Шрифт:
Михаил Пухов
Цветы Земли
В конце прохладного коридора, рядом с лестницей, ведущей на верхние этажи, висела табличка «Директор института». Чернов толкнул дверь. В большом окне в просвете между деревьями золотились на фоне неба далекие купола какого-то храма. За столом у окна сидел молодой человек в темных очках. Он неприветливо смотрел на Чернова.
– Чем буду полезен?
– Мне нужен директор.
– Чем буду полезен? – повторил человек.
Чернов с опозданием понял, что в комнате всего одна дверь – та, через которую он вошел.
– Вы директор этого института?…
– Директора нет. Отпуска, никого нет. Лето, жара, вы понимаете. Я его заместитель. Моя фамилия Буняк, – представился он, не подавая руки. – Чем буду полезен?
Чернов молчал.
– Садитесь, – сказал Буняк.
Чернов опустился в кресло для посетителей. Никакого дружелюбия в лице Буняка он не видел.
– Работать? – спросил Буняк.
Чернов молча смотрел на него. Такой молодой, а уже заместитель. Карьерист, вероятно. Впрочем, теперь все выглядят молодыми и карьеристами.
Буняк ждал.
– Нет, – сказал наконец Чернов. – Я космонавт. Я…
– Не нужно. Я и так все знаю.
Буняк щелкнул тумблером и теперь смотрел на невидимый Чернову экран.
– Чернов Анатолий Васильевич, русский, год рождения 1996-й, профессиональный космонавт, покинул Землю в 2020 году, вернулся месяц назад. Вас, вероятно, предупреждали. Теперь каждый носит с собой биографию.
– Но я думал, это просто номер. Комбинация цифр и ничего больше.
– Верно, – усмехнулся Буняк. – Такие приборы, как у меня, установлены всюду. Он зарегистрировал ваш номер и передал его в Информарий, где хранятся данные обо всех гражданах Земли. Но ведь вы пришли не для того, чтобы я вам это объяснил.
– Да, – сказал Чернов.
Буняк ждал.
– Я вернулся из трудного перелета, – сказал Чернов. – Для Земли рейс продолжался 200 лет. Те, кто нас провожал, мертвы.
– Ясно, – сказал Буняк.
– После возвращения меня поместили в специальный центр. Мне читали там лекции о технических достижениях человечества.
– Ясно, – сказал Буняк. – По-моему, так всегда делают.
– Из лекций я узнал, что современной науке доступны многие вещи, которые нам и не снились.
– Неудивительно, – кивнул Буняк. – Целых два века.
– Я узнал, что даже в области медицины достигнут значительный прогресс. Рак побежден. Неизлечимых болезней нет. Наука вплотную подошла к решению проблемы бессмертия.
Буняк кивнул.
– Еще я узнал, что найден способ оживления мертвых.
Буняк молчал, пряча глаза под темными стеклами.
– Я узнал, что этим занимаются здесь, в Институте реанимации, – продолжал Чернов. – Говорят, вы можете восстановить живое существо по самым ничтожным останкам.
Notes
Конец ознакомительного фрагмента.