на границе с дачным поселком Спутник, порядком обветшал и явно нуждался в ремонте. «Автомат» на электрощите в помещении кухни вышибало каждые тридцать-сорок минут; из дверных и оконных щелей сквозило, прохудившаяся крыша в двух местах протекла – дождь моросил уже третий день подряд. Печь тоже совершенно развалилась, а когда все же попытались ее затопить, то весь дом на какое-то время, пока его не удалось проветрить, превратился в подобие «газенвагена».