Все или ничего

Simona Ahrnstedt

Allt Eller Inget / All or Nothing

– Это потому, что я хорошая девочка, – сказала Лексия Викандер.

Слова она старалась выговаривать как можно четче, хотя язык заплетался. Посетители бара покосились в ее сторону, Лексия виновато улыбнулась и понизила голос. Она даже не заметила, что почти кричит.

– Женщина, я хотела сказать. Хорошая женщина, – пояснила она брюнету.

Мужчина подсел к ней в баре в «Стурехофе» и слушал ее с нескрываемым интересом.

Лексия покачала головой и попробовала сфокусировать взгляд. Не стоило пить второй бокал так быстро. Или это был уже третий? Не четвертый же? В голове сплошной туман. Она ничего не помнила. Девушка редко бывала одна в барах и, поскольку желающих флиртовать с ней не находилось, пила бокал за бокалом. Пока не появился ОН.

– В каком смысле хорошая? – поинтересовался мужчина.

Сам он выглядел очень хорошо. Диковатая красота. Темная щетина. Потертые джинсы в пятнах краски. Свежая ссадина на костяшках пальцев, словно он работал руками, прежде чем зайти в бар выпить пива. Они болтали уже около часа, Лексия не вела счет времени. Он съел бургер. Она жадно смотрела на золотистую горячую картошку фри, но устояла перед искушением. А теперь перед ней был второй-третий, а может, четвертый напиток.

Лексия взмахнула рукой, и мужчина успел в последнюю секунду отодвинуть тарелку с орешками, которая чуть не слетела с барной стойки. Она наградила его благодарной улыбкой. Какие фантастические рефлексы. Быстрые руки. Сильные пальцы.

– Я думаю обо всем, – сказала Лексия, отводя взгляд от его пальцев. Они выглядели такими ловкими. – Я держу все под контролем, планирую и организую. Я в этом очень хороша, – добавила она с грустью. Произнесенное вслух, это звучало очень жалко. – Но не сегодня, – выдохнула она.

– Нет?

– Нет. Впервые я решила быть… – Девушка застыла с бокалом в руке, подбирая нужное слово, и под конец продолжила: – Плохой. Так выпьем же за это!

Они чокнулись.

В баре было битком, несмотря на воскресенье и поздний час. Лексия не знала, сколько времени, и это было на нее не похоже. Но телефон давно разрядился, а зарядки у нее с собой не было. У девушки выдался тяжелый день. Ей казалось, что уже далеко за полночь.

– Можно мне еще один такой розовый? – крикнула она бармену, снующему за полированной стойкой, и продемонстрировала пустой бокал. Но тот демонстративно повернулся к ней боком и принял заказ у двух молодых девушек с длинными волосами до попы.

Лексия подумала было встать и закатить сцену. Но, видимо, она еще не окончательно стала плохой. Девушка была не из тех, кто устраивает скандалы в общественных местах. Она из тех, кого дразнят в школе «жирной колбасой», и из тех, кого мужчины бросают со словами, что им нужно, чтобы женщина держала себя в форме.

– Ты уверена? – спросил ее собеседник.

– Как тебя зовут? – поинтересовалась Лексия.

– Адам.

– Меня зовут Лексия. И да, Адам, я ужасно хочу еще один коктейль.

Мужчина пару минут молчал, явно обдумывая положение дел.

– О’кей, – согласился он наконец и кивнул бармену, который тут же начал готовить коктейль.

Скоро напиток уже стоял перед Лексией, ярко-розовый, пенящийся. Пригубив его, она посмотрела на мужчину поверх бокала. Она, конечно, навеселе, но разве он не секси? Темно-каштановые волосы оттенка кофе, какао и шоколада – всего, что она так любит. Серые глаза. Он был явно старше ее, Лексия дала бы ему тридцать пять – тридцать шесть. Кольца нет. Это она проверила сразу. Привлекательный, интересный, внимательный. Слишком хорошо, чтобы быть правдой, но Лексия не жаловалась. Ей было так грустно и одиноко, когда он присел рядом. В его компании она забыла про все свои неудачи.

– Тебе нет нужды меня развлекать, – сказала Лексия в припадке щедрости.

Идиотизм, если подумать, но у нее глубоко в мозгу засело, что нельзя надоедать другим людям, беспокоить их своими проблемами. Ей пора расстаться с этой вредной привычкой все время за себя извиняться. Она начнет прямо с завтрашнего дня.

Адам приподнял бровь. Она и не знала, что такое возможно в реальности – приподнять только одну бровь. Это выглядело очень эффектно. Девушка попробовала сделать то же самое.

– Что ты делаешь? – спросил он.

– Поднимаю одну бровь, – ответила она.

– Я думал, у тебя удар или обморок. Хочешь, чтобы я ушел?

– Нет, – поспешила ответить Лексия.

Безумно скучно сидеть одной в баре, когда тебя игнорируют бармен и остальные посетители. Никто даже не пытался приставать к ней. Феминистка в ней должна была бы радоваться этому, но Лексию это только расстраивало. Ей было стыдно за такие мысли. Можно ли быть феминисткой и при этом хотеть, чтобы мужчины за тобой ухаживали? Хороший вопрос. Ее внимание привлекло пятно на бедре. Тайком смочив палец слюной, она попыталась оттереть его.

Платье, казавшееся просторным и элегантным на вешалке в бутике в Стурегалериан, теперь измялось и топорщилось. Она бросила свое занятие.

– Сегодня не мой день.

– Почему ты так говоришь? – спросил он, поднося стакан к губам.

Мужчина пил обычное разливное пиво, а не какой-нибудь редкий сорт из специального стакана. Ей это было по нраву. В джинсах, с широченными плечами, он был похож на представителя рабочего класса, хулигана из пригорода. Ей вспомнились парни из школы. Крутые парни. Они никогда не замечали пухлую серую мышь Лексию Викандер. Впрочем, это было ей только на руку. Все школьные годы она старалась остаться незамеченной. Девочками и мальчиками. Только так ее оставляли в покое. По крайней мере, иногда.

– Что? – переспросила она, забыв, о чем они говорили.

– Ты сказала, что у тебя плохой день.

– Да, точно. Скорее, плохая неделя. И в завершение – совершенно ужасные выходные.

Отхлебнув пива, он отставил стакан. Рука у него была в темных волосках. Руки крепкие, широкие. Лексия обожала большие руки. Она это уже говорила?

– Расскажи.

– В офисе было неспокойно, – ответила она, фокусируясь на работе, чтобы не думать о его руках. – Атмосфера напряженная. Люди злые.