Вредина
Шрифт:
Мимо, громыхая своими прицепами и пустыми кузовами, неслись КамАЗы и грузовики, на ходу громко сигналили, приветствуя, скорее, Свиридова.
– Это они тебе сигналят. – улыбнулся начальник, заглядывая ей в глаза.
– Как только они узнают, кем я там буду работать, то сигналить они больше не будут. – вздыхая, ответила Марина, а в душе очень даже переживала по поводу таких резких перемен в ее жизни.
– Вот смотрю на тебя и думаю, почему какой-нибудь дурнушке везет на мужиков? А такой вот красивой, умной и образованной девушке нет?
– Дурнушка-то она промолчит, а умная в дурь прет. – съязвила в ответ она. – Вот и получается, что везет первым.
– Что от мужа -то сбежала?
– А вам зачем? Вы же меня замуж не позовете. Зачем спрашивать?
– Да так, хотел поближе тебя узнать.
– От начальства лучше держаться подальше. – озабоченно отозвалась она, а сама все переживала по поводу ее нового назначения на этот «ужасный» бетонный узел.
– Не всегда! – не согласился с ней мужчина. – Иногда друг начальник всё сделает для своих подчиненных.
– А вы меня на погибель толкаете. Значит, я вам – не своя! – с укором взглянула на него Марина.
– Обещаю, что потом выполню любое твое желание!
– А если оно будет из ряда вон выходящее? – оживилась сразу бухгалтер и лукаво повела бровями.
– А я люблю экстрим! – признался Геннадий Михайлович, а сам бойко шагал по дороге.
Сапсонова поджала свои губки, немного подумала и весело выдала:
– Ой, ловлю на слове! – и не удержалась, спросила: – Желание можно уже загадывать?
– А вот… выполню все, что не попросишь! – с задором в голосе, ответил ей начальник.
– Безвозмездно?
– Абсолютно! – сыпал обещания он, провоцирую сотрудницу на азартный поступок.
– Я подумаю!
– Подумай.
Всегда строгий и волевой Свиридов, вдруг сделался мягким и веселым, чем очень удивил свою подчиненную. Они шли рядом и весело переговаривались. На душе Марины повеселело, она знала, что если начальник что-то пообещает, то всё сделает. Ничто не упустит, никого не забудет и свое обещание всегда выполнит. За то и уважали его все работники СМУ. Вот и сейчас она, заинтригованная таким предложением, верила и знала, что тот выполнит любую ее просьбу, естественно, в пределах разумного.
Они подошли к растворному узлу, а к ним разом заспешили со всех машин водители и возмущенно загалдели:
– Когда раствор будет?
– Где Валентина?
– Простой за чей счет будет?
– Опять без зарплаты останемся!
– Все тихо! – рявкнул на них Геннадий Михайлович. – Валентина уволена, и вы это знаете! Вместо нее будет работать – Марина Александровна! – пояснил он и указал рукой на сотрудницу. – Прошу любить и жаловать! – и предупредил: – И еще, поймаю кого с леваком, выгоню сразу по тридцать третей!
– Да мы и не воруем! – развел руками Воронин, давая понять, что здесь сейчас собрались самые честные люди.
– Еще раз повторяю, – потряс он своим указательным пальцем перед шоферами и внимательно всмотрелся в их лица, – кого поймаю! Лишу всего и сразу! Выдеру штраф, и выгоню к едрени-фени!
– Да, кто ворует-то?! – развел руками Галкин. – Все ходки записаны! Диспетчер все считает! Раствор доставляется на объекты по заявкам! Как тут украдешь?
– А-а-а! – качнул недовольно головой начальник и язвительно выдал: – А-то я вас не знаю! – а сам тут же сменился в лице и грозно напомнил: – Двоих уже уволил сегодня, кто следующий покажет время! Не пощажу никого, даже свояков! – сказал и посмотрел на родственника.
Тот пожал плечами, давая понять, что он согласен с таким заявлением.
– А Мариночка у нас замужем? – вышел вперед Муравьев и с наглой улыбочкой осмотрел девушку с головы до ног.
– А это пусть она вам сама скажет. – ответил Свиридов и добавил: – Я чужие тайны не выдаю. – а сам взглянул на Сапсонову и увидел, как засмущалась она под натиском мужчин, и под их пристальными и язвительными взглядами. – Все! За работу! – скомандовал он. – Сейчас начнем мешать раствор и все под загрузку!
– Мариночка, вы нам не ответили, вы замужем или как? – преградил ей дорогу красавец парень, надвигая бейсболку себе на глаза.
– Замужем. – соврала она, понимая, что так будет лучше для всех, а для нее особенно.
– Ах, как жалко! – качнул тот головой и отошел чуть в сторону, а сам все разглядывал её с головы до ног. – А я уж обрадовался, что судьбу свою встретил.
– Только попробуйте мне ее обидеть! – погрозился на всех сразу Свиридов своим увесистым кулаком. – Дело будете иметь со мной!
– Ясно, чья краля пожаловала! – с усмешкой послышалось из толпы, и все шофера заулыбались, понимая намек товарища.
Геннадий Михайлович подтолкнул бухгалтера вперед и уверенно сказал:
– Пошли.
Все разом расступились, пропуская начальство вперед, а вслед Марина вновь услышала язвительный голос:
– Будет вам теперь бетон! Такая цаца пожаловала!
«Ну, я вам устрою»! С обидой подумала она и уверенно шагнула в открытую дверь.
Они вдвоем поднялись по ступенькам на эстакаду, и Свиридов с ходу стал рассказывать, что и как надо делать. Как принимать песок, как принимать бетон, как делать замесы и как загружать машины. Он объяснил, где надо все записывать, как отмечать путевки и как связываться с шоферами и объектами, на которые будет доставляться готовый бетон.
– Все рейсы пишешь сюда. – пояснял он, раскрывая перед ней большой журнал. – Сколько, например, Иванов сделал ходок и куда? Все отмечаешь, ничего не упускаешь. Но на этот раствор должна прийти заявка, с того объекта, на который он этот раствор должен будет отвезти. В заявке три бетономешалки, а Иванов стал под загрузку четвертый раз. Все! Сразу спрашиваешь, куда еще намылился? Ясно, что налево. – и предупредил: – Тут надо следить за ними строго!
– Я поняла. – обреченно вздохнула Марина и попросила: – Пожалуйста, найдите мне поскорее замену.