Враги
Шрифт:
– Зато теперь в моих руках – Джек-пот.
(рассмеялась)
– … который обещает если не летальный исход, то полное умопомешательство.
(ухмыльнулся)
– Я не боюсь…
***
(робкий стук в дверь)
– Народ, подплываем уже…
Ау. Есть кто живой?
– Да, да. Слышали, - раздраженно пробурчал Берн и еще сильнее меня сжал в своих объятиях.
– Так вставайте.
– Угу…
***
– Ты купил то, что я просил?
– Да.
– Давай сюда.
Лииив, солнышко, а пойди-ка ты сюда, родная…
…
Удар, резвый мой удар, живо, испуганно отбивая его руку от себя.
– Черт. Лив, не будь маленькой!
– Не смей!
– Держи ее, Марат. Иначе дела не будет…
(заломили, усадили в кресло;
… мои, шикарные, пышные волосы… недотепа-парикмахер де Геер вмиг принялся безжалостно укорачивать вдвое)
– Сукин сын, я же тебя… за это потом порву!
– Порвешь. Порвешь, сладкая. Хоть сверху, хоть сбоку…
будешь рвать, сколько сил хватит.
Ну, а пока…
– Ублюдооооок!!
…
Ээээ… а это еще зачем???
Ты же кричал, что тебе не нравится, когда я - блондинка??
Ау!
Ракушка, прием!
– Лив, харе ныть. Мне пофиг какого ты цвета. Любую буду любить: хоть зеленую, хоть фиолетовую, хоть лысую.
А кричал я, потому что ты тогда чуть не разрушила весь мой план.
– Идиота кусок.
***
И вновь проститься с братом. И вновь разойтись с прошлым на срок, длинною в неизвестность.
***
(забраться в лодку со своим паршивцем – и уплыть, затеряться в этом мире от былого)
…
(несмело покрутила в руках паспорт)
– «Ирэн Марсо». Ты прикалываешься? Какая еще нахрен «Ирэн Марсо»???
Ты идиотичней имя придумать не мог?
– Вообще-то, родная моя. Она - единственная, которая подошла на эту роль. Недавно обращенная, без близких. И невероятно похожая на тебя.
– Стоп.
(замерла, побледнела я;
резкий разворот – взгляд в глаза)
Так… так она – настоящая?
– Естественно. По приезду получишь все документы, всю ее историю.
– Она - … мертва?
– Лив. Ну, хватит уже. А?
Может, ты еще мне мораль начнешь читать?
(нервно сглотнула, промолчала)
– А то, что имя не нравится…
Могу только предложить сменить Марсо на Геер.
– Не смешно.
– А я и не шучу, - нервно дернул руль в сторону. Украдкой, пытливый взгляд на меня.
(долгая, тяжелая пауза сомнений)
– Это…
типа…
ты так только что мне сделал предложение… руки и сердца?
– Нет, мля, - нервно сплюнул бок. – В кафе пригласил...
(молчу,
ошарашенная, молчу,
да так прибита шоком, что даже язвительную ухмылку не могу вытащить наружу)
– Ну… так?
– Я подумаю…
– Охренеть. Началось. Сцена три. Дубль триста двадцатый…
– Вообще-то… и Марсо… не такая уж плохая фамилия…
– Нет. Я тебя точно когда-нибудь убью за эти твои издевательства!
(невольно рассмеялась, прижалась, прижалась к его спине)
– Не ври. Без них бы ты… меня так сильно не любил.
(сомнения – и вдруг улыбнулся,
улыбнулся добродушно,
короткий взгляд на меня через плечо)
– И то… правда.
… да есть одно «но».
Раз ты любишь всё по-грубому…
… то и здесь заставлю…
(едкая коварная ухмылка расплылась на его губах, а в глазах заплясали бесенята)
(улыбнулась и я,
пристыжено закусив губу)
– Идиот.
– Стерва…
Эпилог
И не сомневайтесь. Стала, стала я – Геер. И как обещалось, силой, грубостью и страстью был взят (очередной) мой бастион.
Но жить спокойно, дружно мы так и не научились. Не той … породы.
Раз пять уходила от своего Берна, раз пять клялась, что ненавижу…
Но опять, снова и снова возвращаюсь,
… сходимся, снова принимаем друг друга, забывая прошлое. Рисуя все с чистого… листа.
Понимаю, чувствую, это - еще не предел.
Но неважно. Неважно!
… мы – созданы, рождены друг для друга. А потому, сколько бы вечность нам не отписывала испытаний, все равно будем возвращаться друг к другу.
… всё равно будем - вместе.
…
P . S . Да, да , граф Берн де Геер, я произнесла эти слова вслух,
признала сь .
И мало того, если ты , всё же , удосужился проч итать эти мои «глупые мемуары» до конца, то … знай:
я люблю тебя .
[1] Стрит – старше сета (тройки) на одну позицию.
[2] - Я никогда не видел Вас такой эффектной, как в тот вечер
Никогда не видел Вас такой счастливой, Вы были изумительны.
Я никогда не видел стольких людей, желающих побыть рядом с Вами.
Но вот Вы, повернувшись, улыбнулись мне - дыхание перехватило.
Я никогда не чувствовал такой любви так сильно, как в тот вечер