Чтение онлайн

"Да почему в глуши? На Трелоне уже строятся города, и через пару лет это будет одно из самых шикарных мест! Но ехать надо сейчас, пока всё только начинается! Потом цены взлетят до небес! Я не могу упускать такую возможность, это мой шанс, понимаешь?"

"Вот именно, что твой!.. А обо мне ты подумал? У меня здесь мама, работа, друзья!"

"Мама сможет переехать к нам. Чуть позже, когда мы..."

"Чуть позже! Угу! А если на этом твоём Трелоне всё окажется не так, как ты думаешь?!"

"Не окажется!!!"

"Понятно".
– Маша отодвинула тарелку с салатом, взяла сумочку и встала из-за стола.

"Подожди, ты куда? А горячее? Я заказал твои любимые тефтели..."

"У меня сегодня разгрузочный день!"

Она вышла из кафе и больше не вернулась... В городском подземном туннеле обкурившийся молодчик вдруг решил сам порулить на скорости, запрещённой при ручном управлении... В той автокатастрофе погибло пять человек...

Когда Машу хоронили, целый день, до самой ночи, шёл крупный, сильный дождь. Он барабанил по машинам, зонтам и крышке закрытого гроба, пока Артём стоял у свежевырытой могилы и думал о том, что не начни он тогда разговор о Трелоне, Маша оказалась бы в этом проклятом туннеле на час позже...

Потом были поминки, и он сидел за столом, тупо глядя в свою тарелку. Кто-то что-то говорил, а капли снова и снова били по карнизу - бесконечный, размеренный стук...

Через полгода Артём понял, что больше не может находиться в квартире, где каждая вещь помнит Машины прикосновения, и жить в этом сыром, промозглом городе, где слишком часто идут затяжные дожди. За три дня он собрался и отбыл на Трелон. К тому времени все участки с рощами Золотых деревьев были уже раскуплены, но агрономы и специалисты-биологи всё ещё требовались.

И вот теперь он седьмой год торчит на этой планете, отказываясь верить, что тот шанс, который он когда-то так не хотел упускать, оказался полной фикцией. Артём ускорил шаг, и "дыня" стала больно бить по боку. Впереди уже показался его дом - маленькая хибара с небольшим участком земли. Действительно глушь. Самая настоящая. Когда к нему последний раз кто-то заходил?..

Год назад, может, чуть больше... Это была Анита.

"...Поехали со мной, Артём!" - она взяла его за руки.

"Не могу, Нита. Сейчас не могу. Может быть, потом..." - он легонько пожал её ладони и отпустил.

"А может быть, никогда?" - её черные глаза смотрели прямо в его.

"Послушай, Нита..."

"Не надо!
– она усмехнулась.
– Я и так знаю, что ты скажешь. Ладно, я ухожу, мне надо собираться!
– усмешка исчезла, и голос Аниты стал неприятно пронзительным.
– А ты оставайся! Сиди здесь и делай вид, что сможешь всё наладить. Что ты звал её в рай, а не в забытую Богом дыру!"

Это был удар ниже пояса. Артём встал со стула и распахнул входную дверь. Анита молча вышла.

Больше он с ней не встречался, впрочем, как и с другими женщинами. Да и не с кем было, даже если б вдруг захотел. Анита улетела, когда большинство колонистов давно уже покинули Трелон.

Лаборатории закрылись, за научные исследования больше никто не платил, и Артём вынужден был работать в саду Мискинса как обычный батрак, чтобы иметь возможность продолжать свои изыскания. Вечерами, в свободное от дел по хозяйству время, и по ночам он с маниакальным упорством в тысячный раз изучал почвы, изобретал питательные смеси, выдерживал в них ядра и черенки. Тщетно. Получить всходы не удавалось, укоренить отпрыски - тоже.

Росли Золотые деревья исключительно рощами на берегах трелонских рек, и молодая поросль в этих рощах появлялась только до тех пор, пока они были дикими. Каждое дерево к двум годам достигало зрелости и активно жило в среднем пять лет, потом старело и начинало одну за другой терять плодоносные ветви. Когда Трелонские агрономы поняли, что решить проблему можно, только изучая деревья в естественных условиях, такими, какими они были до вмешательства людей, диких рощ уже не осталось, а жертвовать своими личными деревьями ради научных исследований на благо всех, никто, разумеется, не собирался.

В первые годы активного освоения Трелона люди изредка натыкались на отдельно растущие в лесу молодые деревца, и каждый раз такие находки оборачивались бедой. Двое колонистов заплатили за них жизнью, подвергшись нападению лихопруток. Каждый раз эти звери оказывались неподалёку от ростков, словно специально сидели в засаде, охраняя их от непрошенных гостей...

Толку от обнаруженных молодых деревьев не было. Забитые другими растениями, все они имели крайне чахлый вид, и попытки их пересадить неизменно заканчивались неудачей. Все найденные тогда саженцы погибли, а новых больше не попадалось.

Тем не менее Артём, вооружившись пистолетом, регулярно ходил в лес, в надежде разыскать такой росток. Вчера вечером он предпринял очередной поход.

Артём толкнул калитку и вошёл во двор, на ходу доставая ключи. Бросив сумку с плодом на крыльце, он направился к старому сараю. Чуть поодаль давно уже стоял новый, а этот Артём собирался снести, да всё руки не доходили. А теперь вот это ветхое сооружение неожиданно пригодилось. Он отпер дверь и вошёл.

– Жива!

Артём остановился возле самодельной клетки, собранной из скрученных проволокой кусков металлической сетки, оставшихся от строительства загона для птицеков.

Лихопрутка подтянула под себя гребёнки ног и с трудом приподнялась, глядя на своего спасителя блестящим синим глазом.

– Ну что ж, давай посмотрим, - Артём присел на корточки, разглядывая правый бок лихопрутки.
– Кровь больше не идёт, рана затягивается, - заключил он, поднимаясь.
– Отлично!

"Отлично?" - он покачал головой, удивляясь самому себе. Это же надо, притащить в дом раненую лихопрутку и, рискуя собственной жизнью, её лечить! Вчерашняя идея, что она сможет показать ему место, где есть молодой росток Золотого дерева, сегодня казалась совершенно безумной. Ну, допустим, она выздоровеет, и что дальше? Как он выпустит её на свободу? Нельзя же просто взять и открыть клетку! Для такого опасного животного нужен большой закрытый контейнер, в котором можно привезти её в лес и дистанционно отпереть замок на дверце... А потом ещё надо будет следить за ней, да так, чтобы лихопрутка его не обнаружила... Да-а, задал он себе задачку...