Чтение онлайн

– Директор, боюсь, мы столкнулись с одной проблемой, и только вы в состоянии мне помочь. Не заглянете ли ко мне на минутку?

Директор, который, несомненно, по-своему расценил приглашение, немедленно ответил:

– Конечно.

Она села в кресло, стоявшее перед зеркалом, а он – на постель: в комнате больше не было стульев. Кира скинула туфли и начала снимать макияж, глядя в зеркало.

– Директор, боюсь, его милость герцог оказался в двусмысленной, я бы даже сказала компрометирующей ситуации.

– О? Что вы имеете в виду?

– Около трех месяцев назад некая молодая женщина оказалась тут. Она находилась под защитой одного могущественного чародея, однако ее по ошибке приняли за жалкую больную девушку, которая нуждается в помощи. Она не могла рассказать правды, потому что не знала, кому можно довериться.

Только теперь директор начал прислушиваться к словам Киры, хотя ему трудно было оторвать от нее взгляд.

– Толстуха с двумя детьми.

– Да, и я рада, что нам не надо играть в прятки, – добавила она, расстегивая платье.

– Этот негодяй Замофир тоже о них спрашивал. Она вздохнула:

– Значит, мы все-таки играем в прятки. Кано, я не очень-то терпелива. В отличие от Замофира и его хозяина мы точно знаем, что девушка тут. Меня, скажем… выслали вперед… чтобы выяснить, можно ли что-либо сделать, прежде чем на это чудесное место обрушится несчастье.

Его голос дрожал, но он все же нашел в себе силы ответить:

– Я не предам своего герцога даже за ночь с вами. – Кира поднялась, и платье соскользнуло с нее. – О Боже мой, – почти простонал директор.

Кира взяла халат и накинула его, позаботившись, чтобы он скрывал не слишком много. Потом уселась на кровать рядом с несчастным Кано и притворно нахмурилась.

– Мой дорогой Кано! Предательством было бы отдать ее Замофиру и его банде, но отнюдь не мне. Понимаете ли, Булеан, великий маг, все знает. Если мы не сможем уладить это между собой, то ему придется сделать официальный запрос, что поставит герцога в неловкое положение. Герцог, чтобы спасти свою честь, разумеется, будет все отрицать, и вот тогда на это место обрушится весь гнев великого мага, и все кругом будет уничтожено. Не будет больше приюта. Не будет губернатора. Только уцелевшие жертвы Ветров Перемен будут бродить среди руин. Даже честь и доброе имя герцога погибнут, ибо супруга девушки жива, и она потребует официального расследования от имени Королевства.

Вожделение еще не совсем покинуло Кано, но оно поблекло перед той страшной картиной, которую так ненавязчиво нарисовала Кира, картиной, которая тут же обрела черты реальности, едва он услышал имя волшебника,

– Боже мой! Что… что же нам делать? Вы же знаете, его милость никогда не признает, что это было сделано, даже если это была невольная ошибка, вызванная состраданием. Нет! Если бы это было правдой, девушка должна была нам все рассказать.

– Вы помните, что произошло с ее караваном? Сначала на него напали, а потом почти полностью уничтожили. Они гнались за девушкой. Только за ней. Чтобы убить ее. И вы думаете, что после всего этого она могла, оказавшись случайно здесь, ничего не зная ни о герцоге, ни об этом месте, тут же воспылать доверием к вам? Похоже, мне все-таки придется связаться с Булеаном.

Директор вспотел.

– Но она получила… самое сильное зелье. Мы знали, что она из Внешних Слоев, и провели полный курс. Самое полное стирание под воздействием усиленного гипноза.

– Булеан говорит, что нет такого зелья, с которым не могла бы справиться магия.

– Да, да. Теоретически это так, но это зелье особенно сильно, ибо оно обращено к самым истокам существа. Боль, одиночество, хрупкое эго, низкая самооценка… Проклятие, наши специалисты были правы! Ей хотелось все забыть, хотелось стать кем-то другим, быть любимой, чувствовать свою необходимость, она стремилась к этому, пусть даже для этого ей пришлось опуститься до уровня простой крестьянки. Если бы это было не так, с ней все было бы по-другому. Многие здесь получали то же самое зелье и тоже начинали как простые крестьяне, но они не смогли обрести в этом счастье, и мы дали им возможность подняться на тот уровень, который отвечал их внутренним запросам. А та девушка – нет. Ей нравится жизнь общины, примитивная жизнь, в которой очень мало потребностей и никакой ответственности. И чем больше проходит времени, тем меньше она отличается от товарок.

– У нее больше нет выбора… Впрочем, и никогда не было. Мне кажется, в этом и заключается часть ее проблемы. Но выбора нет ни у меня, ни у вас, ни даже у герцога. Небывалые дожди, которые принесли вам столько неприятностей, будут продолжаться и даже усилятся.

Директор вскинул голову и уставился на Киру:

– Так причина в ней?

– Она – магнит, который их притягивает. Клиттихорн собрал в небе над вами Всадников Бурь, и они просто дожидаются, когда снова пойдет дождь. Вам даже в кошмарном сне не приснится, что станется с этим местом, когда на него в поисках девушки обрушатся Всадники Бурь. Она не может здесь оставаться, а если вы отдадите ее Клиттихорну, то Булеан в гневе уничтожит вас.

Теперь директору было не до сладострастия. Он глубоко задумался.

– Но откуда мне знать, что вы от Булеана?

Кира поднялась, порылась в старой, потрепанной седельной сумке и достала маленький клочок бумаги. На нем акхарскими символами была написана сложная математическая формула. Она молча протянула листок Лейсу, тот с минуту его рассматривал, потом у него слегка задрожали губы.

– Вы знаете, что это такое?

– Я в этом ничего не понимаю, – призналась Кира, – хотя это и написано моей рукой. Но я знаю, что это такое.

– Но здесь пропущена одна переменная!

– Вы ее получите, если мы сможем прийти к какому-нибудь решению.

Когда Лейс возвращал листок, его руки дрожали.

– Это высший уровень акхарской магии, доступный только избранным. Но… чего вы хотите от меня?

– Нам нужна девушка и еще способ тихо, без шума вывезти ее отсюда послезавтра на рассвете, вместе с караваном. Порция того зелья, которое вы использовали, и любые записи о состоянии девушки, которые вы вели, очень бы нам помогли. Избавьтесь от нее, и вы избавитесь от всякой опасности, которая угрожает приюту герцога. В конце концов сделайте вид, что ее никогда здесь и не было.

Директор кивнул:

– Я могу вызвать ее завтра после работы в клинику. На осмотр. Это обычная вещь, хотя ее очередь еще не подошла. Мы задержим ее под каким-нибудь предлогом, возможно, усыпим. Можно было бы заставить ее пойти с вами с помощью любовного зелья, однако его еще надо составить – мы их не держим, – и неизвестно, что получится при его сочетании с уже действующим зельем. Могут возникнуть еще более глубокие изменения личности, особенно вкупе с супружеским заклинанием. Мягкий, прозрачный гипноз может оказаться недостаточным, он действует на каждого по-своему, нельзя сказать с уверенностью, сколько он продержится. К сильному гипнозу требуется антидот. Девушка станет повиноваться автоматически, но если вы потеряете антидот, то она останется таким автоматом до тех пор, пока вы не вернетесь сюда, ибо все наши зелья – наша тайна.