Чтение онлайн

К двум часам, когда шофер привез меня по указанному адресу в Челси, я почувствовал настоящую боль. Он понял, что я не смогу идти самостоятельно, поэтому поднялся в номер, который я ему назвал, чтобы проверить, не сможет ли кто-нибудь помочь. Через пару минут к машине подошла Адриана в рыжем парике. Она принесла с собой морфий, сделала мне укол, и мы немного подождали, прежде чем пойти. Они с шофером провели меня через заднюю дверь и в лифт, не столкнувшись с другими постояльцами. К половине третьего я уже лежал на одной из двух кроватей и чувствовал усталость и одновременно облегчение.

Большой сервант был набит перевязочным материалом, бутылочками с лекарствами и консервами. У стены стояли два больших чемодана, в углу на стуле лежали большие пакеты.

Когда шофер ушел, я спросил Адриану, на чье имя снят номер.

– Комната зарегистрирована на мистера и миссис Хэмпден. Мы заплатили вперед за две недели.

– Вы остаетесь со мной? – спросил я.

– Здесь две кровати, а когда буду выходить, то буду надевать парик. Вы же, естественно, выходить не будете. Вам нужна медсестра, Чарли. На самом деле вам нужен врач, но какое-то время его у вас не будет. Здесь есть морфий, бинты и антисептики, хотя с такими лекарствами я еще не работала. Но у меня есть хорошее руководство. Я знаю, какие дозы вам давали в Королевской больнице. Надеюсь, вы в хороших руках. – Она слабо улыбнулась.

– Я в этом уверен, – сказал я. – У вас были неприятности? Как вы думаете, за вами следили? – Я ждал ответа, но не дождался. – В больнице я видел Мэри Хопсон. Она приходила не меньше двух раз, но так и не поняла, где я.

– Боже мой, Чарли! Мне это совсем не нравится. Они превосходят нас в числе. Как определить, следили за мной или нет? Я не знаю, как выглядят эти Хопсон и Стэнтон. Хотя я передвигалась очень быстро, иногда с водителем, иногда вела сама.

– Вас не узнали здесь, в гостинице?

– Это не я нашла и оплатила номер и не я привезла запасы. При закупке еды и одежды я была переодета, но приехала сюда на одной из машин Фредди. Дворецкий занес вещи в номер. Им бы пришлось следить за мной, дворецким и Фредди по отдельности. Фредди сюда ни разу не приходил и не планирует. Когда я ехала сюда сама, я взяла кеб от дома и доехала на нем до ресторана поблизости. Оттуда я ушла через кухню. Ушла я в парике. Думаете, этого было достаточно? – Она беспокойно подошла к окну и выглянула в щелочку из-за тяжелых занавесей.

– Сомневаюсь, что мог бы тягаться с вами даже в мои лучшие годы, – сказал я. Затем, каким бы я ни был обеспокоенным и усталым, я не мог не рассмеяться абсурдной ситуации, в которой мы оказались. Однако взгляд, который бросила на меня Адриана, быстро оборвал мой смех. – Вы боитесь? – спросил я довольно робко.

– А вы, Чарли?

– Да, черт возьми. У вас есть револьвер?

– Здесь, в сумочке, но у меня есть кое-что еще, что вы хотели, чтобы у меня было.

– Надеюсь, носки для меня? Она засмеялась:

– Фредди мне рассказал. Да, есть и они, но у меня также есть базовое условие выживания – желание убить врага, Чарли. Чем больше я думала о том, что происходит, тем больше соглашалась с тем, что говорил сержант на занятиях по самообороне в четырнадцатом году. И теперь я скорее злюсь, чем боюсь.

– Что ж, а я скорее боюсь, чем злюсь, – сказал я. – Потому что мы имеем дело не с солдатами. Я понимаю солдат. Но это' что-то иное.

– Это зло, – сказала Адриана, – и мы даже не знаем, чего оно хочет.

– Оно? Почему вы говорите «оно»? – спросил я. Адриана подошла, села на краешек кровати и ответила:

– Письмо со списком людей, которые теперь преследуют вас, Чарли, – а может, и меня, – это письмо от мертвого. Как бы вы это назвали? Знаете, прошлой ночью мне приснился сон. В этом сне я стреляла в невысокого человека, который следил за мной в четверг. Но он не умер – он даже не замедлил шаг. Мы знаем, что они могут застрелить нас, Чарли, но уверены ли мы в том, что можем застрелить их?

Я взял ее протянутую руку.

– Я застрелил на войне далеко не одного человека, Адриана, и пока что они все падали. И вы видели многих, которых застрелили. Они тоже упали. И я думаю, что, если нам придется застрелить этих людей, они тоже упадут.

– Как вы сказали, те люди, в которых вы стреляли, были солдатами. А эти нет. Послушайте, я понимаю, что этот сон был всего лишь сном, ночным кошмаром. Наверное, он мне приснился из-за того, что вы сказали, что собираетесь раскопать могилу Гассмана. И все же эти люди – не солдаты в форме, сосредоточенные вдоль линии фронта. Они – мужчины и женщины в штатском на улицах Лондона. Мы не знаем, сколько их, но знаем, что они намерены нас убить – по крайней мере вас. И поэтому я готова убивать их. У меня есть оружие. – Она легла рядом со мной, все еще сжимая мою руку. – Если они попытаются настигнуть нас здесь, Чарли, я их убью.

Я нежно сжал ее руку.

– Я тоже, – сказал я, – но сначала я хочу выпить немного молока и переодеться.

Адриана поднялась на ноги:

– Вам давно пора сменить повязку» Вы еще совсем не здоровы, Чарли. Это очень неприятная рана, и опасность далеко не миновала, она угрожает вам не меньше, чем наши противники: – Она протянула мне пару носков и свежую ночную рубашку. – Можете надеть их в уборной.

– Не могу, – сказал я. – С ботинками и носками мне не справиться.

– Хорошо, – сказала она. – Мне надо сменить повязки и вымыть вас. Потом я разведу для вас консервированное молоко и добавлю в него ложечку меда. Вам понравится: я слегка подогрею его. А потом, когда вы отдохнете, сможете выпить очень вкусного мясного бульона, который я принесла с собой в термосе.

Она вела себя как дежурная медсестра и говорила ясным, бодрым голосом. Распространяясь о пользе мясного бульона в деле моей поправки, она довела меня до ванной, нежно протолкнула в дверь и закрыла ее за мной. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать ее инструкциям. Ее тон не допускал возражений.