Чтение онлайн

Олег ещё с минуту смотрит на Молота. Потом кивает.

— Оружие на землю. Руки за голову.

Молот и не думает подчиняться.

— У меня информация, — говорит он. — Очень важная информация для графа. Готов поделиться за определённые гарантии.

— Гарантии обсудишь с господином лично, — говорит капитан. — Если он согласится. А пока — связать его и к стене.

Молот не сопротивляется. Садится на землю сам, подставляет руки.

Гвардеец наклоняется к нему, негромко и с явным интересом спрашивает:

— А что такого у тебя есть, что хочешь обсуждать с самим графом?

Василий улыбается.

— Такое, что ему пригодится.

Парень молча кивает и отходит.

А в это время пленных уже допрашивают. Один из них — молодой, напуганный — сразу сдаёт всё: и кто заказчик, и кто посредник, и как связь шла. Сипин. Да Молот и не сомневался, но ему всё равно есть что предложить Скорпионову. И на этот раз без подвохов и двойных игр.

— Прекратить огонь!

Тильгенов машет рукой. Его люди опускают оружие. Половина его команды реагирует моментально. Остальные пристреливаются издалека.

Пытаюсь ещё раз превратиться. Сосредотачиваюсь — жар, ощущение движения…

Ничего.

Тело не слушается. Энергия выжата до капли, до самого донышка.

Клац щёлкает клешнёй — беспокоится за меня, видимо.

— Ты похож на морского, — говорит Тильгенов, приближаясь, а на его губах играет ухмылка. — Только сухопутный. Что тут у нас? Люди под контролем…

Он подходит всё ближе. Автомат — наготове.

Жду, когда этот урод подойдёт поближе, чтобы я смог достать его хвостом. Ну а пока прикрываю Иришку, Глеба и людей на берегу. Если Тильгенов решит стрелять, он зацепит невинных. Хотя я всё больше начинаю думать, что он прекрасно отдаёт отчёт своим действиям.

— А хвост красивый, — продолжает Тильгенов. — Пойдёт на трофей. Кто же знал, что здесь два монстра.

Он подходит на пять метров. Четыре. Три.

И тогда я убеждаюсь, что он пришёл сюда не случайно. Тильгенов точно знает, что под хитином прячется граф Скорпионов. Он даже видел, наверное, как я вылетел из воды, как вышел из огня. Но для него это возможность списать всё на «монстра, убитого при спасении людей».

И никто не узнает, что он убил графа. Получит награду и славу. Ублюдок.

Он поднимает оружие. Я не могу уклониться — слишком тяжёлое тело, ноги вкопались в песок.

Ира.

Мне нужна Ира.

Хвост из родового кольца — единственное, что меня ещё слушается. Выплёскиваю из него хвост скорпиона, прозрачный, магический. Он тянется быстрее, чем я сам могу двигаться.

Хвост касается Иры точно в плечо. Вливаю остатки того, что у меня есть. Последние крохи энергии.

— Прощай, граф, — тихо смеётся Тильгенов.

Ира вздрагивает. Поднимает голову, и ей хватает доли секунды, чтобы понять, что происходит. Рустем Тильгенов собирается меня пристрелить.

Между мной и пистолетом мгновенно вспыхивает багровый разлом. Небольшой, нестабильный, но сейчас сойдёт что угодно. Я тоже не жду, бью изогнутым хвостом, чтобы подбросить и отправить в портал этого козла.

Он взлетает на полметра и летит — прямо в портал. Исчезает.

Портал схлопывается.

Тишина.

Его люди стоят, открыв рты с оружием наизготовку — и никто не стреляет. Они просто не поняли, что сейчас произошло.

Пока они думают — у меня есть секунды.

С огромным трудом мне даётся превращение в человека.

— Ира, — хриплю я. — Куда ты открыла портал?

— В Прорву, — она тяжело дышит, а её руки неистово дрожат. — Это было ближе всего… Я просто сделала первое, что почувствовала…

В Прорву.

В ту самую, из которой мы только что чудом выбрались. Где слизь живая, где нет выхода, где полгода сидел Глеб.

Смеюсь. Сначала тихо, потом всё громче. Хохочу до коликов в животе. Люди Тильгенова отшатываются.

— Что с ним?! — кричит один.

— Он свихнулся!

Наконец успокаиваюсь и поворачиваюсь к этим ублюдкам, которые теперь даже соврать не смогут, что не знали, кто скрывался за обликом Скорпиона.

— Вашего командира, — говорю, и голос звучит низко, грубо, не по-человечески, — я отправил в Прорву. Ту самую, аномальную. Откуда не возвращаются.

Они смотрят на меня. Молчат.

— Желающие отправиться следом есть? — спрашиваю.

Оружие падает на песок. Затем бойцы бегут врассыпную. Быстро, не оглядываясь.

Через минуту берег пуст.

Поди, побежали к папочке Тильгенова жаловаться. Мол, младший графёныш сунулся куда не надо, вляпался — а Скорпионов его в Прорву впихнул.

Пусть бегут.

Оседаю на песок. Энергии — ноль. Клац цепляется за штанину, щёлкает — мол, держись, хозяин.

И тут слышу мотор. Вепрь. Точно он — ни с чем не перепутаю этот рёв.

Машина вылетает на берег, тормозит в десятке метров. Дверь распахивается, из неё вываливаются Кабанский и Цыпа. Бегут ко мне.

— Господин! — ревёт Кабанский. — Слава Скорпиону, вы живы!

Цыпа уже у спящих. Проверяет пульс — по одному, быстро. Кивает — все живые, хорошо.

Я хочу ответить что-то остроумное, но я вымотан.

— Чего так долго? — слегка улыбаюсь. — Тут Тильгенов решил под шумок грохнуть меня. Нам тут пришлось запечатать его в Прорве…

Кабанский смотрит на меня громадными глазами, а потом поджимает губы и выдыхает:

— Надо срочно ехать. Это не единственная наша проблема.